Форум » Бесконечная Война » Будьте здоровы, командор! » Ответить

Будьте здоровы, командор!

Nail Buster: Место действия: город Энск Время действия: 28 ноября 2012 года. День Исхода Участники: eddichka, доктор Шабунин, Nail Buster Действующие лица: Агнешка Закржевская, доктор Шабунин Сюжет: Это была последняя ночь Энска на Земле - морозная, тихая ночь, без малейшего дуновения ветерка. Никто не подозревал, сколь важные и драматические события сейчас разворачивались на психотронной станции, затерянной во глубине окрестных лесов. Не знал об этом и известный в узких кругах эскулап по прозвищу Зингер - он преспокойно занимался своими обычными для такого часа делами. Какими именно? Кто его разберёт... От этих дел - а может быть, от крепкого сна - его оторвал короткий, но настойчивый стук в дверь. Герр Джулиано никогда не пользовался телефоном для связи с Белым городом - это было бессмысленно. Кабель, протянутый по секретному тоннелю под дном Ядвиги, давно уже перегрызли крысы. Так что депеши до штаба КМ и обратно передавались либо по зашифрованным радиоканалам, либо... способом, известным с древних времён - с помощью верных гонцов. Один из них теперь стоял на пороге клиники и, задумчиво глядя в небо, гадал, сможет ли док исполнить странную просьбу командующего.

Ответов - 48, стр: 1 2 3 All

Nail Buster: - А вы храбры, - не то с удивлением, не то с восхищением протянула мадам Колумб. - Храбры и отчаянны, пан Шабунин. Честно признать, я даже в мыслях не предполагала, что вы додумаетесь задать мне этот вопрос лично. Я ожидала, что вы попробуете взломать наши базы данных, станете рыться в записях наших архивов, пошлёте в нашу лабораторию своих лазутчиков... - на несколько секунд она замолчала, прищурясь, словно давала время гостям оценить, в каком бедственном положении оказался исчезнувший Сташек. - Но раз уж вы оказались так безрассудно честны со мной, пожалуй, я тоже буду в чём-то честна с вами. Брат-1, - женщина обратилась к телохранителю. - Принесите мне фиал из тронного зала. Беловолосый "стервятник", кивнув, скрылся в дверях за спиной Марии. Сама же она, устроившись поудобней в кресле, смерила Александра с Эльвирой ещё одним долгим, пронзительно холодным взглядом. - То, что мы называем В-вирусом, уже давно и безнадёжно мёртво, доктор. С того самого дня, как пала Полуночная Империя, мы непрерывно изучали его штаммы, разными путями попавшие в наши руки, но не нашли ни единого способа их оживить. Как вы наверняка помните, почти все британские вампиры, попавшие в ночь операции "Темза" под действие вируса, в один прекрасный день просто выздоровели, а те, кто не выздоровел, засели в таком глубоком подполье, что найти их не может до сих пор вся натовская миротворческая машина. До вчерашнего дня, пока Энск ещё был на Земле, я надеялась организовать экспедицию в Англию, но теперь... - Она выразительно покачала головой. - Боюсь, что здесь, в этих забытых богами руинах, вы ничего не найдёте. Лишь призраков прошлого, наподобие этого мёртвого дирижабля. За дверью раздались шаги, и Брат-1 снова возник за спинкой генеральского кресла. В руке его была стеклянная ёмкость - совсем небольшая, в его руке казавшаяся и вовсе крошечной. Не оборачиваясь, Мария протянула руку, и "стервятник" аккуратно опустил сосуд ей на ладонь. - Это, пан Шабунин, - произнесла она, поглаживая пальцами ёмкость, в которой плескалась алая, слегка светящаяся жидкость, - действительно является продуктом гиперкосмических технологий. Последним и самым совершенным из всех, что мне удавалось когда-либо воссоздать. Слёзы хитиновых ангелов, кровь Эмергентора - зовите, как хотите. Заполучив этот бесценный материал, я создала живой организм – паразита или, что более верно, симбиота – способного поражать клетки нелюдей и развиваться за счёт их феноменальной жизненной силы. Особенно хорошо он чувствует себя в телах искусственных вампиров - тварей, рождённых путём привития смертным демонических генов Кармиллы Карнштейн. Той самой вампирши-полубогини, что поучаствовала годы спустя и в создании В-вируса. Но учёные КМ использовали в своих изысканиях технологии русских хоругвеносцев, я же пошла принципиально иным путём. Не правда ли, забавно, доктор? Адепты порядка и гармонии чуть было не помогли Нэйлу Бастеру ввергнуть мир в ядерный хаос, а мы, некогда ярые сторонники хаоса, теперь пытаемся навести в нём порядок. - Симбиот... А что в таком случае в вашей пробирке, мадам? - осведомилась Эльвира. Мария усмехнулась. - Здесь - мёртвый штамм В-вируса, пани. Дальний родственник вашего маленького лилового питомца. То, что помогло мне создать его. Гены кровавой богини - ключ к его истинной сути и одновременно мощное оружие против него. Если вкратце, - она склонила голову набок, - соединив их, вы сможете нейтрализовать губительные последствия для организма носителя. Болезнь, которой он поражён, отступит, и они с симбиотом разъединятся. Жизнь вашего пациента будет спасена. Александр задумчиво потёр подбородок. - Вы знаете, кто наш пациент? - Да. Если всё, конечно, пошло по плану. - Тогда почему... - ...я отдаю вам лекарство? Всё снова очень просто, пан Шабунин. Только ваш пациент - будем называть так то богомерзкое существо, что поражено сейчас симбиотом и, надеюсь, страшно страдает... Только он может отдать приказ вывести войска КМ из Белого города и восстановить нейтралитет гарнизона Харонского моста. Поэтому вполне логично, что он должен остаться жить. Надеюсь, доктор, когда он встанет на ноги, вы скажете ему, кого, кроме вас, он должен благодарить за своё чудесное выздоровление. И каким образом. -  А если он не согласится? - спросил Александр. - Согласится, - криво ухмыльнулся Брат-1. - Он просто не сможет нам отказать.

