Форум » Бесконечная Война » Башня Святого Олафа » Ответить

Башня Святого Олафа

Nail Buster: Башня Святого Олафа Место действия: г.Выборг, Ленинградская область, Россия Время действия: август 2013 года Участники: Nail Buster, Вальдемар Действующее лицо: Вальдемар Бонавентура Сюжет: Выборг - старинный город, полнящийся разнообразными тайнами и загадками. Некоторые из них столь же стары, как и сам город, над другими местные обыватели ломают голову лишь с недавних пор. Одна из таких свежих тайн - закрытие легендарного Выборгского замка, многие годы бывшего главным пристанищем для туристов. Вот уже несколько месяцев в замке, гордо возвышающемся над городскими холмами, ведутся опасные реставрационные работы, и ничто пока не предвещает их конца. Любым посторонним вход на "объект" строжайше заказан, его территорию бдительно охраняет таинственная фирма "Обсидиан". Казалось бы, как может быть связано с "Обсидианом" появление в Выборге четверых незнакомцев, из которых трое не слишком-то склонны к задушевным беседам?.. Да никак! Воля случая, только лишь. Того же самого слепого случая, что принесла сюда и некоего спецагента знаменитого Комитета, отправленного в заслуженный отпуск лично председателем Зонненменьшем...

Ответов - 27, стр: 1 2 All

Nail Buster: НРИ: Итак, эта история повествует о том, как Вальдемар оказался в рядах КМ. Пока что он о ней если и слышал (а слышали про неё почти все), то совершенно не подозревает, где искать её теперь. Как мы помним, город Энск официально читается уничтоженным. Небольшая стайка экскурсантов замерла у перил извилистой набережной, в виду старинного замка на острове посреди реки, отражавшегося в свинцовых водах. Строение не блистало изяществом - формы его скорее были грубыми и скупыми, как и положено любому объекту, возведённому в сугубо военных целях. Толстые каменные стены с узкими бойницами окружали единственную белую башню - самую высокую в городе, по словам бойкой старушки-экскурсовода, которая выглядела так, будто лично застала его постройку. - Выборгский замок, товарищи, - с гордостью указала она на строение. В руке у неё была простая школьная указка, а грудь увешивали многочисленные ордена, как минимум один из которых имел явно дореволюционное происхождение. - Сердце города. Древняя шведская крепость - древнейшая в России, между прочим. Основана в 1293 году, на землях, занимаемых в ту пору... Пока старушка вела свой неспешный сказ о тяжёлой судьбе древнего замка, экскурсанты изо всех сил пытались хоть что-нибудь рассмотреть за плотным слоем зелёной строительной сетки, окутывавшей башню и крепостные стены. За сеткой, однако, виднелись только леса, по которым сновали туда-сюда фигурки рабочих. Кое-где в зелёной завесе проглядывали светлые пятна, благодаря которым-то и было ясно, какого цвета башня на самом деле. Но даже в таком плачевном состоянии Выборгский замок производил внушительное впечатление. Тёмной глыбой нависал он над всем вокруг, точно уснувший навеки гигант, утомлённый столетиями битв. - Внутрь по-прежнему не пускают? - вопросил, откашлявшись, небритый мужчина средних лет и средней наружности, одетый в помятый плащ и такую же помятую шляпу. Говорил он с сильным французским акцентом, но вполне сносно. - Увы, но так оно и есть, - ответила ему экскурсовод. Было похоже, что переживала она вполне искренне. - Памятник, как видите, закрыт на ремонт, когда его откроют, неизвестно. Придётся, как видно, немного потерпеть - городские власти выделили на реставрацию замка немалые деньги, ему это пойдёт только на пользу. Надеюсь, - она с тревогой поглядела в сторону моста, соединявшего остров с берегом. По нему неспешно прохаживались двое охранников в чёрной форме без опознавательных знаков, с ранцевыми электрошокерами наперевес. - Боятся, что мы его по кирпичикам разворуем, что ли? - возмущённо пробормотал кто-то из экскурсантов, проследив за взглядом женщины. - Это чтобы дети не покалечились на стройке, - со знанием дела отвечал другой голос. - Вот и не пускают никого. А вы что думаете? - неожиданно обратился мужчина к соседу, до той поры хранившему странное молчание.

