Форум » Бесконечная Война » Будьте здоровы, командор! » Ответить

Будьте здоровы, командор!

Nail Buster: Место действия: город Энск Время действия: 28 ноября 2012 года. День Исхода Участники: eddichka, доктор Шабунин, Nail Buster Действующие лица: Агнешка Закржевская, доктор Шабунин Сюжет: Это была последняя ночь Энска на Земле - морозная, тихая ночь, без малейшего дуновения ветерка. Никто не подозревал, сколь важные и драматические события сейчас разворачивались на психотронной станции, затерянной во глубине окрестных лесов. Не знал об этом и известный в узких кругах эскулап по прозвищу Зингер - он преспокойно занимался своими обычными для такого часа делами. Какими именно? Кто его разберёт... От этих дел - а может быть, от крепкого сна - его оторвал короткий, но настойчивый стук в дверь. Герр Джулиано никогда не пользовался телефоном для связи с Белым городом - это было бессмысленно. Кабель, протянутый по секретному тоннелю под дном Ядвиги, давно уже перегрызли крысы. Так что депеши до штаба КМ и обратно передавались либо по зашифрованным радиоканалам, либо... способом, известным с древних времён - с помощью верных гонцов. Один из них теперь стоял на пороге клиники и, задумчиво глядя в небо, гадал, сможет ли док исполнить странную просьбу командующего.

Ответов - 48, стр: 1 2 3 All

Доктор Шабунин: Врачи не всегда умышленно вредят здоровью пациентов. Иногда это выходит у них нечаянно. …Наверное, очень много любопытного можно увидеть в электронный микроскоп, заряженный окрашенным мазком крови истинного оборотня. Так, несомненно, решил бы всякий сторонний наблюдатель, случись ему оказаться в этот поздний час в лаборатории доктора Шабунина. Бритоголовый дядя, комплекцией мало уступающий медведю, с таким азартом всматривался в разноцветные элементы клеток, будто видел в них готовый рецепт лекарства от смерти или даже ответы на вопросы еженедельной викторины в соседнем пабе «Четыре кружки». При этом док поспевал ещё регулярно вбивать что-то в тихо посвистывающий ноутбук и немузыкально бубнить себе под нос, перевирая текст песни: На белом-белом покрывале декабря Любимой девушки я имя написал. Не прогоняй меня, мороз, - Хочу побыть немного я На белом-белом покрывале декабря… Доктор был настолько поглощён своими учёными занятиями, что едва не подпрыгнул от неожиданности, когда на плечи ему легли две узкие горячие ладони. - Ми-ла-я, - басовито прогудел он. – От твоих сюрпризов меня однажды хватит удар, так и знай. - Удар тебя, Сашенька, непременно хватит, - согласилась Эльвира. – Только от злоупотребления пивом и малоподвижного образа жизни. Уже час ночи, а ты всё сидишь тут сиднем. И пренебрегаешь мною, между прочим. А ведь я и обидеться могу! Жена по-кошачьи потёрлась бархатистой щекой о трёхдневную щетину доктора и промурлыкала низким голосом: Нас обнимали и ласкали облака, Теряя голову, ты имя прошептал… Не уходи, любовь моя, - На свете только ты и я, Нам дарит нежный взгляд вечерняя заря... - Да, - сказал Александр. – Восемнадцатое декабря тысяча девятьсот девяносто девятого, Москва, сад имени Баумана, поздний вечер. Ещё снег шёл. И эта песня по трансляции. Помнишь? - Как сейчас. - И не жалеешь? Когда б я был толковый муж, уже давно б карьеру сделал, тебя в шиншиллу нарядил и домик в Лондоне купил, а я… - Ты у меня, Сашка, хоть и большой умница, а дурак дураком. Выключай свою машинерию. И – как это ты на лекциях-то по анатомии слагал? – а, вот: рыцарю твоему пора войти в мой дворец!.. Ровно на этих словах внизу раздался стук в дверь. - Так, - вздохнул Шабунин. – Сеньор Гиппократ, кажется, властно призывает моего рыцаря под свои знамёна. - Ну, всё! – вознегодовала Эльвира, демонстративно покидая лабораторию. – Имей в виду, мой замок затворил ворота и убрал подъёмный мост! А ты можешь и дальше служить своему сеньору… насухую! - Сташек, кому там не спится в ночь глухую? – поинтересовался доктор у маленькой «моторолы». - Он из этой... ну, которая Коалиция, док. Хочет вас видеть. - Очередной в попу раненый нелюдь? - Да нет, вроде как целёхонек. Говорит, у него до вас важное дело от командора. - От командора – это серьёзно, - рассудил Александр. – Командора Винсента Джулиано нельзя обижать. Проводи его в приёмную, я сейчас приду. Накинув серую худи поверх футболки с принтом «Когда была свободна Русь, то три копейки стоил гусь», он спустился на первый этаж. - Доброй ночи, гость любезный, - обратился док к пришельцу. – Что вас привело ко мне в этот неурочный час? Какие жалобы?

Nail Buster: На роль посыльного командор решил, похоже, избрать создание максимально грозного и отталкивающего вида. Александр даже представить себе не мог, что люди в Белом Городе могут быть настолько похожи... нет, даже не на вампиров или оборотней, а на натуральных толкиновских орков. Низкий бугристый лоб, широкие скулы, маленькие злые глазёнки... Невольно думалось: а не рискует ли этот субчик, гуляя ночью по "аэсовской" части города, схлопотать пулю от проезжего патруля? Конечно, стараниями жуткой Серой Рати ряды местных банд существенно поредели, но нелюдям по-прежнему опасно было переходить реку без крайней на то нужды. Поэтому связь поддерживали курьеры-люди. Вроде того, что стоял на пороге Шабунинской клиники. - Доброго здравия, - буркнул громила, на самом деле не желая эскулапу ровным счётом ничего доброго. Одного взгляда на хозяина клиники ему хватило, чтобы понять - он счастлив. Счастлив обычным человеческим счастьем, хоть и не подозревает об этом. Это злило посыльного. Как смеют эти... твари жить полноценной жизнью и даже радоваться ей здесь, в обители мрака и отчаяния? Если это возможно, почему у него это не выходит? - Командор... желает... видеть вас лично, - проскрежетал он медленно и раздельно - простая вежливость, даже формальная и неискренняя по сути своей, давалась ему с невероятным трудом. - Мне... приказано... вас отвезти. За его спиной действительно урчал мотором автомобиль - не BMW последней модели, но довольно приличного вида. Ещё не обитый листами брони и без тонированных стёкол - значит, доставили его командору совсем недавно. И откуда у Джулиано, известного спартанца и аскета, вдруг завелись деньги на эдакую роскошь?..

Доктор Шабунин: - Ясно, - кивнул доктор, хотя на самом деле ни черта ему было не ясно. Впрочем, задавать посыльному – по крайней мере, такому посыльному, - вопросы, какого лешего командору столь неожиданно и спешно понадобился доктор Зингер, явно бессмысленно. – Надежда выспаться печально испарилась. Подождите десять минут, я надену смокинг. Раз уж у меня внезапно образовался лимузин с персональным шофёром, то надо ведь соответствовать, верно? Обещанному смокингу доктор, впрочем, предпочёл синий «скоропомощный» комбинезон, такую же куртку с соответствующей надписью на спине, армейские берцы и шерстяные перчатки с обрезанными пальцами. Прихватив непременный рюкзак, сочетавший в себе функции «тревожного чемоданчика», аптечки и заначки, он вернулся в приёмную… где нос к носу столкнулся с Эльвирой. Супруга успела не только сменить соблазнительную ночную рубашку на медицинские доспехи, но и собрать два поместительных саквояжа с инструментами, медикаментами, кое-какими очень полезными приборами (наш спонсор – Республика Машин) и – доктор готов был присягнуть – горячим обедом из трёх блюд в термосах. Короткого диалога в приёмной она не слышала и слышать не могла, так что Шабунину оставалось только умиляться и поражаться этой сугубо женской способности к экстрасенсорной перцепции. - …Вот уж нет! – отрезала Эльвира. – Я еду с вами, и это не обсуждается. В орочьем мозгу что-то со скрипом провернулось. - Приказ командора, - рыкнул визитёр. – Он хочет видеть доктора. Про других он ничего не говорил. - Ми-и-лай! – дружелюбно, но и внушительно протянул Шабунин, водрузив правую ладонь на плечо орка. Тот, несмотря на выдающуюся мускулатуру, заскрежетал и просел. – Доктор без медсестры – это как Дед Мороз без Снегурочки. Можете представить себе такую картину? Вот и я не могу. Так что при всём моём уважении лично к командору Джулиано и его приказам, это действительно не обсуждается. И вообще, вместо того, чтобы бесплодно препираться, взяли бы у дамы багаж и погрузили в свою таратайку. Только очень аккуратно. Я сейчас… Сделав жене ручкой - и узрев в ответ предсказуемый жест, в коем главная роль отводилась среднему пальцу, – доктор Шабунин взлетел по лестнице в тёмную лабораторию, отворил холодильник и извлёк из его ледяного нутра две маленьких металлических коробочки, которые и упрятал в карманы комбинезона. Деликатный вопрос пересечения Харонского моста можно было считать решённым. - Сташек, остаётесь за главного, - указал доктор, вернувшись в приёмную. – Держите оборону. И много не пейте, ладно? - Не извольте беспокоиться, док, - осклабился Сташек. – Всё будет в ажуре! Доктор Шабунин влез в тёмное нутро автомобиля, едва подсвеченное огоньками на приборной панели, и по-медвежьи заворочался, располагаясь на заднем сидении рядом с женой. - Кстати, - ангельским голосом сказала Эльвира орочьему затылку. – За срочный вызов с девяти вечера до девяти утра взимается плата по двойному тарифу.