Доктор Шабунин: - Значит, вся эта история с гиперкосмическим паразитом – ваших рук дело… Александр провёл ладонью по лицу, будто смахивая липкую паутину. Посмотрел на банку и встряхнул её, вызвав у пленника новую серию конвульсий. Потом перевёл взгляд на мадам Марию. - Вы сами вырастили эту тварь и подсунули её командору Джулиано. Вы предвидели, что Коалиция обратится в нашу клинику, а мы придём к вам, единственной в Энске, кто разбирается в подобной яровратщине. Генерал Колумб холодно улыбнулась и кивнула, по-прежнему поглаживая сосуд с красной жидкостью. Её пальцы – аристократически длинные, холёные, с тёмно-лиловыми ногтями – выглядели безупречно, но их размеренные движения почему-то казались Шабунину отвратительными. Они напоминали сокращения лапок паука, тянущегося к зазевавшейся мухе. - Едва ли вы собирались убить Джулиано. Это было бы не в вашем вкусе, правда, Генерал Колумб? Недостаточно утончённое коварство, грубая работа. Думаю, вы хотели шантажировать его. За избавление от паразита командор многое согласился бы отдать. А на роль парламентёров вы заранее присмотрели двух эскулапов, настолько глупых, что собой не торгуют и тем известны на обоих берегах Ядвиги. Ещё одна улыбка и новый кивок. - Но нелюди вас переиграли, - продолжила вместо мужа Эльвира. – Вы не ожидали ни провала Энска в другое измерение, ни ракетного обстрела, ни эпидемии гриппа среди своих солдат. Оказалось, что у Коалиции есть чёткий план, который выполняется и без предводителя, а вот остановить вампиров, кроме Джулиано, некому. И противостоять им на равных, пока солдаты не оправятся от болезни, «Итерация» не может. Очередная улыбка Генерала Колумб больше походила на оскал крупного хищника семейства кошачьих. - Ваш план шантажа рухнул, и всё, чего вы сейчас можете потребовать от Коалиции – это сохранять status quo, пока ваши войска не перегруппируются для обороны, - Шабунин сделал шаг вперёд. Теперь доктор буквально нависал над мадам Марией всеми своими сантиметрами и килограммами, которых в нём было лишь немногим меньше, чем в матёром медведе. – Что ж, глупые эскулапы к вашим услугам. Отдайте склянку, верните Сташека с панной Агнешкой – и даю слово, я передам ваши требования Джулиано, как только он придёт в себя. Вернее, если он придёт в себя, - доктор горько усмехнулся. – Общаясь с вами, мадам Мария, рискуешь стать параноиком. - Герр заместитель командора, предмостные укрепления Белого города заняты Вторым полком. Создание огневых точек идёт полным ходом. Две батареи восьмидесятидвухмиллиметровых миномётов будут развёрнуты на нашем берегу в течение сорока минут. Харонский мост полностью под контролем Коалиции Максов. Альберт выпалил это на едином дыхании, стараясь всем своим долговязым телом изобразить стойку «смирно». - Превосходно, - отозвался Семён Воозович из комфортабельного нутра своего лимузина. – Были попытки сопротивления? - Ни малейших, герр заместитель командора. Противник полностью деморализован. Такое впечатление, что мы могли бы одним ударом захватить весь Белый город… - Отгрызать такие большие куски, скажу я вам, вредно для пищеварения, - назидательно сказал толстяк. - Очень даже просто может случиться кровавый понос. Если вы не заметили, у Коалиции и без войны столько дел, что это чего-то невозможного. Действуйте по плану и не имейте себе глупых фантазий. Мановением руки отослав вампира, паранормалик тяжело вздохнул. На круглом лице его отобразилось беспокойство. Всё происходящее вокруг нравилось ему чем дальше, тем меньше. Азохенвей, да ещё и доктор Шабунин с его благоверной куда-то провалились!