Вальдемар: Вот уже несколько месяцев с сердца Вальдемара не спадал камень. Казалось бы, цель достигнута, и теперь в своих руках он сжимает великое знание, которое сам едва может постичь, и остаётся только вновь запустить старые шестерёнки, чтоб оживить великий труд отца. Но, не смотря на все попытки проект «Бегемот», жить не хотел. Словно маленький ребёнок работа требовала заботливых рук, многих заботливых рук специалистов, если не сказать гениев, сыскать коих, да ещё и благонадёжных, было почти невозможно. Сам же Вальдек пока мог дать «Бегемоту» только защиту, благодаря дальновидности усопшего отца, приготовившего для своего сына надёжных телохранителей из числа первых удачных прототипов «не мёртвых» солдат. Их было трое. От обычных людей отличались они мало чем, и разве что ужасная бледность кожи и необыкновенно высокий рост прототипов могли выдать в них нелюдей. Хотя исключением троицы был Первый – видно его достаточно сильно потрепало время, прежде чем ученые смогли найти способ остановить разложение, и теперь возвращенный к жизни солдат был обречён вечность провести с лицом больше напоминавшем обнаженный череп. Вальдек не мог не похвалить себя за идею заказать для Первого восковую маску, с которой он теперь вызывал гораздо меньше подозрения у окружающих. И вот снова поездка в никуда. Одна из многих в этих, уже кажущихся бессмысленными, поисках. Вальдек тайно признавался себе что предпринял ей, скорее из желания развеяться, и насладившись красотой смешения холодных западных громад и горячих капель крови востока вновь попытаться всё осмыслить и составить план. Дорога привела его в Выборг. Город был прекрасен и совсем непривычен после более чем десятилетия скитаний по богом забытым местечкам Польши. Непривычно было и находиться в толпе, особенно во время экскурсии, хотя её приглушенный гул навевал что-то успокаивающее, позволяющее почувствовать себя одновременно невидимкой и крохотной частичкой плывущей в спокойной реке. Жалко только что замок, бывший целью экскурсии, был скрыт под всем этим новомодным тленом, мешающем ощутить всю мощь старинных каменных стен, всё величие, этого некогда грозного защитника города… Вопрос, так небрежно вырвавший Вальдека из задумчивости, и заставивший его остекленевший взгляд, доселе прикованный к крохотной черной веточке на земле, вновь тускло блеснуть призраком жизни, был подобен болезненному уколу. Зажмурившись на секунду, чтоб поскорее придти в себя, глубоко вздохнув, и постаравшись придать себе как можно более дружелюбный вид, выразившейся в поразительно ненатуральной улыбке, Вальдемар, обратился к незнакомцу. - Боюсь вас огорчить, но единственное что можно сказать на данный момент, это то, что в этом месте сосредоточились интересы достаточно влиятельных особ, - глаза его вновь стекленея, обратились к крепости - и вряд ли нам по силам из одних предположений выстроить правдоподобную версию.

Nail Buster: - Хэй, откуда этот пессимизм, уважаемый? - вопросил собеседник, саркастически фыркнув. - Разумеется, нам очень даже по силам выстроить любую версию, какой угодно правдоподобности, если только мы хорошенько этого захотим. А почему мы просто ОБЯЗАНЫ этого захотеть, как думаете, а? Да потому, что кто-то определённо мешает нашему культурному отдыху, и это, разрази меня гром, неспроста! Попомните мои слова, неспроста! Говоривший был невысоким мужчиной примерно одних с Вальдемаром лет, и первое, что бросалось в глаза - его густые каштановые усы, копна густых растрёпанных волос и зеркальные солнцезащитные очки, скрывавшие чуть ли не половину лица. Одет он был в лёгкий кремовый плащ, мятую белую рубашку с подтяжками и простой чёрный галстук. Говорил он с едва заметным польским акцентом, как и сам Вальдек. Видимо, именно это и побудило его вступить в разговор. - Эрик Слим, кстати, - он протянул руку. Его движения были быстрыми, резкими и даже несколько нервозными. Рука была затянута в тонкую чёрную перчатку. - Мы с вами земляки, как я понимаю? Отлично! Всегда приятно встретить соплеменника в такой глуши, разрази меня гром! Слушайте, раз уж замок нам осмотреть нынче не светит, может, пропустим по стаканчику в ближайшем баре? Заодно расскажете, какими вы здесь судьбами. Я-то, можно сказать, в бессрочном отпуске... О, кстати, а вас звать-то как? Меня - Эрик... А, разрази меня гром, я уже говорил ведь. Хе-хе. НРИ: Такой вот короткопост, но дальше будет больше. Ах да, я немного не понял - на набережной Вальдек был один или с солдатами?