Nail Buster: Всю дорогу громила молчал - даже во время краткой остановки на мосту он не проронил ни слова, глядя остекленевшими глазами прямо перед собой, не желая вмешиваться в дела Шабунина с пограничниками. В последние дни они ослабили бдительность - этот загадочный орден, похоже, больше не в силах был держать города разделёнными. Серая Рать расплодилась на обоих берегах и несла хаос, с которым даже Республика Машин не могла бороться... или, может быть, не хотела?.. В любом случае, занятые борьбой с общей угрозой, некогда злейшие враги могли свободно бродить по мосту из Чёрного города в Белый и обратно, и худшее, что могли с ними сделать - отобрать оружие и патроны. Могли, конечно, и застрелить, но такой большой чести нужно было добиваться долго и упорно. Сколько осталось в Энске таких "счастливчиков", Брок - так звали громилу - подсчитать не брался. Баланс рушился, и это было понятно. С городом вновь что-то происходило. И будь он тридцать три раза проклят, если ниточки этих перемен не вели под землю. Ничто не делается в городе без воли и без ведома Управляющих. Поворот на проспект, ведущий к каэмовской станции, они проскочили, не сбавляя скорости. - Командора там нет, - проскрежетал Брок, поймав в зеркале заднего вида немой вопрос пассажиров. - Теперь там лишь грузовой терминал - главная база перенесена в другое, более надёжное место. О каком месте он говорил, можно было даже не спрашивать - они ехали к зданию Казармы. Огромный бетонный куб без малейшего намёка на окна, казалось, заполнял собой половину ночного неба - это было самое большое здание в Энске, а может быть, и во всей Польше. В прежние времена в нём размещалась вся многотысячная Армия КМ, теперь же оно считалось полностью непригодным для жизни. Бомбардировки изрядно потрепали Казармы шесть лет назад, системы электроснабжения и вентиляции не работали, и значит, в их серых глухих стенах царили вечные холод и тьма. По крайней мере, так говорили доктору. Они подъехали ближе, и... сразу же окунулись в шумную атмосферу стройки. Казалось, они попали на возведение Вавилонской башни или, на худой конец, Великой пирамиды Хеопса - нижнюю часть куба-гиганта облепили строительные леса, освещённые яркими зенитными прожекторами, по ним шустро сновали сотни солдат в жёлтых касках, с инструментами и стройматериалами в руках. Рядом с громадными стальными воротами - единственным входом в здание - была расчищена большая площадка, на ней были в разных местах свалены груды строительного мусора, между которыми колесили хищного вида экскаваторы. Работа кипела. - Откуда здесь столько нелюдей? - вопросил Александр, но Брок проигнорировал этот вопрос. Возможно, ответа он и сам не знал. Машина, дёрнувшись, затормозила у полуоткрытых ворот. - Выбирайтесь, - рыкнул человек-орк. - На третьем этаже приёмная. Там вас встретят и проводят. - К господину командору? - уточнил Шабунин. - Нет, - и Брок отвернулся, явно не желая общаться с гостями дальше.

Доктор Шабунин: - Великая стройка вампиризма, - констатировал Александр, когда автомобиль отъехал, окатив его на прощанье дурно пахнущей струёй выхлопа. – Не иначе, у командора Джулиано в Америке умерла бабушка-миллионщица и оставила ему наследство. - Сколько же их тут… - прошептала Эльвира. - Да уж определённо побольше, чем граней у стакана. Масштабы восстановительных работ действительно впечатляли. Рыкающие дизелями бульдозеры деловито разгребали кучи щебня и бетонных обломков, зубастые экскаваторы вгрызались в мёрзлую землю, намереваясь, видимо, добраться до скрытых в её недрах коммуникаций. Нелюдской стройбат с муравьиной расторопностью замуровывал огромные бреши, пробитые в стенах Казармы натовскими крылатыми ракетами. Густой сигнал, похожий на рёв пароходной сирены, заставил Александра и Эльвиру обернуться: сзади прямо на них катился здоровенный карьерный самосвал, выкрашенный в весёленький жёлтый цвет. С высоты второго этажа белолицый водитель-вампир в старой каэмовской униформе покрутил пальцем у виска и проорал что-то совершенно неслышное за грохотом двигателя, но явно оскорбительное. - Смотри, куда рулишь, кретин! – рявкнул в ответ Шабунин, потрясая кулаком вслед самосвалу. – Придёт зима, попросишь у меня донорской кровушки напиться! – присовокупил он, даже не подозревая, что это грозное пророчество уже начало сбываться. Гидравлические приводы чудовищных ворот, конечно, не действовали, зато обе створки были украшены свеженькими знаками Коалиции. Двое рослых стражников с пулемётами наперевес заступили врачам дорогу. - Скорая помощь! – возвестил Александр. – Прибыли по личной просьбе командора Джулиано. Охранники переглянулись, и на лицах их ясно выразился тот же самый вопрос, которым задавался и сам доктор Шабунин – для чего бы герру командору понадобился врач? Разве что из гастрономического интереса… Один из стражников, не говоря ни слова, скрылся за воротами, другой, отступив на шаг, очень выразительно взял Александра и Эльвиру на прицел. - Вот что мне нравится в Коалиции, - сказал Шабунин жене, - так это неизменное дружелюбие и широкое гостеприимство. - Ты не понимаешь, - возразила Эльвира. – Это просто такой рецепт традиционной вампирской кухни. Берём хорошо замороженных врачей, нарезаем дольками… Охранник, к счастью, обернулся быстро. Вслед за ним явился начальник караула – тощий долговязый унтер-офицер меланхолического вида в вытертом мундире не по росту и при старомодных круглых очках. - Здравствуйте, Александр Сидорович, - сказал он бесцветным голосом. - Привет, Альберт! – Шабунин так сжал своей лапищей холодную костлявую ладонь вампира, что тот аж присел. – Как ваше зрение? Витамины мои принимать не забываете? - Спасибо, гораздо лучше. А в темноте теперь вообще вижу чуть ли не лучше, чем при свете. И головные боли прекратились. - Ну, вот то-то же. Медицинская наука, голубчик, она умеет много гитик! В циклопическом вестибюле Казармы царила кромешная тьма. Заблудиться в ней не давала лишь реденькая гирлянда слабосильных электрических лампочек, указывающая путь к широкой лестнице, которая вела на второй этаж. Тем не менее, было понятно, что в темноте кипит невидимая работа: брякали какие-то инструменты, звучали приглушенные голоса, а раз откуда-то сверху даже донеслось довольно бодрое и невыносимо фальшивое «Не кочегары мы, не плотники». Эльвира хихикнула. Впрочем, судя по звукам, певцу быстро дали по зубам, чтобы заткнулся и не позорил высшую расу перед людьми своим вокалом. Потом далеко слева с треском рассыпался сноп красивых голубых искр, после чего грянуло неизбежное: «Датваюжмать!» - Кстати, с новосельем вас, Альберт, - сказал доктор Шабунин. – Вот не знал, что вы собираетесь переезжать… - Распоряжение герра командора, - неопределённо отозвался вампир. – К сожалению, энергосистема Казармы оказалась повреждена сильнее, чем мы ожидали. Токамаки заглушены, а мощности мобильных генераторов не хватает. - Да, отделать такое зданьице – это не баран чихнул, - сочувственно покивал Александр. – Чёртова уйма денег уйдёт. А что, господин командор на рулетке куш сорвал или же, чего доброго, взял богатое приданое за невестой? - Я не интересуюсь финансовыми делами герра командора, - подчёркнуто нейтральным тоном ответил Альберт. – Равно как и никакими другими. И при всём должном уважении, Александр Сидорович, вам также не советовал бы. Оставшийся путь до приёмной они проделали в молчании. - Прошу вас, входите, - пригласил вампир, распахнув перед врачами тяжёлые, тёмного дерева двери. – А я возвращаюсь к своим обязанностям.