Nail Buster: - Наших с вами блудных помощников прямо сейчас ищут по всему кораблю, - холодно ответствовала Мария, бесстрастно глядя на доктора снизу вверх. - Поверьте, к их исчезновению я лично не имею прямого отношения, разве что мои люди решили, повстречав их в запретной зоне, проявить неуместную инициативу. Но это навряд ли, пан Шабунин, ибо инициатива - не их конёк, как вы могли заметить. Не сомневайтесь, вы получите обратно своего фельдшера, а что касается пани Закржевской... Думаю, она тоже отправится с вами - обслуживающему персоналу "Итерации-9" не пристало праздно шататься по "Лому Неба". Её пример - другим наука... Кстати говоря, Брат-1, почему пани Закржевская вообще последовала за нашими гостями? Ни один мускул не дрогнул на лице "стервятника" под вопросительным взглядом Генерала. И всё равно, каким-то шестым чувством Александр уловил в глубине его глаз слабую тень нерешительности. - Не могу знать, госпожа заместитель главнокомандующего, - отчеканил он. - Присутствие пани Закржевской совершенно выскользнуло из моего внимания. Я совершил непрости... - Ох, не ломайте комедию, солдат, - отмахнулась от него женщина, точно от назойливой мухи. - Ладно, варп с ней, с Закржевской. Найдём фельдшера - найдём и её. Пан Шабунин, - она вновь обратилась к доктору. - Если все остальные наши взаимные притязания урегулированы, я предлагаю поставить точку. Она протянула фиал Александру. Несколько мгновений тот боролся с диким, безотчётным беспокойством - ему казалось, что дотронься он случайно до лапок руки-паука, тот намертво вцепится в его плоть и не отпустит, пока не высосет из кисти все соки. Лишь переборов это чувство, он принял ёмкость из рук Генерала. Оскал торжества вновь прокатился по её худому лицу. - Чудно. Теперь, полагаю, мы можем проститься. Почему бы вам теперь не проследовать наверх, доктор? Вы сможете подождать своих друзей в несоизмеримо более комфортной обстановке, чем эти холодные залы, а затем, счастливо с ними воссоединившись, отбыть на помощь командору. Это, полагаю, будет достаточно честно с моей стороны? - Вполне, - буркнул Александр, бережно опуская пробирку в саквояж. - Что ж, мадам. Наверное, мне стоит поблагодарить... - Неискренняя благодарность хуже отсутствия таковой, доктор, - предостерегающе подняла руку Мария. - По сути, это я должна благодарить вас за чудесное излечение моих солдат. Да и не вас, если задуматься, а ваших кровососущих друзей с той стороны реки. А если уж совсем по-честному, то и не их, а саму себя - как спровоцировавшую эту мерзкую бомбардировку, так и позволившую вам свести её последствия на нет. Так кто кого благодарит и за что? Ступайте. "С превеликим удовольствием," - хотела было сказать Эльвира, но ограничилась лишь коротким кивком и, крепко взяв мужа за руку, повела прочь, гулко стуча каблуками по полу. Кажется, мраморному, но камень вполне мог быть и искусственным. Поди разбери этих нацистских дизайнеров по интерьеру... Когда тяжёлые двери зала захлопнулись за Шабуниными, Мария и Брат-1 ещё несколько минут молча смотрели в пространство, словно буравя затылки медиков сквозь толщу пронизанных кабелями металлических переборок. Наконец женщина тихо заговорила: - Это наше последнее средство? - Да, Генерал, - так же тихо ответил "стервятник". - Это ВАШЕ последнее средство. - Всё должно было пройти иначе, - раздражённо, почти отчаянно прошипела Мария. - Чёртова катастрофа спутала все наши планы... - Не было никакой катастрофы. Это была магическая диверсия. Тщательно спланированная и проведённая высококлассным профессионалом. Если бы я не знал наверняка, то подумал бы, что в Энск проник эмергент из Схизматрицы. Но единственный здесь эмергент из Схизматрицы... - Тише. У стен есть уши, Брат-1, тем более у таких, как эти, - напомнила Мария, приложив палец к губам. - К тому же, разве тебе не пора отправляться в лабораторию? Всё почти готово к переносу. - Успеется, - хмыкнул тот и насмешливо поглядел на начальницу. - Никуда перенос не убежит. Ткань реальности будет слаба ещё несколько дней. А наши любезные эскулапы довезут груз до места не раньше, чем через пару часов после того, как мы выдадим фельдшера. - Он найден? - Ещё нет, но их, кажется, видели недалеко от лаборатории. Если бы на этой развалине функционировали хотя бы системы видеонаблюдения, мы бы без труда отыскали их. Так или иначе, мы, разумеется, вернём Шабунину его дружка до вечера. А вот девушку... Её я предпочёл бы не отпускать. - Я обещала, - проскрежетала Мария. - На твоих глазах, между прочим. - Она пугает меня. Пугает тем, что я не могу вплести её в вероятностный узор, хотя на первый взгляд у неё нет никаких суперсил. Её нужно убрать от греха подальше. Ликвидировать по-тихому и забыть. - Она - человек, - голос Марии сделался угрожающим. - Пока не доказано, что она - монстр. Вдобавок ко всему, она - МОЙ человек. И я не позволю тебе столь бесцеремонно бросаться жизнями моих людей. У тебя уговор со мной, а не с ними. - Прикажешь вот так просто взять и отпустить её с базы? - А в чём проблема? Если у неё нет суперсил, она тебе и не помешает. Пусть катится на все четыре стороны, раз уж тебе не нравится, видите ли, что она путается у тебя под ногами. Отпустим её с Шабуниными - пусть путается под ногами у них. Солдат нахмурил лоб. - Похоже, ты окончательно поверила в своё амплуа защитницы невинных людишек. Вы, "светлячки", даже в поклонении Тёмным Богам остаётесь неисправимыми лицемерами. - Лицемерием было бы скормить жизнь