Вальдемар: Недоверчиво глядя то на протянутую ему руку, то на своё размытое отражение в диковинных очках собеседника, Вальдемар с секунду колебался, но всё же, окончательно разругавшись со своим внутренним параноиком, он плавным, сонным движением сжал ладонь незнакомца. Легкий скрип кожи перчатки был странно приятен уху, и он даже пожалел что последнее время все деньги, которые удавалось достать, уходили на постоянные поездки (разве что теперешнее путешествие было экономически лучше спланировано) да содержание своей «свиты», так что о таких милых сердцу и таких дорогих вещах пришлось забыть на неопределённый срок. - Приятно познакомиться. – тихо проговорил Вальдек. На его лице вновь возникла та самая искусственная улыбка – Да, ваше предложение весьма заманчиво, и я не посмею от него отказаться, только… Надеюсь вы не будете против если мои коллеги присоединяться к нашей компании? С этими словами он помахал кому-то и из скопления людей, и в ту же минуту от толпы отделились трое внушительного роста людей и, склонив головы, направились к Вальдемару. Шедший первым ступал медленно, беззвучно, каждое его движение было по-кошачьи грациозным, одет он был в простую серую куртку и черные брюки, лицо его казалось неподвижным как у статуи. Идущие следом двое были выше его на голову, и обладали куда более массивным телосложением, хотя назвать их качками не повернулся бы язык, фигуры этих людей были затянуты в тёмные невзрачные плащи, лица их скрывали тени от козырьков армейских кепи, а за плечами один из них нёс внушительного размера ящик странной формы - видимо чехол от какого-то диковинного инструмента. -Вот, –впервые искренне улыбнулся Вальдек – Позвольте представить вам мой небольшой оркестр. Ах музыка! Какая всё-таки она странная вещь! Иногда она не даётся людям, способным ощутить каждое колебания, каждую капельку сока окружающих их цветов и звуков, но те, что глухи и немы, напротив, способны всё это создавать, без возможности самим насладиться собственными шедеврами… Этот принцип и лёг в основу нашего экспериментального жанра. Так что, к сожалению поговорить с ними не получиться. Ах да, совсем забыл представиться! Я Вальдемар – дирижер и руководитель этой группы. НРИ:Надеюсь, моя ужасная грамотность вас не огорчает?

Nail Buster: Вальдемар пишет: НРИ:Надеюсь, моя ужасная грамотность вас не огорчает? Ничуть. Хорошая грамотность, я бы даже сказал отличная. - Вальдемар?.. Отлично-отлично... - рассеянно промолвил Слим, не отводя глаз от зловещих спутников Вальдека. Похоже, он уже начинал жалеть о своём знакомстве с этой странной компанией - во всяком случае, это явно читалось у него на лице. - Так значит, у вас вокально-инструментальный ансамбль... ГЛУХОНЕМЫХ? - переспросил усатый турист с превеликим сомнением в голосе, переводя взгляд с одного "музыканта" на другого. - Надо же, никогда о таком не слышал. Помню, племянник мой однажны решил, что играть руками - это уже мэйнстрим, да и ногами, в общем-то, многие пробовали... Ни за что не поверите, чем он... Брр! - он потряс головой и оттянул пальцем ворот рубашки, судорожно сглотнув. Соседство с "музыкантами" его нервировало, но отступать было уже некуда. - Но вы его, естественно, сделали по всем статьям. За это и предлагаю поднять первый тост - за дивный феномен современного искусства! Кстати, предлагаю оккупировать уже местный бар - тут есть неподалёку одно неплохое заведение... - с этими словами Слим развернулся и быстрым шагом направился прочь от набережной. Непонятно было, то ли он спешил побыстрей добраться до "неплохого заведения", то ли просто спасался бегством от Вальдека и его компаньонов. Тем не менее, вскоре они уже сидели за столом в полутёмном каменном подвале, обставленном в духе шведского винного погреба. Соседние столики были пусты, разве что в самом дальнем и тёмном углу примостилась троица людей в чёрных рубашках - судя по нашивкам на рукавах, это новые охранники замка предавались культурному отдыху. На вошедших они не обратили почти никакого внимания, продолжив свой тихий неспешный разговор. Эрик, так и не снявший тёмных очков, заказал шесть кружек тёмного эля. Едва их поставили на стол, он залпом ополовинил свою - для храбрости, должно быть - и только затем обратился к Владеку, старательно избегая встречаться взглядами с его товарищами по группе: - А вы, значит, с гастролями здесь? Или так просто, отдохнуть, сбежать от суеты мегаполисов? А в каком жанре играете? А как называется группа? А за вокал, прошу прощения, вы отвечаете? - он нервно усмехнулся. - Это я методом исключения вывел, простите уж.