Nail Buster: Небольшая комната, в которую их привёл Альберт, была освещена куда лучше, нежели вестибюль и лестничные пролёты - на потолке, мерцая, жёлто горела люстра, запитанная, похоже, от отдельного генератора. Приёмная, отделанная в алых и золотых тонах, была в высшей степени типичной - мягкая мебель вдоль стен, журнальный столик в центре (без журналов, правда), пустующий стол секретарши возле двери... На стене, судя по тёмным квадратным следам на обоях, когда-то помещались портреты Максов, или же более "молодого" армейского Командования - фюрера Бастера, капитана Наркома, старлеев... Ныне их роль исполнял огромный агитплакат - герр Джулиано, позой своей немного напоминавший Родину-Мать, на фоне ядерного грибка, сметающего Дворец Культуры. Надпись внизу кричала: "Коалиция Максов возрождается из пепла!" - А ведь и верно, возрождается Коалиция, - раздалось из-за приоткрывшейся двери. Голос был жутковатым - вежливым, вкрадчивым и в то же время каким-то... обволакивающим. Не голос, а елей. Через секунду в приёмную вплыл и его обладатель - невысокий пухленький господин в аккуратных круглых очочках, в застёгнутом на все пуговицы чёрном френче. Внимательно глядя на доктора и его спутницу своими маленькими хищными глазками, господин тихо прошёл по приёмной и уселся за секретарский стол. - Вы, вероятно, спросите, - проговорил он с едва заметным еврейским акцентом, - в чём же секрет нашего нынешнего благополучия? Не стоит удивляться, тут никакого секрета нет - вы ведь наверняка наслышаны о Серой Рати? После того, как эти... ужасающие создания принялись бесчинствовать в Чёрном городе, местные группировки порешили объединиться, чтобы лучше противостоять им. Разумный шаг, не правда ли? Ещё разумней было объединиться не абы как, а непременно вокруг сильного лидера - такого, как герр командор. Он приобрёл кое-какую себе популярность за пределами Энска - вы ведь наверняка слышали про Варшаву, про Москву... Его поддерживают многие влиятельные кланы Европы, а это уже не шуточки. Понятное дело, станция в качестве главной базы нам больше не подходит, а Казарма - самое укреплённое и вместительное здание в этих краях. Вот, как видите, отстраиваем... - Это всё, конечно, хорошо, - вежливо промолвила Эльвира, из-за чего удостоилась тревожного взгляда мужа, - но где же сам командор? Толстяк помолчал мгновение. - Командор болен, - наконец объявил он, будто бы нехотя. - И это пока строжайшая тайна. Идёмте, я провожу вас. Кстати, моя фамилия Брик, я временно исполняю обязанности вице-майора. Он распахнул дверь, пропуская чету Шабуниных вперёд. За дверью начинался полутёмный коридор - лишь первый в бесконечном бетонном лабиринте, в центре которого-то и находился хворающий Джулиано, как мумия древнего фараона. В городе Энске всё было не по-людски, так стоило ли удивляться, что "великие пирамиды" здесь кубические... - Прошу вас.

Доктор Шабунин: Энск – город не так чтобы маленький, однако и не слишком большой, новости расползаются очень быстро, и смутные разговоры о брюхастом коротышке, который явился неизвестно откуда, по наущению командора Джулиано учинил ядерный взрыв в Варшаве, а на прошлый Новый год чуть было не затеял революцию в России, ходили уже давно. Теперь же, оказывается, эта неуклюжая на вид птица киви залетела эвон как высоко – исполняет обязанности самого вице-майора! При первом взгляде на толстячка-еврея доктор Шабунин совсем уж было решил, что слухи о его кровавых «подвигах» сильно преувеличены. Круглое лицо экстрасенса лучилось добродушием высшей пробы, уютный живот изобличал неравнодушие по части кулинарных излишеств, манеры были самые обходительные, а уж голос - так просто медовый. Лишь внимательно всмотревшись в круглые, чуть выпученные глаза Брика, Александр заметил, что в тёмной их глубине кружится нечто скользко-хищное, холодное и до изумления злобное, будто голодный древний ящер в толще вод легендарного озера Лох-Несс. Не случайного, выходит, человечка назначил господин командор себе в заместители. Анфилады кое-как освещенных, сырых помещений навевали мысли о кладбищенских склепах. Брик с фонариком в руках скользил в промозглой полутьме, напоминая толстую глубоководную рыбу-удильщика, и отдавал ценные указания: «Тут, пожалуйста, направо… теперь прямо, и опять прямо, и ещё немножко прямо, а вот здесь, на минуточку, налево… или таки опять направо? Нет, слушайте, это же не здание, это же одно большое горькое горе!». Ровно в тот момент, когда доктор Шабунин окончательно осатанел от бесплодных блужданий по бетонному кишечнику Казармы, из темноты прямо в грудь Эльвире упёрся масляно блеснувший пулемётный ствол. Хриплый голос с сильным немецким акцентом, не допускающий возражений, гавкнул: - Хальт! Руки вверх! - Как же мне это надоело, - вздохнул доктор. Аккуратно поставив свои чемоданы на пол, он подчёркнуто медленно разогнулся… Часовой так и не понял, как это он вдруг поменял вертикальное положение на горизонтальное, отчего перед глазами порхают разноцветные искры и почему дуло ручного пулемёта, который вот только что был у него в руках, теперь уставилось ему точно в лоб. - Всякая немочь бледная тут ещё мне будет…- проворчал Шабунин голосом медведя-шатуна. Из окружающего мрака моментально сгустились ещё двое вампиров со «шмайссерами». Дуэтом лязгнули затворы. Александр улыбнулся – многообещающе, но как-то недобро. - Саша, не смей! – Эльвира с кошачьей ловкостью повисла у мужа на плечах. - А-а-атстави-и-ить! – завизжал Брик на такой нестерпимо поросячьей ноте, что автоматчики аж присели. – А вы, доктор, тоже хороши, - продолжил толстяк укоризненно, - эти поцы за шутки не понимают, а вы на них лезете, как на тот комод. Вот наделали бы они с переляку в вашем драгоценном организме лишней вентиляции – и что тогда, я интересуюсь? - Извините, погорячился, - буркнул Александр, поднявши с пола поверженного вампира и отряхивая его от налипшего сора. – Отдохнул, милок, и будет, хорошенького понемножку… Ну-с, теперь мы можем, наконец, пройти к паци… - Заместитель командора страшно выкатил глаза, и доктор Шабунин осекся на полуслове, - …к господину Джулиано?