Закржевской твоей идиотской паранойе. Знаешь, пожалуй, я прикажу отключить в лаборатории ток. И подать его лишь тогда, когда Агнешка покинет базу. Прости, Брат-1, но мне тоже свойственна сентиментальность. - Прикажешь? Ты? - Тот едва не прыснул от смеха, но смешок вышел каким-то нервным. - Ты всерьёз думаешь, что ты здесь главная? - А ты думаешь, что главный - ТЫ? Здесь, вдали от уютной Схизматрицы? Смею напомнить тебе, что ты не Яроврат. Да что там, ты даже не завалящий хитиновый ангел! Здесь всё моё, - прошипела женщина. - Всё до последнего винтика на этой базе принадлежит мне. А всё, что у тебя есть в этом мире - лишь один жалкий комок чёрной слизи, что ты притащил с собой с изнанки реальности. Да и тот, похоже, бесполезен теперь, когда мы заперты на этих треклятых пустошах. - Ну-ну, - успокаивающе улыбнулся "стервятник". - Умерьте пыл, мэм. Как минимум, вы можете сейчас спасти свой нежно любимый Белый город и угодить вашему дорогому мистеру Джоули. А там посмотрим. Вдруг эти пустоши не так пусты, как кажутся на первый взгляд? У нас будет масса времени исследовать их, когда минует угроза. А она минует, и очень скоро. Я же обещал, верно? - Мы с тобой в одной лодке, Брат-1, - сухо произнесла Мария, глядя в сумрак пустого зала. - Теперь она превратилась в батискаф со сломанными приборами, и неизвестно, всплывём ли мы когда-нибудь на поверхность. В твоих же интересах следить, чтобы наш батискаф не потонул. Возможно, ты - это всё, что осталось от "Монолита". Дорожи этим, а ещё больше дорожи моим гостеприимством. Ступай, готовься к переносу. Может статься, это твой единственный шанс очистить свою чёрную карму. - Нашу с тобой карму уже ничто не очистит, дорогуша, - почти ласково ответил "стервятник", исчезая во тьме между колоннами. - Нечего даже и пытаться. Я ввязался во всё это лишь по одной-единственной причине. Мало кого на свете мы, эмергенты, так ненавидим, как Коалицию Максов.

Доктор Шабунин: Коридор был длинный и гулкий, явно предназначенный не для скучных и чумазых технических надобностей, но для затей парадно-церемониальных. Эльвира без труда вообразила, как по гладким плитам пола вальяжно разгуливают высшие офицеры той ещё Коалиции – лощёные кровососы в удушливо-чёрных мундирах, высоких фуражках и кожаных плащах, - а в стенных нишах застыли истуканами клыкастые стражники с автоматами наперевес. Было и прошло, и быльём поросло. Осталась холодная сырая полутьма, да кучи невнятного мусора, да бледная женщина на кресле-каталке, затаившаяся в чреве мёртвого дирижабля, как ядовитая змея в лошадином черепе. - Я себя чувствую персонажем какой-то дурацкой компьютерной бродилки, - пожаловалась она мужу. – Целый день только и делаем, что таскаемся с одного берега Ядвиги на другой! - Ну да, - согласился Александр. – Коварный приспешник злого и страшного вампира послал нас к колдунье за зельем жизни, и вот мы его, наконец, добыли. А Сташек с панной Агнешкой по скрипту потерялись, чтобы потом эффектно появиться в самый драматический момент. Боюсь только, что ни куча золота, ни тем более полцарства нам в награду за этот квест не очистятся, и даже на ачивку «Спасители Энска» рассчитывать не стоит. - Думаешь, колдунья нас обманула и вместо зелья жизни подсунула смертное питьё? - А ты бы удивилась такому повороту сюжета? Эльвира вспомнила сверкающие в темноте серебряные льдинки, острые и колючие. - Н-нет… пожалуй, нет. - Вот и я тоже. Коридор логично привёл к подножию монументальной лестницы. Когда-то её ступени, несомненно, покрывала ковровая дорожка – наверняка артериально-алая или же венозно-пурпурная, - но теперь от неё остались только бурые клочья, доедаемые плесенью. Шабунин споткнулся об останки огромного, в рост человека, мраморного орла. Распластанные крылья превратились в безобразные обрубки, острый клюв откололся под корень, но когти по-прежнему цепко сжимали потрескавшийся лавровый венок с косо вписанными буквами «КМ». - Патогенный штамм синегнойной палочки! – Александр моментально облился горячим потом, представив, как роняет саквояж, тот раскрывается – и во все стороны летят красные брызги вперемешку с осколками фиала. Паскудная птичка оказалась не одинока – всю лестницу усеивали обломки некогда украшавших её изваяний. Тут имелись острозубые девы эталонной нордической наружности, аномально мускулистые звероморфы с волчьими головами, вставшие на дыбки, суровые солдаты Нечеловечества при сверхъестественных пулемётах, излучавшие казарменный пафос, и даже один перепончатокрылый дракон, мордой подозрительно смахивающий на бывшего интенданта Коалиции герра Нечто. - У старого фюрера было своеобразное чувство вкуса, - заметила Эльвира. - Для мудрых вождей, любимых руководителей, отцов народа и прочих алмазных венцов добродетели это норма, - отозвался Александр. – Я думаю, они все черпают свои представления о прекрасном из одной методички. - «Тоталитаризм для чайников»? - Скорее уж «Как править миром втайне от психиатра». На верхней площадке лестницы обнаружился лифт с решетчатыми дверями, дряхлый, но вполне работоспособный. После пяти минут механических хрипов и натужных завываний он доставил эскулапов к шлюзу – командирскому, судя по широкому пандусу, - где их уже ожидали два «стервятника» в неизменной штурмовой броне и красноглазых масках. Один из них повелительно махнул рукой, указывая дорогу. - Кажется, я начинаю привыкать к вашему скромному обаянию, парни, - пробормотал Шабунин. - Да, они просто лапочки, - вздохнула Эльвира.

Nail Buster: НРИ: Во имя стройности изложения и связности событий, исправил одно незначительное место в прошлом своём посте - то, где Брат-1 сообщает Марии, что Агнешка и Сташек найдены. На самом деле, найдены они были пятнадцатью минутами позже, а именно вот как... - ...Всё, я больше не могу! - авторитетно заявил Сташек, кутаясь в свой белый халат и бессильно сползая по холодной стене. Его дыхание было белым (под цвет халата), пар окутывал раскрасневшиеся от мороза, небритые щёки. В этих треклятых коридорах они с Агнешкой плутали, казалось, уже целую вечность, но наткнуться на вожделенный выход так и не могли. Хуже того, сектор, в который они ухитрились попасть, выглядел вовсе необитаемым - это подтверждала смёрзшаяся бахрома паутины на стенах и провода, обгрызенные давным-давно какими-то гигантскими обитателями подземелий. В одном месте стена была проломана насквозь, и до этого пролома фельдшер не дошёл буквально нескольких десятков шагов. Оттуда, из чёрной дыры с торчащими во все стороны кусками кабелей и вывороченной, как рёбра, арматурой, тянуло таким жгучим холодом, будто он выходил прямёхонько в Гиперкосмос. Но оно выходило не в Гиперкосмос. Оттуда слышались чьи-то приглушённые шаги, тихие голоса, щелчки и потрескивания. Оттуда лился свет, и хоть его источник был далеко, не требовалось быть гениальным доктором, чтобы понять - где-то там начинаются обжитые территории. - Агнешка, душа моя, - проговорил фельдшер уже почти трезвым голосом. Всё, что могло быть выпито ими для сугреву, выпито было уже давно. Возможно, именно благодаря алкоголю они были всё ещё живы. - Сходи, скажи ясновельможным стервятникам, что их тут ждёт мороженая мертвечинка... - тяжело вздохнув, он закрыл глаза. Закржевская в ответ попыталась бросить нечто саркастически-ободряющее, но её зубы так немилосердно стучали, что она даже с пятой попытки не смогла внятно произнести ни единого слова. Ограничившись в конце концов коротким кивком, она, пошатываясь, двинулась в пролом. Края отверстия выглядели не то обглоданными, не то оплавленными, будто его проделала тварь, когти и зубы которой были раскалены до невиданных температур. Оценив толщину стены, Агнешка инстинктивно поёжилась, причём отнюдь не от холода... хотя идущий из пролома воздух был почти ледяным. За ним, к слову сказать, обнаружился второй пролом, а за этим вторым - третий, будто создание, рвавшееся на волю из недр дирижабля, не могли сходу остановить толстенные бронированные переборки. В третьем же проломе мерцал свет, и девушка смело пошла на него. - Эй! - собравшись с силами, она в конце концов заставила повиноваться отмороженные губы. - Эй, ребята, полундра! Там врач замерзает! Выключите кондей, что ли!.. Она достигла третьего пролома точнёхонько в тот самый миг, как за ушедшими захлопнулась тяжёлая бронированная дверь. Агнешка осталась наедине с мертвенно-бледным пульсирующим сиянием, источаемым здоровенной стеклянной камерой - из тех, что стоят неизменно в лабораториях злобных учёных из компьютерных игр и плохих фантастических фильмов. По всем законам этого нехитрого жанра, в ёмкости, заполненной зелёной пузырящейся жижей, должен был плавать какой-нибудь монстр или другая подопытная свинка сумрачного гения... Должен был, но не плавал. Камера пустовала, в ней не было даже зелёной жижи - только этот треклятый свет, изрядно нервировавшийАгнешку. Во всём остальном она, впрочем, не ошиблась - помещение явно служило "стервятникам" чем-то вроде лаборатории. Камера, опутанная сверху и снизу чёрными кабелями с ляжку толщиной, была окружена приборными панелями с непонятными кнопками, тумблерами и индикаторами, перемигивающимися между собой всеми цветами радуги, отчего у девушки зарябило в глазах. - Ой, - только и успела сказать она. Присовокупить к этому глубокомысленному высказыванию не менее содержательное "Как тут всё интересно!" она уже не успела - за дверью раздались приглушённые шаги "стервятничьих" сапог. Сумрачный гений возвращался в свою вотчину. Теперь-то Агнешка и Сташек спасены!.. Но, совершенно против своей воли, вместо того чтобы ринуться навстречу потенциальным спасителям с восторженными криками и распростёртыми для объятий руками, рыжая повариха в страхе шмыгнула в укрытие. В первое же попавшееся ей на глаза. То есть, в полную белого света стеклянную камеру. Шмыгнула - и исчезла в лучах. А в следующее мгновение дверь распахнулась, и на пороге возник Брат-1. За его спиной нерешительно мялись четверо учёных - во всяком случае, поверх лёгких костюмов с чёрными респираторами на них были надеты белые халаты. На Брате-1 же не было почти ничего, кроме серых камуфляжных штанов. Казалось, холод не причиняет "стервятнику" абсолютно никаких неудобств. - Всё готово, яйцеголовые? - бросил он, наблюдая, как учёные расползаются по своим местам за приборными панелями и начинают сосредоточенно колдовать над россыпью клавиш. - Интерфейс в организме носителя функционирует в штатном режиме. Прямо сейчас мы развёртываем сенсорную сеть для восприятия сигнала. - А преобразователь? - "стервятник" кивнул на белую камеру. - Как видите, запущен и разогрет. Всё, что