Nail Buster: Пожалуй, если бы не строжайший приказ командующего ("Умри, а герра доктора не тронь и пальцем!"), стоять бы этому не в меру вспыльчивому эскулапу у дальней стены коридора и поедать с аппетитом чёрненькие маслины из экологически чистого свинца... Так думал вампир-пулемётчик, скрежеща от злости зубами и тяжело поднимаясь на ноги. Нет, это унижение он собирался надолго запомнить. Быть поверженным человеком! Жалким смертным! Будь проклят и этот Айболит-переросток, и Брик, благодаря которому Айболит до сих пор жив и здоров. Если бы командор это видел, он бы наверняка... Впрочем, командор ничего сейчас видеть не мог, и злая ирония судьбы состояла в том, что именно этот доктор был его единственной, возможно, последней надеждой. Поняв это вампир задавил в себе гнев и круто развернулся на каблуках: - Пр-рошу за мной! Обогнув ещё один поворот, они оказались прямёхонько перед очередной дверью - тяжёлой, бронированной, как и положено по всем злодейским канонам, охраняемой ещё двумя пулемётчиками. При виде Брика они подобрались, а на доктора и его спутницу зыркнули с величайшим подозрением. Однако, посторонились и тыкать оружием в них не стали. Экстрасенс подошёл к небольшой панели, врезанной в стену, и ловко набрал на ней длинный цифровой код. В стене что-то зашипело, забормотало, из вентиляционных решёток в двери вырвались облачка пара. Медленно отворившись, она явила Александру и Эльвире... крошечную шлюзовую камеру с небольшим шкафчиком в уголке и второй такой же дверью напротив первой. Камера, супротив бесконечных казарменных коридоров, была кристально чиста и отделана белоснежным кафелем. Видно было, что время пощадило медблок... если, конечно, это был именно он. - Дезинфекция, господа, - промолвил Брик, первым переступая порог шлюзокамеры. - Защитные костюмчики вон в том шкафу - покорнейше прошу переоблачиться. Мы, честно сказать, опасаемся, что ЭТО заразно. - ЭТО?.. - Терпение, герр доктор. Сейчас вы сами всё и увидите. В костюмах химической защиты они были похожи на астронавтов. По счастью, нужный размер нашёлся даже для Александра, и внушительная фигура его стала совсем уж циклопической, окутанная многими слоями блестящей защитной ткани. Заместитель командующего же, белый и шарообразный, напоминал тривиального снеговика. Медицинский блок - догадка Шабунина оказалась, конечно же, верна - оказался огромным сферическим залом, у дальней стены которого были кое-как свалены койки, а в центре стояла всего одна, обнесённая чем-то вроде москитной сетки. За этой сеткой что-то тихонько шевелилось. Что-то, лишь отдалённо напоминавшее командора КМ. Если, конечно, предположить, что у командора могли отрасти тонкие чёрные щупальца, как у небезызвестной диснеевской ведьмы. А всю остальную часть зала загромождало гигантское устройство, собранное явно в большой спешке и явно не без участия могучей Республики Машин. Судя по виду, это был излучатель, и в данный момент он чем-то усиленно облучал койку. От него исходил еле слышный гул - неприятный, пробирающий до самых костей. - Как видите, - паранормалик благоразумно не приближался к устройству, предпочитая ждать, пока он отключится полностью, - нам приходится таки непрерывно бомбардировать его тело ионами, чтобы... затормозить рост паразита. - Паразита? - Судя по всему, да, - развёл Брик руками. Голос его из-за массивного шлема звучал приглушённо, как и голоса визитёров. - И уж не знаю за внеземную биологию, но эта зверушка явно не наша. Возможно, из тех тёмных сфер за пределами нашей реальности, где обретается, например, господин Яроврат. Который, на секундочку, страстно ненавидит нашу любимую организацию. Ей-богу, не удивлюсь ни разу, если этот дивный подарок герру командору - его проказы. Излучатель наконец смолк. Они пересекли зал и приблизились к койке. - Мы вас позвали, - проговорил экстрасенс, откидывая полог, - потому что вы признанный специалист по всякого рода специфическим хворям. А уж если это не специфическая хворь, то я, простите, белогвардейская путана.

Доктор Шабунин: «А-а-а, доктор, что это у меня?! – Спокойно, спокойно, дорогой товарищ, не надо так кричать, ну, давайте, показывайте… А-А-А!!! ЧТО ЭТО У ВАС?!» Именно этот обросший патриаршей бородой анекдот немедленно вспомнился доктору Шабунину при виде господина командора. Точнее, при виде того, что не так давно было господином командором, а теперь смахивало скорее на охочего до половых извращений монстра из японского мультфильма. Тело вождя Коалиции от шеи до лодыжек покрывали отвратительного вида бледно-лиловые волдыри, источающие белёсые выделения с гнилостным запахом, который пробивался даже сквозь фильтры скафандра. Два самых крупных образования, угнездившиеся на широкой груди Джулиано, успели созреть и лопнуть, выпустив на волю жгуты тонких чёрных щупалец, которые беспокойно двигались, тычась во все стороны, будто гадкие слепые черви. Лицо Винсента, свободное покуда от лиловых вздутий, покрывала совершенно уже мертвенная, даже для вампира нехарактерная синеватая бледность. Дышал командор часто и неглубоко, иногда чуть слышно постанывая сквозь стиснутые зубы, словно от сильной боли. Глаза его были закрыты. - Патогенный штамм синегнойной палочки… - прогудел Александр из-под шлема. - Вы вот так мгновенно, на глаз, поставили диагноз?! – восхитился Брик. - Нет, - сказала Эльвира, склонившись над Джулиано. – Просто доктор, будучи местами джентельменом, прибегает к этому эвфемизму, чтобы не выражаться скверноматерно в присутствии дамы. За что я ему признательна… Ой, Саш, давление!.. - Пациент скорее мёртв, чем жив? - крупнокалиберный шприц в лапах Александра смотрелся детской игрушкой из набора для куклы Барби. – Ничего, командор, сейчас мы это дело поправим. Держитесь. Эля, сделай общий анализ крови. Эльвира мазнула палец Джулиано ваткой, смоченной спиртом, и хищно впилась в него острым металлическим жалом. - Результаты – через три минуты. Полезные всё-таки штуки иногда производит Республика. - Слава роботам, - отозвался Шабунин, наблюдая, как с лица командора после инъекции стимулятора медленно стекает предсмертная синева. Чёрные щупальца затрепетали: происходящее явно пришлось им не по нраву. – Так! – с неожиданным для его медвежьей фигуры проворством доктор повернулся к топчущемуся у него за спиной Брику. Тот аж отшатнулся от неожиданности. – Когда это у него началось? При каких обстоятельствах? Что вы сами пытались сделать, почему сразу не обратились ко мне, отчего тянули? Подробно, в деталях! Эля, запиши…

Nail Buster: По кислой физиономии паранормалика было понятно - отвечать на вопрос врача ему ой как не хочется. Но отвечать надо... Помявшись пару секунд, Брик обратился к Александру: - Мы можем... поговорить наедине, герр доктор? - Нет, - в один голос отрезали Шабунины. Беззлобно, но достаточно твёрдо, чтобы толстяк не предпринял новых попыток шушукаться с главой семейства за спиной любимой супруги. Подумав с минуту, заместитель командующего решил, что это и впрямь была довольно бестолковая мысль. Шила в мешке всё равно не утаишь, особенно если оное шило таких-то нечеловеческих габаритов. - Вы знаете, - проговорил он, воровато зыркнув по сторонам, - в окрестностях города прямо сейчас творятся большие-пребольшие дела. Мы, можно сказать, готовимся к эвакуации... Нет-нет, вы скоро сами всё увидите и услышите! - замахал он руками, когда Александр открыл рот, чтобы спросить, какая, собственно, к чертям, эвакуация? - Проект необычайно важный и сложный, мы долго над ним корпели, и... прямо скажем, без командора он может не дотянуть до решающей фазы. Вы меня понимаете? - он проникновенно заглянул здоровяку в глаза, отделённые от внешнего мира слегка подсвеченным стеклом защитного шлема. - Всё в этом здании, буквально вот всё-всё до последнего винтика, держится на авторитете герра Джулиано, а уж за его пределами и подавно. Если эвакуация состоится без него, в Энске начнётся хаос. Мы сумеем на время усыпить бдительность горожан, но потом всякие нехорошие слухи неизбежно просочатся даже через эти толстые стены, - в подтверждение своим словам он похлопал ладонью по толстой бетонной стене. - Это таки, почтенный герр доктор, к вопросу о том, почему мы вас не вызвали раньше. Режим секретности, наистрожайший режим секретности! Александр задумчиво кивнул: - Ясно, герр Брик. - На самом-то деле ничегошеньки ясно ему не было, но он решил поверить обещанию толстяка и самолично узреть, что это за шутки такие с эвакуацией. - А что с другими-то моими вопросами? Откуда выполз этот вампирский стафилококк? - Ввезён извне, - без колебаний ответствовал замкомандующего. - Вопрос лишь в том, НАСКОЛЬКО извне. Видите ли, заразился герр Джулиано на станции, в аккурат после прибытия туда очередного товарного состава. Были в том составе, если я таки не ошибаюсь, кое-какие консервы, чистая вода и другая всякая снедь, на случай голода, знаете ли... Никогда не знаешь, что нам пошлют небеса, не так ли, почтенный доктор? Ну так вот, для герра Джулиано там тоже нашлась посылочка - специально из Рима заказанная бутылка винца, ибо командор до хорошего винца, скажу я вам, страстный охотник. В этой-то бутылке, всеочевиднейше, содержался... как вы там говорили? Стафилококк? Как вы понимаете, - он прищурился, - станцию тут же закрыли на карантин, дабы зараза не расползалась по городу, поезд сожгли, а командора перевезли сюда. Вот и вся история. Вздохнув, Брик опустился на железный стул, так кстати оказавшийся рядом. - Мы не знаем, как это лечить, герр доктор. Но, - он несколько оживился, - если и впрямь подтвердится, что зараза связана с Монолитом, я бы мог невозбранно подсказать, где можно найти лекарство.