вам нужно - войти в расщепляющее поле. Вы ничего не успеете почувствовать - ваше тело и сознание буду мгновенно трансформированы в пригодную для передачи форму. - Но... меня какое-то время НЕ БУДЕТ, верно? - с сомнением потёр подбородок Брат-1. - Ровно до тех пор, пока в интерфейс не будет впрыснут активатор. Для вас это будет выглядеть как пробуждение после тяжёлого сна. Для носителя - как погружение в тёмную воду. Какое-то время он будет всё видеть, слышать и осознавать, но интерфейс будет оперативно перехватывать любые процессы в нервной системе. И перенаправлять на вас. - Отлично, - Брат-1 кивнул. - Тогда приступим. Надеюсь, вы ничего не напутаете, джентльмены. - Не напутаем! - решительно выпятил грудь один из учёных. - Хотя, конечно, оборудование не тестировалось даже на мышах... - осторожно заметил другой. - ...но мы не напутаем, сэр! - гаркнул третий, подскочив ко второму и наступил ему на ногу. Тут взгляд его упал на панель. - Слушай, Брат-404, а почему горит этот индикатор? - В смысле... почему? - склонил голову тот. - Ну, это же индикатор заполненности кристалла. Он загорается, когда преобразованный оператор помещён в тетра-сервер и готов к передаче на интерфейс. То есть... сейчас-то, по идее, ему загораться рано! - Любопытно... А почему он тогда загорелся? - другие учёные, оторвавшись от своих панелей, сгрудились за спиной коллеги. - Чёрт знает. Может, закоротило светодиод? Вчера такое уже было. - А почему Генералу не доложил? - А может, мне ей о каждом пятнышке докладывать?! - Но индикатор же... - ДА ВАШУ МАТЬ! - взъярился Брат-1, потеряв терпение. - Вы собираетесь отправлять меня или нет?! Именем человечества, приказываю продолжать процедуру! - Есть, сэр! Так точно, сэр! - "стервятники" прыснули в разные стороны и торопливо заняли свои места. Брат-1 удовлетворённо оскалился и сделал шаг в сторону преобразователя. Второй шаг, третий... Через пару секунд мерцающий белый свет принял его в свои ледяные объятья. Как и обещали учёные, эмергент ровным счётом ничего не почувствовал. Кроме того, что он в преобразователе не один. Треклятый индикатор не врал!.. Но было уже поздно. - ...а я говорю, не должен! - А я говорю, должен! - А я говорю, не должен, не должен я никому ничего докладывать! Сейчас-то всё прошло удачно! Или нет? Связь установлена, сигнал отправлен, кристалл выработан, индикатор твой ненаглядный погас. Что тебе ещё-то не слава богам?! - А если ВСЁ не так? Если в преобразователь крыса забежала? А мы знаем, чёрт подери, на что способны крысы! - Да, коллеги, вот будет умора – крыса в кресле вождя КМ... - Кхе-кхе... - деликатно прервал перепалку учёных вползший в пролом на четвереньках Сташек. – Прошу прощения, господа, но вы бы... кхе!.. Если через несколько секунд я не попаду в тепло, мне явно придётся ампутировать отмороженную руку. Вы займётесь этим лично? Обещаю не мешать подсказками... НРИ: А воссоединение с уважаемым фельдшером и отбытие со злосчастной базы пан Шабунин сможет описать самостоятельно :3

Доктор Шабунин: Несколько лестничных пролётов, тёмных и запакощенных машинной смазкой, вывели докторов вместе с сопящими им в спины «стервятниками» в фойе аэропорта, большое, гулкое и почти пустое. Лишь у разбитых стеклянных дверей, ныне забранных фанерой и жестью, переминались с ноги на ногу двое солдат, самых обычных, без всяких там красноглазых масок на лицах и жутковатых пулемётов в руках. А между ними шаталась, как былинка на ураганном ветру, такая знакомая эскулапам фигура… - Сташек?! - А-за-за, - невразумительно отозвался фельдшер, лязгая зубами и пряча подмышками посиневшие ладони. На самом кончике сизого его носа красовалась изрядная сосулька, всклокоченные волосы серебрились инеем, на щеках проступили мраморные прожилки. – Го-го-госпожа Эльвира? - Что вы с ним сделали?! – Александр едва успел подхватить фельдшера, затеявшего, кажется, терять сознание. – Патогенный штамм синегнойной палочки, да он же насквозь промёрз, как мороженый судак! - Это не мы! Не мы! – дуэтом завопили воины «Итерации-9», с ужасом наблюдая, как кулак доктора взмывает ввысь для карающего удара, словно многотонная чугунная баба, предназначенная для сокрушения ветхих построек. - Эт-то не они, - вяло удостоверил Сташек. – Эт-то там, вни-зу-зу-зу… - НЕ СПАТЬ!!! – рявкнул ему в ухо Шабунин. – Эля, приготовь аспирин, папаверин и «но-шпу», быстро! А вы что смотрите, бестолочи, - адресовался он к солдатам, - скидывайте свои куртки, укутайте его, ну-ка, бегом! - … Да ну нет, господин доктор, ну я же нормально себя чувствую, - слабо протестовал Сташек, когда десятью минутами позже его аккуратно грузили в «буханку». - Молчите уже, - отмахнулся Александр. – Я сам поведу. - Саша, - тихо позвала Эльвира. - А? - Агнешка… - Чё-ё-рт! – в сердцах протянул Шабунин. – То-то я всё думаю: что мы забыли? Эй, уважаемый! – окликнул он «стервятника», бдительно надзиравшего за погрузкой Сташека. – Мадам Мария обещала отпустить с нами вашу повариху, ну, панну Агнешку, знаете? - Аг-аг-агнешка… - пролепетал Сташек. – Она там… у них… внизу… в ла-то-ба-ро… в лаборато… внизу… Железномордый воин, мастерски