Доктор Шабунин: - Вино, значит, - покачал головой Шабунин. - Тоже мне, вампиры, высшая раса, понимаешь, – тащат в рот всякое, а потом «ой-ой, спасите-помогите», монолитовская интрига, всё сжечь и засекретить... Эля, милая, что там с кровью? - Готово, - жена протянула Александру распечатку. - Ну-ка… так, стоп, это что ещё за тяжкий бред? – недоумённо уставился доктор на цифры, выданные анализатором. - В каком смысле? - В самом прямом. Погляди. - Ой. - Вот именно. - Что, что такое? – тут же встрял в разговор Брик, уже извертевшийся на своём стуле. - Долго объяснять, - отмахнулся Шабунин. – Да вы и не поймёте. - Почему это я себе не пойму? – обиделся коротышка. - Потому что мы, дипломированные специалисты, тоже ничего не понимаем, - утешил его доктор. – Кровь вампира, как и кровь человека, имеет гемоглобиновую основу, так? А вот эта загадочная жидкость, - он потряс распечаткой, - основана на гемэритрине. Это характерно для морских беспозвоночных, ну, кольчатых червей ещё… но командор всё-таки далековато ушёл в развитии от кольчатого червя, вы не находите? - Да, это таки правда, - согласился Брик. – И что вы думаете за весь этот халоймес? - Есть одно соображение, - прогудел Шабунин. – Достаточно безумное, как мне кажется, чтобы оказаться правильным. Но сказать что-то определённое я смогу не раньше, чем познакомлюсь с вот этим вот, - он указал на волнующиеся щупальца, - чем бы оно ни было, поближе. Мне нужен образец тканей. Эльвира с видом оруженосца, протягивающего волшебный меч-кладенец идущему на бой с драконом рыцарю, вручила супругу страшноватого вида пинцет и скальпель. - Только осторожнее, Саш, пожалуйста. - Угу, - отозвался Шабунин. – Ты, главное, банку наготове держи, - и медленно потянулся левой рукой к чёрной поросли на груди Джулиано. Щупальца нервно задёргались, стараясь дотянуться до пальцев доктора. - Ути-пути, мои хорошие… ну-ка, давайте, идите сюда… - бормотал Александр, примериваясь. Один из жутковатых отростков свернулся пружиной, а потом в резком броске почти дотронулся до докторской пятерни. В тот же миг Шабунин с неожиданной ловкостью, какую чуть раньше испытал на себе невоспитанный вампир-пулемётчик, захватил щупальце пинцетом и так отмахнул скальпелем, что Брик невольно присел, вспомнив лихие кавалерийские атаки Гражданской войны. Эльвира моментально протянула банку, и бешено дёргающийся кусок неизвестно чего оказался в стеклянном плену, надёжно прихлопнутый крышкой. - Во-от, - удовлетворённо протянул Шабунин. – А теперь посмотрим, из чего это сделано, и попробуем сообразить, зачем оно такое бывает. Да, герр Брик, так что вы говорили про Монолит?

Nail Buster: - Про Монолит-то? - переспросил герр Брик. - Да-да, конечно... Думаю, вам, достопочтенный доктор, хорошо бы произвести небольшой себе экскурс в историю. Так вот, несколько лет назад прогневал наш старый фюрер одну русскую секту, поклонявшуюся богам Гиперкосмоса, - паранормалик развёл руками и растопырил пальцы, изображая злобных и страшных богов этого самого Гиперкосмоса. - Лидер её, Яроврат, закономерно на фюрера обиделся, но биться с ним ему было как-то недосуг - надо было захватывать мир, и в частности, Россию-матушку. А это же прямая конкуренция! Ну кто, скажите на милость, кто этого поца Яроврата надоумил встать на нашем пути?.. Итак, фюрер послал агентов разобраться с недругом, и они таки преуспели - опаснейший экстрасенс хоть и не пострадал, но был навеки изгнан в Гиперкосмос, где ему, сказать по правде, самое место. Организация же его, как, впрочем, впоследствии и наша, погрязла в разных внутренних склоках и развалилась, причём, что интересно, следов практически не оставила никаких. Всё было подчищено Армией Света, всё до последнего мелкого сектантишки... - Но остался сам Яроврат, - задумчиво хмыкнул Шабунин. - В этом своём Гиперкосмосе. - Истинно так! - воскликнул замкомандующего. - О, Гиперкосмос! Зловещее место между мирами, где нет ничего, кроме чёрной ледяной пустоты, бороздимой несметными ордами жутких призрачных тварей! Среди них-то и обретается наш главный подозреваемый. - Стало быть, этот... паразит, - Александр потряс в руке банку, внутри которой извивался обрубок щупальца, - прибыл сюда прямёхонько оттуда? - Я в этом более чем убеждён, - решительно кивнул Брик. - И в этом главная наша проблема. Потому что работать с тамошней фауной нашим учёным не доводилось. Мы даже не знаем, откуда брать материалы и как это делается... - Но кто-то же знает? Вы говорили об этом минуту назад. - Верно, герр доктор. Но предупреждаю! - толстяк предостерегающе поднял палец. - То, что я вам скажу... - Совершенно секретно, - в один голос отчеканили все трое. - Да. Итак, ни у кого из наших нынешних соратников нет опыта работы с технологиями "Монолита". Однако, как бы это странно ни звучало, такой опыт есть у наших противников. Вы слышали об "Итерации-9", о группе бывших бойцов АС, что засели на аэродроме? Конечно, слышали - это весьма знаменитые личности в Белом городе, хоть и таинственности им не занимать. По слухам, их лидер практиковал или даже поныне практикует чёрную магию, однако слухи эти никто подтвердить не мог. До самых последних дней. Изволите ли знать, наши разведчики изъяли у... внезапно и безвременно скончавшихся бойцов "Итерации" несколько странных устройств, определённо сделанных по технологиям Монолита. Значит, либо у "Итерации-9" есть эти технологии, либо они, как минимум, знают, где их достать. И значит, - подытожил он, - лекарство для командора они тоже смогут произвести.

Доктор Шабунин: - Мадам Мари-и-я… - задумчиво протянул Шабунин. Он с ужасным скрежетом подтащил к койке герра Джулиано трёхногий металлический стол и водрузил на него компактный электронный микроскоп на атомных батареях. Эльвира тем временем готовила набор инструментов для препарирования чёрного гостя, явившегося, если Брик не ошибался, из параллельной Вселенной. - Я трижды бывал на базе «Итерации-9», - продолжил после паузы Александр. – Прививал тамошних бойцов от гепатита. Заплатили щедро, но вот на разговоры оказались скупы до невозможности, слова клещами не вытянешь. А сама мадам Мария на людей смотрит так, будто прикидывает, прямо сейчас человека съесть или на ужин оставить. Может, я и ошибаюсь, но мне она как-то не показалась похожей на добрую самаритянку, готовую помочь ближнему, особенно если этот ближний – приболевший глава Коалиции Максов. - Ой, доктор, - хитро прищурился толстяк. – Тут уже начинается большая политика, а вам оно надо, этой головной боли? Оставьте её старому Самуилу, так уже будет лучше для всех. Мадам Мария, пускай она живёт сто лет, женщина разумная… во всяком случае, когда не инвольтирует к эгрегору, - прибавил он вполголоса. – Я себе надеюсь, мы таки договоримся. - Возможно, - пробурчал Шабунин, настраивая микроскоп. – В политике я не силён. Так или иначе, прежде чем идти к «Итерации» попрошайничать, надо хотя бы понять, с чем мы имеем дело, - в руке у него тускло блеснул скальпель с тончайшим, голубовато-прозрачным мономолекулярным лезвием. - Отличные у вас инструменты, доктор, - позавидовал Брик. – У нас на Лубянке в своё время ничего подобного не было. Приходилось работать по старинке, средневековыми, я вам скажу, методами, такие дела… Кстати, если это таки настоящая Республика Машин, то я себе представляю, сколько эти железные шлемазлы с вас содрали. - Нисколько, - отозвался Александр, пластая скальпелем извивающийся кусочек щупальца. – Это в счёт платы за услуги. - За какие же услуги? – любопытно осведомился толстяк. - Врачебная тайна, - отрубил Шабунин. – И помолчите, пожалуйста, господин Брик, мы работаем, если вы не заметили. Эля, милая, будь добра… - и доктор перешёл на латынь. Брик надулся, как мышь на крупу, но перебивать и требовать перевода не стал, небезосновательно подозревая, что на чистом русском языке поймёт из профессионального разговора четы Шабуниных ровно столько же, сколько и на латыни – сиречь, ни бельмеса. -…Ну, вот, - отвалился Александр от заставленного хитрыми устройствами стола спустя полчаса. – Спасибо за неоценимую помощь, сударыня, - улыбнулся он, поднеся руку жены к стеклу шлема и изобразив церемонный поцелуй. Эльвира в ответ только хмыкнула: мол, охота тебе валять дурака. – Кое-что прояснилось. - Не томите уже, - вздохнул заместитель командора. – Не делайте мне нервы. У меня они, если хотите знать, не из стальной проволоки, как у вас и вашей супруги, чтоб она была здорова! - В целом, господин Брик, - лекторским тоном сообщил Шабунин, - вы оказались правы: перед нами явный случай паразитизма. Вот это… создание, которое я, стыд мне и позор, так и не смог классифицировать, - Александр указал пинцетом на заточённый в банке обрезок чёрной плоти, - является паразитом с уникальной способностью. А именно: проникнув в организм симбионта, оно начинает активно перестраивать все его системы – от кровеносной до выделительной – таким образом, чтобы они наилучшим образом обслуживали потребности паразита. При этом удалить незваного гостя хирургическим путём невозможно: он так плотно замыкает на себя основные функции организма реципиента, что это гарантированно приведёт к смерти последнего. Очень может быть, что это создание и впрямь откуда-нибудь из космоса или из параллельной реальности. Самое большее, что мы можем, - затормозить процесс трансформации и поддерживать основные жизненные функции командора, да и то вряд ли надолго. Стыдно признать, но, похоже, тут действительно не обойтись без помощи «Итерации-9». И она нужна нам как можно скорее.