симулируя глухоту, резко развернулся на каблуке и быстро зашагал к выходу на лётное поле. - Эй, эй! – возвысил голос Александр. – Вы меня слышите вообще? Что там с панной Агнешкой Закржевской? Генерал Колумб её отпустила! Ответом ему стала пара пулемётных стволов, недвусмысленно наставленных прямо в лоб. - Убирайтесь отсюда, быстро, - проскрипел один «стервятник». - И больше никаких вопросов, - присовокупил второй. - Иначе мадам Мария может пересмотреть ваши договорённости. В одностороннем порядке. - Что вам едва ли придётся по нраву. - Так что лучше просто исчезните, еретики. - И как можно скорее. Доктора переглянулись. Шабунина так и подмывало врезать красноглазым наглецам разом так, чтобы их дурацкие маски смялись и треснули. Да, это было бы здорово. Но... нет. Не сейчас. Александр прямо-таки чувствовал, что со смешливой рыжой нелюдью-поварихой приключилось что-то недоброе, однако не мог позволить себе рисковать собственной женой и обмороженным Сташеком. Он требовательно протянул руку: - Мой пистолет. «Стервятник» кивнул. Доктор ощутил в ладони знакомую металлическую тяжесть, придирчиво осмотрел «Грач», сунул его в кобуру. - Я бы мог сказать, что рад был иметь с вами дело, господа, - сказал он, трогая «буханку» с места. – Но меня, знаете ли, мама в детстве учила, что врать – нехорошо, так что лучше промолчу.

Nail Buster: - Здравствуйте, пожалуйста, добрый пан доктор! - прокричал Семён, приветственно распахнув объятья навстречу Шабунину. Заместитель командора стоял, широко расставив ноги, на середине Харонского моста, эффектно (как он сам хотел немножко себе надеяться) подсвеченный сзади фарами лимузина. - А мы тут к вашему возвращению, извольте видеть, сообразили таки небольшой, но приятный гешефт. Архитектурка, конечно, не шик-модерн, но после некоторого косметического ремонта будет ровно то, что доктор прописал, простите покорнейше за каламбур. Вот, флаг уже повесили - с флагом-то оно не в пример веселее. Не находите? На мосту и вокруг него царила непривычная для этого места суета. Хранители восточного берега угрюмо стояли в сторонке, без оружия и под конвоем, сверкая своими белыми, всегда идеально вычищенными лёгкими доспехами. Их место уже занимал второй отряд "чёрных" Хранителей - на месте угловатого аэсовского броневика красовались три ещё более угловатых каэмовских, вампиры-снайперы в своих "гнёздаж" на башнях бдительно выцеливали всё, что шевелилось вокруг, готовясь на любой мало-мальски подозрительный чих ответить залпом тяжёлых нейтронных винтовок. Луч мощного прожектора бесстыдно лизал стены окрестных домов, шарил по проулкам, по крышам... По окнам машины, из которой пару минут назад высадили Александра с Эльвирой. К Семёну Воозовичу они подошли пешком. - Отгрызть у АС пол-моста под шумок - нечего сказать, красивый ход, господин заместитель, - холодно фыркнул Шабунин. Нельзя сказать, что увиденное привело его в восторг. Скорее даже наоборот, он всю дорогу надеялся, что сказанное Генералом о "каэмовской тряпке" над исконно нейтральной территорией окажется не более чем красным словцом. Будь на его месте Сташек или кто-то менее интеллигентный, непременно отметил бы теперь, что их в эту ночь поимели по крайней мере дважды. Второй раз - даже без спросу. И без вазелину. - Однако, похоже, гешефт ваш придётся положить, где лежал. Мадам Мария выразила надежду, что вы уберёте своих лю... своих солдат с её берега Ядвиги. И я намерен поведать об этом командору... когда тот встанет на ноги, - понизив голос, договорил Александр. - А командор таки встанет? - прищурился Брик и подступил на шаг ближе. - Прямёхонько на ноги, без дураков? Вы, стало быть, справились с порученным делом? - То, что вам нужно, находится у нас, - ответила Эльвира из-за спины мужа, косясь на неразговорчивых бойцов с багровыми глазами, обступивших их с четырёх сторон. - Ваш план сработал, Семён Воозович. Сработал с безукоризненной точностью. Вот только нас не предупреждали о том, что у плана этого было двойное дно. И это, на мой взгляд, как-то совершенно не по-джентльменски. - Уважаемая моя фрау Шабунина, - проникновенно залился Семён, приложив руку к сердцу. - Поверьте на слово старому еврею, никакого такого двойного дна у нас и в помине не было. Всё, что здесь происходит сейчас - план совершенно и абсолютно другой, и дно у него одно-единственное, как на духу говорю вам, ой-вэй! Городу, изволите знать, сейчас нужна сильная рука. А что ему не нужно от слова "категорически", так это излишняя бюрократия на границах. Вот восточный гарнизон Хранителей и упраздняется - в такой важной точке конфликт ведомств решительно недопустим! Однако, - он вновь обернулся к Александру, - командор решит. Командор всё решит - как быть с мостом, с Энском, с Чёрным городом, с Белым, с небом, с землёй и со всем мирозданием. Он решит, а я, как верный офицер, беспрекословно подчинюсь. Вы только поставьте его на ноги поскорее. А там уж передадите это... гм, пожелание Генерала ему самолично. Она, конечно, имеет право выражать какую её тёмной душеньке угодно надежду, и герру Джулиано послушать сие будет как минимум забавно.