Nail Buster: - Прекрасно, герр доктор, - серьёзно кивнул замкомандующего, явно не намереваясь даром терять время. - Как я понимаю, теперь разговор наш плавно перетекает совсем таки не в медицинскую сферу, посему, быть может, направимся в кабинет да там его и продолжим? Больному нужен покой, не так ли? Кабинет Брика, небольшой и даже несколько тесноватый, был обставлен так, как мог бы в прежние времена быть обставлен кабинет крупного деятеля с печально известной Лубянки - тяжёлая мебель из тёмного дерева (с резными узорами, изображавшими нацистских орлов, древние оккультные руны и, разумеется, символы Коалиции), зелёная лампа на полупустом столе, большущая карта Энска и рядом с ней, на той же стене, потрёпанная политическая карта мира... Книжный шкаф, но в полумраке нельзя было различить, какие книги читает этот жутковатый коротышка... В целом, здешняя обстановка была самой гнетущей, стены и потолок буквально давили, но Александр не сомневался - кабинет самого командора, сейчас несомненно пустующий, производит ещё более подавляющее впечатление на посетителей. Если только... - Уж не самого ли герра Джулиано помещеньице? - Оно самое, - подтвердил Самуил, усаживаясь в старое кожаное кресло. - Это, между прочим, самое сердце Казармы, её точный математический центр. От внешнего мира нас отделяют с вами десятки метров бетона, пыли и пустоты. Можно пережидать ядерную войну, почище чем в подземном бункере. Здесь всё осталось в первозданном виде со времён Битвы за Энск, разве что лампу перевезли со станции. Очень её любит герр командор... - Может быть, господин Брик, - вежливо, но твёрдо встряла Эльвира, - вы наконец расскажете, как нам вступить в контакт с "Итерацией"? - Нам?! - подскочил Александр. - Ну уж!.. - Не спорь умоляю. Именно нам. - Ой-вэй, прошу вас, обговорите состав вашей доблестной медицинской бригады где-нибудь в другом, более подходящем для этого месте, - замахал руками толстяк. - Время-то у нас и впрямь поджимает. Итак, герр доктор, - проникновенно обратился он к Шабунину, слегка перегнувшись через стол, - объясню вам свой план, если позволите. Сейчас вы тихо и спокойно отправитесь себе домой, прихватив эту вот ёмкость, - он поставил на стол маленькую пробирку с плескавшейся в ней желтоватой жидкостью. - Храните её, как зеницу ока. Наши ребята устроят так, что "Итерация" сама к вам придёт. Ваша репутация гениального медика сыграет, таки, нам на руку. Вам дадут шанс попасть в их лабораторный комплекс, поработать с их новейшими игрушками... и, возможно, в ходе работы вы узнаете кое-какие из их зловещих секретов. В частности, секрет нашего беспозвоночного гостя. А узнав, вернётесь сюда. Надеюсь, не нужно объяснять вам, что наш сегодняшний разговор, как и сама болезнь герра командора - строжайшая тайна?

Доктор Шабунин: - Ну да, секретность, - кивнул Шабунин, разглядывая на свет мутноватое содержимое пробирки. – Секретность – первое дело, секретность прежде всего, как же без секретности… - и с этими словами доктор швырнул склянку через стол обратно в руки Брику. Заместитель командора взвизгнул так, что у Эльвиры заложило уши. Жирное лицо его мгновенно приобрело нежно-бирюзовый цвет и покрылось крупными каплями холодного пота. Несколько секунд он неловко перебрасывал пробирку с одной пухлой ладони на другую, как горячую картофелину, продолжая безостановочно верещать тонким, чрезвычайно противным голосом, пока не сумел накрепко зажать её в кулаке. - Что вы творите?! – завопил толстяк, с видимым облегчением переводя дух. – Ой-вей, вы даже близко не представляете себе… - Ну да, пока не представляю, - невозмутимо перебил его Александр. – Но вот когда я окажусь у себя в лаборатории… - Нет! – рявкнул Брик, срываясь с дисканта на протодьяконский бас. – Доктор, поклянитесь немедленно самой страшной клятвой, что ни вы сами, ни ваша супруга не попытаетесь в ближайшие часы откупорить пробирку! У меня, если хотите знать, не в обычае кого-нибудь о чём-нибудь просить, но вас я именно что прошу и даже, можно сказать, умоляю. Обещайте! - Знаешь, Саша, - тихо сказала Эльвира, - женская интуиция мне подсказывает, что нас пытаются втянуть в какую-то сомнительную комбинацию. - Причём втёмную, - согласно кивнул Шабунин, - а это уже вовсе никуда не годится. - Поверьте, я забочусь о вашей же собственной безопасности! – всплеснул руками заместитель командора. - Поэтому подсовываете нам неведомую дрянь? Какая своеобразная забота! - Да уместите же вы в своей голове, что я просто не имею права рассказать вам всех подробностей! – плачущим голосом воскликнул маленький толстяк. – Ох, вэйзмир, я и так уже себе нарушаю режим секретности: вы ведь, на минуточку, унесёте с собой кусок этого гиперкосмического паразита, чтоб ему поскорее издохнуть! Александр Сидорович, Эльвира Тимуровна, я вас знаю за умных людей, а за дураков я вас не знаю, и не дай мне Бог вас за таких знать. Ну, подумайте сами, разве же мы рискнули бы подставить единственных в этом нашем Энске приличных врачей? Да против нас сей секунд поднимется весь город, и жизнь наша станет одно большое горькое разочарование. Зачем Коалиции таких вот вяземских пряников, я вас внимательно спрашиваю? - Звучит разумно, - буркнул Александр, аккуратно пряча заветную пробирку в саквояж и протягивая Брику распечатку. – Контроль давления, раз в полчаса – инъекции для поддержания сердечной деятельности. Вот шприцы, вот ампулы с препаратом. У вас найдётся кто-нибудь, умеющий ставить уколы? Хорошо. И продолжайте облучение – оно угнетает активность паразита. В общем, тут всё написано. А теперь послушайте меня, господин заместитель командора. Я… - доктор кинул быстрый взгляд на жену, - то есть мы сохраним в тайне информацию о болезни герра Джулиано и постараемся раздобыть для него лекарство. Но не приведи вам Бог тишком пытаться вовлечь Эльвиру и меня в какое-нибудь грязное дело. Я не угрожаю, нет. Я предупреждаю, - последние фразы прозвучали уже точь-в-точь как медвежье рычание. – Мы друг друга хорошо поняли, правда? - Или! – замахал руками толстяк. – Ваши слова для меня – как глас из горящего куста для пророка Моисея! Альберт, проводи наших дорогих гостей и вызови для них автомобиль! Когда двери за медиками закрылись, Семён Воозович рухнул в скрипнувшее под его упитанным тельцем кресло, вытирая лицо клетчатым платком. - Господин хороший, огоньку не найдётся? – интимно прошептал в правое ухо паранормалика низкий женский голос. Брик повернул голову и наткнулся на пару насмешливых серебристо-жемчужных глаз с маковыми зёрнышками зрачков. Обладательница этого нелюдского взора непринуждённо болталась в воздухе вниз головой, явно не испытывая от того ни самомалейшего неудобства, и её длинные волосы, цветом похожие на белёсые водоросли со дна подземной реки, свисали мало не до пола. - Оксана, - вздохнул заместитель командора, протягивая вампмирессе зажигалку, - вот скажите мне уже честно, как нацистка коммунисту: вы когда-нибудь бросите наконец эти свои фокусы или вы не бросите? - А что вас смущает? – Оксана Зубченко затянулась, выпустила длинную струйку дыма, потом на миг обернулась серым размытым вихрем и немедленно материализовалась вновь, на сей раз прямо перед носом паранормалика, перевернувшись на живот и беззаботно болтая ногами, словно лежала на мягком диване. – Я бы на вашем месте думала о том, догадались добрые доктора про подвох или нет, а не о моём негативном отношении к уставному нижнему белью… - Цыть! – прикрикнул Брик, потрясая кулаком перед лицом обнаглевшей нелюди. – Если мне таки понадобится ваших советов, я вас извещу отдельно и особо! А пока вот вам приказ: следуйте за Шабуниными, обеспечьте их безопасность и проследите за операцией. Kehrt euch! Marsch! - Служу Коалиции, - едко улыбнулась вампиресса и растаяла в воздухе.

Nail Buster: Назад Шабуниных вёз тот же самый громила, что часом ранее доставил их пред очи Брика. Уставившись своими маленькими глазёнками прямо перед собой, он гнал машину по энским улицам, как сумасшедший - то ли ему дано было указание "сверху" как можно быстрей увезти доктора и его жену подальше от гигантского бетонного куба Казармы, то ли ему просто-напросто самому не терпелось закончить эту скучную миссию. Или, быть может, он чувствовал то же, что чувствовали все остальные той ночью - тревогу, что мутными волнами накатывала на город из окрестных лесов, низвергалась вязким потоком с чёрного зимнего неба... Знал ли этот громила, понимал ли, откуда у него это это странное, тягостное чувство, или же списывал его на игру воображения, доселе никак и нигде ему не пригождавшегося?.. Трудно сказать. - Приехали, - наконец буркнул он, тормозя у самых дверей клиники. Похолодало, на серый асфальт не спеша опускались редкие снежинки. Выждав, пока Александр с Эльвирой покинут машину, каэмовец вдавил педаль газа и через несколько минут скрылся вдали. Прощаться он не почёл нужным. В оставшиеся до рассвета часы Шабунины спали, как и все остальные добропорядочные горожане. Они не видели, как тучи над городом Энском свернулись в тугую спираль, в самом центре которой разверзся чёрный бездонный провал, как тучи, звёзды, луна исчезли в этом провале, всосались в него, как всасывается в сливное отверстие мутная вода... Они не слышали речь командора, заранее записанную на плёнку и теперь оглушительно гремевшую на улицах Чёрного города... И, разумеется, не видели они инверсионных "хвостов" ракет, перечеркнувших небо нового мира - ракет, стартовавших с тщательно замаскированных позиций в развалинах Чёрного города и с грохотом упавших где-то в Белом. Не видели, как из воронок, оставленных взрывами, поднялись клубы удушливого белёсого пара... Лишь на рассвете - во всяком случае, стенные часы Александра, никогда прежде не дававшие сбоев, возвещали о том, что рассвету в мире людей уже давным-давно пора наступить - им предстояло узнать все эти жуткие вести. Когда в дверь клиники забарабанили увесистые кулаки, и зычный голос вскричал, почти что скомандовал: - Открывайте! Именем человечества! Сташек открыл, на всякий случай перепоясавшись перед тем кобурой с верным другом-револьвером. На пороге столпились - о да, именно столпились, поочерёдно заглядывая за спину помощника, в надежде увидеть самого хозяина заведения - несколько вооружённых молодчиков. Небритых, хмурых и явно не выспавшихся. "Армия Света!" - догадался фельдшер, а вслух промолвил: - Что это вам в такую рань потребовалось, панове? Впрочем, за спинами пришельцев была по-прежнему глубокая ночь. Часы, что ли, барахлят?.. Неудивительно - им уж в обед сто лет будет. - Нам нужен доктор, - пророкотал, судя по всему, главарь. - Вы тут, похоже, дрыхнете вовсю и не знаете ничего, да мы и сами ни бельмеса не рубим, честно сказать. Но с городом произошла какая-то чертовщина этой ночью. И нелюди, будь они трижды прокляты, этой чертовщиной отлично воспользовались! В трёх кварталах отсюда они распылили какой-то неизвестный вирус - похоже, из старых арсеналов фюрера. Он быстро распространился и уложил в постель пару сотен человек, включая и наших лучших солдат. Похоже, он не смертелен, но как лечить его, мы не знаем. Дьявол, если мы СРОЧНО не поставим их на ноги, Белый город возьмут голыми руками! До-о-октор! - воин Добра возвысил голос, не решаясь оттолкнуть Сташека и пойти искать Шабунина самолично. - Вы слышите?! Вас ждут большие дела! Выходите! НРИ: Во избежание всякого, поясню. Зараза, поразившая командора, и зараза, о коей идёт речь - это разные заразы.

Доктор Шабунин: - Слышу, слышу, - ворчливо отозвался невыспавшийся Шабунин, спускаясь по лестнице в красном шёлковом халате. Зрелище, надо сказать, было внушительное. – Сташек, что же вы держите гостей на пороге? Во-первых, это невежливо, а во-вторых, вы напустите холоду, на улице всё-таки не май месяц… Обстрел, говорите? Биологическое заражение? - Мерзавцы выпустили с дюжину ракет, залили своей дрянью наши позиции и жилые кварталы вокруг! - Ничего себе ночка выдалась, - пробормотал Александр, глянув в беспросветно-тёмное окно. - Ночка?! – фыркнул солдат. – Док, да нас обстреляли в шесть утра, а сейчас десятый час! - М-да? – озадачился Шабунин, сверяясь со стенными часами. – Не понимаю… - Никто ни хрена не понимает, доктор, - горько ответил боец. – От слова вообще. Началось в четвёртом часу. Громкоговорители в Чёрном городе орут, что весь Энск провалился куда-то к чёрту за подкладку, и виноват в этом будто бы Комитет, ну тот, что в Варшаве. Только мне думается, всё это пиз… то есть враньё, - поправился он, завидев спускавшуюся вслед за мужем Эльвиру. – Доброе утро, пани. - Судя по вашему рассказу, не слишком оно доброе, - сказала Эльвира. – Дайте нам десять минут на сборы. Сташек, одевайтесь, пожалуйста, и не забудьте Диагностов. Сколько, вы сказали, заболевших? - Да сотни две будет, пани Шабунина, и это только у нас и в союзных группировках, а гражданских ещё и не считали. Эти проклятые ублюдки накрыли весь аэродром! Александр замер и посмотрел на жену. Та превратилась в мраморное изваяние под названием «Женщина, зашнуровывающая ботинок». Ах ты, жирная гадина, подумал доктор, вспомнив фальшиво-добродушные глаза и приторные речи Брика. Вот ты что, значит, задумал. Какая умная и бессердечная сволочь. Вице-майора можно поздравить: у него достойный заместитель, придумавший поистине беспроигрышный ход. У «Итерации» действительно нет другого выхода, кроме как согласиться на любые мои условия ради содержимого той пробирки. А главное, так горячо любимая толстяком секретность абсолютно гарантирована: заикнись мы теперь, после этой треклятой «эвакуации» и ракетного обстрела, от кого получили склянку, - и нас просто линчуют, потому как сговор с Коалицией налицо. Потом, может быть, и опомнятся, да только нам уже будет всё равно. - Дамы и господа эскулапы, да что ж вы сидите-то! – возопил воин АС, переминаясь с ноги на ногу в величайшем нетерпении. - А? – очнулся от мрачных мыслей Александр. – А, да-да. Мы уже почти готовы. Вот только заберу кое-что из сейфа наверху… Сташек, заводите машину. Проводив взглядом колонну из двух бронемашин и докторской «буханки» с красными крестами на бортах, Оксана, смутной тенью восседавшая на крыше клиники за каминной трубой, довольно осклабилась. Операция, разработанная Семёном Воозовичем, развивалась строго по плану.