Доктор Шабунин: - Да уж, мы постараемся его позабавить, - буркнул Александр. - Я в школе играла снежинку на новогоднем утреннике, - скромно сообщила Эльвира. – И вообще чувствую в себе дар комедийной актрисы… - Поистине, фрау Шабунина, талантливые люди талантливы абсолютно во всём, - Брик церемонно склонил голову перед не взошедшей по случайности звездой комического жанра, заодно бросив взгляд на часы. – Однако! Господа и дамы, не сочтите меня за неприличного грубияна, но не кажется ли вам, что мы напрасно теряем времени за приятными разговорами? А между прочим, у нас имеется ещё кое-каких важных дел, не будем говорить о них громко. Моё авто к вашим услугам! - Спасибо, мы уж сами как-нибудь, - проворчал Шабунин, забираясь в кабину «буханки». - Значит, вот как оно выглядит, средство от гиперкосмических паразитов, - протянул заместитель командора, разглядывая извлечённую из докторского саквояжа склянку. В его круглых чёрных глазах горело любопытство, однако тянуть руки к фиалу толстяк благоразумно не спешил. - Или от вождей Коалиции, имевших неосторожность насолить Генералу Колумб, - обронил Шабунин. – К примеру, концентрированный раствор «дьявольской пыли»… впрочем, хватило бы и обыкновенной сулемы. - Вы себе полагаете, такое возможно? - Брик по привычке хотел помассировать переносицу, намятую дужкой очков, но пальцы лишь скользнули по забралу шлема. – Строго говоря, в нынешней ситуации смерть командора мадам Марии не выгодна. Хотя… кто может знать наверняка, что замышляет эта ведьма? - Вот именно, - кивнул Александр, выставляя на стол штативы с пробирками. – Как бы то ни было, нужно провести хотя бы простейший химический анализ «лекарства». Не уверен, правда, что это много даст: с чего бы «Итерации» работать так грубо? – но вводить пациенту «подарочек» от Генерала Колумб вообще без всякой проверки, положившись только на её слова? Даже я не настолько наивен! - Делайте, доктор, делайте, - закивал Брик, - но только поторопитесь, душевно вас прошу! Командору похужало! Продолжая вынимать из «скоропомощного» чемодана склянки с разноцветными реактивами, Александр бросил быстрый взгляд на прозрачный пластиковый занавес, за которым Эльвира, удивительно ловкая даже в раздутом скафандре, колдовала над покрытым лиловыми волдырями Джулиано. Да, лучше вампиру за прошедшие часы явно не стало: на лбу и бледных ввалившихся щеках высыпали сочащиеся гнусной жижей язвочки, глаза утратили всякое выражение и подёрнулись мутью, а протяжные стоны теперь больше напоминали писк умирающего голодной смертью щенка. Несмотря на все инъекции и постоянное облучение, вселившийся в тело командора паразит, очевидно, расположился с комфортом и чувствовал себя превосходно. - Я т-тебя! – неконкретно, но грозно пообещал доктор, принимаясь за работу. Заместитель командора то и дело пытался заглянуть ему через плечо, что с учётом разницы в росте было делом крайне непростым, однако Семён Воозович не был приучен отступать. - Да патогенный же штамм синегнойной палочки! – рявкнул медвежьим голосом Шабунин, когда Брик в очередном прыжке ненароком толкнул его под локоть. - Всё – всё – всё, - замахал руками толстяк. – Я же только на чуть-чуть посмотреть. Если это вас настолько раздражает, так можете уже считать, что меня здесь нет! – Он водрузил свою обширную пятую точку на вертячий табурет, демонстративно сплёл пальцы на пухлом животе и возвёл очи горе. - В общем, это не отрава, - резюмировал Александр спустя двадцать пять минут. – И тут действительно есть убитый В-вирус, как и говорила мадам Мария. Точнее, его мутировавшая версия, довольно сильно отличающаяся от оригинала… - Саша, - перебила супруга Эльвира, - а можно, ты нам лекцию потом прочитаешь? У герра Джулиано давление и так ниже нижнего, мы его теряем! - Ещё минута, - отозвался доктор, набирая в шприц алую жидкость. – Проделаем опыт… - он чуть приоткрыл банку, где томился обрезок щупальца, и одним точным движением сделал инъекцию. Непрерывно извивающийся чёрно-лиловый шматок на секунду замер, впитывая лекарство, потом мелко и часто завибрировал… и прямо в лицевой щиток Шабунину выстрелила тугая струйка клейкой белёсой слизи, в которую без остатка обратился шматок иномировой плоти. - Ну, кажется, действует, - Александр сменил шприц, наполнил его из фиала и откинул занавес. Ввести иглу в катетер на сгибе правой руки и впрыснуть жидкость было делом десяти секунд.



полная версия страницы