Nail Buster: Белый Город, построенный на добрую сотню лет позже Чёрного, самым разительным образом от него отличался. Если на западном берегу Ядвиги преобладали здания старинной застройки, между которыми струились узкие, точно коридоры гигантского лабиринта, улицы и проулки, то восточные кварталы представляли собой одно большое унылое нагромождение типичных "спальных" ульев, рассечённое вдоль и поперёк несколькими широкими проспектами и массой улочек поменьше. Как ни странно, именно эта часть города больше всего пострадала в Битве за Энск - редкие дома стояли неповреждёнными, большинство превратилось в груды бетона и щебня, а то и вовсе в ровные пустыри необъятных размеров, усеянные кратерами и воронками. Мимо одного из таких пустырей двигалась автоколонна АС. На первый взгляд, город был совершенно безлюден. Но это было обманчивое впечатление - жизнь еле-еле теплилась в холодных каменных ульях, кое-где окошках горел свет, изредка на соседней улице слышался гул мотора... Иной раз приходилось объезжать баррикады из стальных балок и мешков с песком, выглядевшие ещё свежими. И - ни одной живой души, насколько хватало глаз. - Все боятся, - бросил командир отряда, отдавший машине Шабунина предпочтение перед собственным броневиком. - Серая Рать истребила чуть ли не треть наших бойцов полтора года назад, а теперь ещё и этот вирус... Если мы не найдём лекарство в ближайшие дни, нелюди могут просто прийти и взять Белый Город голыми руками. Не удивлюсь, если они уже разбирают оружие в арсеналах. Чёрт, надеюсь, ребята с моста задержат их хоть на какое-то время. "Зря боитесь, братушки... - угрюмо подумал про себя Сташек, обозревая в окно проплывавший мимо них безрадостный пейзаж. Чернота неба лишь усиливала тоску - тучи были такими густыми, что не было видно ни звёзд, ни луны. Казалось, будто над Энском разверзлись безжизненные космические бездны. - Нападение на Белый Город не входит в планы толстого пройдохи. Во всяком случае, пока. Ему нужно, чтобы доктору не мешали. А что может помешать сильнее, чем война?" Головной броневик меж тем остановился у самодельного шлагбаума. Притормозили и другие машины. В окно докторской "буханки" неделикатно постучали рукоятью мощного фонаря. - Привёз врача? - обратился к командиру боец, половина лица которого была закрыта маской-респиратором. - Привёз, - буркнул тот в ответ. - Дай нам пропуск сразу до аэропорта - времени в обрез. На каждом КПП я тормозить не могу. - Спешить некуда, - протянул боец, выписывая какую-то бумажку и вручая её командиру. - Никто в лазарете, насколько мне известно, ещё не умер. Вирус, судя по всему, давно уже выдохся... ну, то есть, если такое вообще бывает с вирусами. Короче, пролежал себе на складе и истратил свой срок годности. - Неважно, - командир опустил стекло и обратился вновь к Александру. - Видите? Им нужно, чтобы мы не могли сражаться. Нужно ослабить нас. В ваших руках - благополучие Армии Света, а то и всех здешних горожан, пан доктор.

Доктор Шабунин: - Молитесь Богу, в его власти и чудеса творить, - вздохнул Шабунин. - Есть у меня опасение, док, что из той жо… извините, пани, вонючей дыры, куда нелюди нас всех загнали, до бога не больно-то докричишься, - возразил командир. Бумажка, которую он получил от караульного и пришлёпнул на лобовое стекло, явно обладала магическими свойствами. Два следующих поста машины миновали на полной скорости: шлагбаумы были предупредительно подняты, а личный состав тянулся в струнку и только что не козырял докторской «буханке». Правда, волшебная сила пропуска имела ограниченный срок действия. Или, скажем, не все бойцы «Итерации» были к ней одинаково восприимчивы. Так или иначе, перед въездом на обширную площадку, которая когда-то служила автостоянкой, пришлось затормозить. Маленькую колонну медленно, со смаком облизал бело-голубой язык прожектора, и в его свете возникли две гротескные фигуры в чёрных доспехах, отделанных сияющим хромом, и наглухо закрывающих лица масках с длинными шлангами, уходящими куда-то за спину. В руках они держали многоствольные пулемёты самого устрашающего вида. Выпученные стеклянные «глаза» солдат заметно отливали неприятным багрянцем. - Интересно, - буркнул Александр. – В прошлый раз я таких бойцов что-то не заметил. - Личная гвардия мадам Марии, - вполголоса пояснил командир группы. – Отборные воины, но, между нами, в головах у них такие тараканы, что усы аж из ушей торчат. Один из упакованных в броню бойцов неспешно, по-хозяйски заглянул в кабину «буханки», другой осмотрел салон. Заметив на поясе у Александра кобуру с «Грачом», он молча ткнул в оружие пальцем, а потом требовательно протянул руку ладонью вверх. - Только не сломайте и не потеряйте, - наказал доктор, протянув броненосцу пистолет. Суперсолдат, по-прежнему не говоря ни слова, мазнул Шабунина по лицу красным взглядом окуляров и повёл своим кошмарным пулемётом – путь свободен, проезжайте. - Повезло, - пробормотал командир, когда машина тронулась. – А мог бы запросто и очередью полоснуть. От этих ребят вообще чего угодно можно ждать. - Странные типы, - поёжилась Эльвира. - Мягко сказано, пани. Вы ещё их казарму не видели – темнотища, огни какие-то нелюдские и мороз градусов так пятнадцать. Голливуд сос… то есть я хотел сказать, отдыхает. Колонна медленно ползла между разбросанными по бывшей автостоянке бетонными блоками. Энский аэропорт, и в лучшие времена не больно-то презентабельный – казённого вида двухэтажная коробка с застеклённым фасадом и парой подъездов, – сейчас смотрелся прямо-таки воплощением уныния. Укреплён он, однако, был на славу: стекло уступило место кирпичной кладке, а подъезды превратились в долговременные огневые точки, ощетинившиеся стволами, что твои дикобразы. Сташек, подчиняясь указаниям командира, кое-как пропихнул «буханку» через полуоткрытые железные ворота и затормозил у дверей под полустёртой надписью «Gate 3». От прошлого посещения базы «Итерации-9» у Шабунина осталось впечатление непрестанной суеты, а сейчас лётное поле было совершенно пустым. Только на вышках по периметру бдительно торчали дозорные за станковыми пулемётами. - Я вас провожу до лазарета, - аэсовец вылез из машины и галантно протянул руку Эльвире. – Там самые тяжёлые больные… им ваша помощь требуется в первую очередь. - Ладно, - кивнул Александр. – Сташек, где там наши Диагносты? Фельдшер вытащил из «буханки» небольшой, но явно увесистый металлический чемоданчик, доктор подхватил саквояжи, и вся троица зашагала по растрескавшемуся асфальту вслед за командиром, пряча лица от порывов холодного ветра.

eddichka: На базу "Итерации" Агнешка попала несколько месяцев назад. Из-за творящегося в городе треша и кошмара количество мест, где можно не только выпить, но еще и поесть, резко сократилось, доходы в местах оставшихся упали ниже уровня моря, потому, получив предложение поработать на аэсовской кухне, девушка не очень-то раздумывала. Во всяком случае, платили ей хорошо, да и звание она получила почти самое старшее - су-шефа. Очень неплохо, надо сказать. Сперва все шло гладко и здорово, она с удовольствием выдумывала меню, впервые введя в него хоть какое-то разнообразие. До появления Агнешки пределом кулинарных фантазий бедных солдат и несчастных офицеров были неизбежные "шланги с мусором"; о существовании же рыбных дней, дней национальной кухни и тому подобного они, кажется, вообще не подозревали. Ну, а нынче ночью на аэродром упали ракеты с нелюдской заразой, и все круто переменилось. Большая часть персонала кухни слегла, как и вестовые, обслуживавшие офицеров, так что Агнешке пришлось в лучших традициях фронтового госпиталя самолично обходить больных, вооружившись целой кучей судков и термосов. Как ни удивительно, но при постоянном общении с заражёнными (некоторых даже приходилось кормить с ложки), ни малейших признаков болезни у Агнешки не обнаружилось; впрочем, может быть, лишь пока. Не очень-то она об этом и задумывалась. Так как время посещения лазарета заезжими лекарями примерно совпало с завтраком, не пересечься в итоге они не могли. Едва зашагав по лестнице, ведущей в бывшую "зону отлёта", компания из двух докторов, фельдшера и сопровождающего сперва услышала взрыв мужского хохота, ну а затем все они ощутили прилив неудержимого веселья, и каждый из них захихикал - кто во что горазд. Притом командир АС ничуть не выглядел удивленным, тогда как по лицам Александра и Эльвиры легко можно было заключить, что они ровно ничего не понимают, немного напуганы и чертовски веселы одновременно. Как только доктора и сопровождающие закончили подъём по лестнице, их взглядам предстали полтора десятка мужиков, лежащих прямо на расстеленых по полу матрасах - уже успевших успокоиться и прекратить ржать, а также ярко-рыжая дамочка с поварёшкой наперевес и при алюминиевом котле, вызывавшим смутные ассоциации с санаториями, домами отдыха и советскими столовыми. Увидев вошедших, она удивленно заморгала, приоткрыв пухлогубый ротик, продолжая, впрочем, отмерять аптечно-точную порцию овсяной каши в глубокую миску, которая затем была передана одному из больных. Вид у дамочки был самый заинтересованный - на лице у неё прямо-таки написалось крупными буквами "И кто это у нас тут?".



полная версия страницы