Вальдемар: -Да-с… -протянул Вальдемар, отодвигая указательным пальцем причитающуюся ему кружку, - Мы приехали сюда в поисках отдыха для наших тел, и вдохновения для моей души, - его губы слегка дёрнулись. Он едва успел подавить внезапно возникшее желание саркастически улыбнуться. – Ибо постоянная монотонная работа и городской темп жизни беспощадно убивают второе и сильно портят первое… -в этот момент его глаза загорелись, всё тело напряглось, будто Вальдек вот-вот готовился вскочить со стула. - И всё потому что людям нужны только ананасы! Буквально бочками, тоннами , партиями! И ведь это так почетно: сесть в грядку, потом получить бумажку, мол, ты теперь ананас, ты спелый и правильный, затем пожаловать на стол, а что будет далее думаю и так понятно… И даже несмотря на некий положительный эффект для вкушавших этот самый ананас, вскоре они опять будут голодны, сладкий вкус развеется подобно дыму, и на следующий день они, возможно, даже не вспомнят что ели вчера… Совсем другое дело самородок. Да, чтоб его найти, нужно приложить много труда, копнуть поглубже, но в награду за это мы получим отнюдь не временную сытость… Мы сделаем шаг в вечность! Согласитесь, искусно выполненное драгоценное украшение гораздо долговечнее и в миллион раз ценнее призрачного гнилого ананаса… -Бонавентура, медленно, почти лениво указал трём своим спутникам на оставшиеся кружки и едва заметно кивнул. Те, запрокинув головы, принялись вливать в свои глотки тёмную пенную жидкость. За считанные секунды как все сосуды были опустошены, но, что удивительно, музыканты умудрились не расплескать ни капли. Вальдек сокрушенно вздохнул –Всё-таки у каждого есть свои странности. Да, моё трио нисколько не приспособлено к существованию в социуме… Но если бы вы слышали как они играют! –С лёгким прищуром Вальдемар глянул на охранников. – Ах да, а вы в каком роде занятий нашли себя?

Nail Buster: - Я-то? - переспросил Слим, также оценивая взглядом соседей по бару. На миг его глаза встретились с глазами главаря - угрюмого бритоголового субъекта с толстенной жилистой шеей и широкими бугристыми плечами едва ли не в полстола шириной. Усатый поспешно отв ёл взгляд и даже непроизвольно поправил очки, словно бы испугавшись, что они дадут трещину и не смогут защитить его от тяжкого взора этого человека-горы. - Вы знаете, я тут... в смысле, тут, в Выборге... в общем, в некотором роде я тут отдыхаю, - он наклонился к Вальдеку и понизил голос до свистящего шёпота, - и о работе говорить не слишком-то жажду, признаться честно. Да и нечего мне вам поведать такого занимательного. Можете считать, что я из полиции. Международной полиции. Скромный офицеришка, скучный донельзя, не чета вам и вашим коллегам. Один из тех ананасов, что вполне уютно чувствуют себя на грядке с заветной бумажкой в кармане. Только я - овощ особенный, пан Вальдемар - он погрозил пальцем. Перчаток, как и очков, он до сих пор не снял. - Моя работа - следить за тем, чтобы всякие недобросовестные едоки не таскали с грядок моих милых сородичей, не жрали их на обед, ну и всякое такое. Знаете, большая часть населения этой планеты считает, что есть ананасы - негуманно. Кое для кого это, однако, открытие. - Ананасы на грядках не растут, неучи вы паскудные, - медленно и отчётливо проскрежетал бритый. Удивительно, но ему даже не пришлось повышать голоса - его слова разнеслись под сводами погреба, как раскат грома. - И они, мать их так, никакие не овощи. - Позвольте-ка, уважаемый!.. - Слим, едва не упавший под стол от неожиданности, быстро взял себя в руки и теперь изо всех сил старался держаться с достоинством. - Что же тогда, по-вашему, ананас? - Ананас - это грёбаный, мать его, фрукт, - безапелляционно отрезал охранник и лениво повёл плечами, видимо, давая понять оппонентам, что не испытывает ни малейшего желания вставать из-за них со стула. - А вы, самородки, чего без дела-то рассиживаете? Хвастаетесь тут, хвастаетесь, а нам ведь и послушать охота. Слабали бы что-нибудь, мы бы послушали... Если понравится, как слабаете, ставлю всем по виски! - он поднялся из-за стола, явив миру никак не меньше ста пятидесяти килограмм живого веса, солидная часть которого приходилась на пивное брюхо. - Ну что, ребята? Послушаем творцов современного искусства? - Остынь, Рекс, - дёрнул его за рукав напарник. - Не нравятся мне эти... - Да мне посрать! - рыкнул на него главарь, отмахнувшись. - Пусть играют! Или забыли, кто тут хозяин? - Мы, вообще-то, не местные, - Слим тоже встал, - и, уж простите, не были в курсе, что ваша контора и бар решила закрыть для добропорядочных туристов. Что-то я не вижу тут строительных лесов! Или его реставрируют по новой методе, для простых смертных незаметной? Так почему же замок не... Молчу-молчу, - он угрюмо плюхнулся обратно на стул, когда в руках у чернорубашечников сверкнули телескопические дубинки-парализаторы. - Страшная, всё-таки, у вас страна. Надо было в Норвегии отдыхать, чуяло моё больное сердце.

Вальдемар: Объединяющий в себе первобытную дикость, удивление, страх, и отвращение, взгляд Вальдемара, скользнув по грубой, почти неандертальской, роже охранника, упёрся в треснувший кирпич за правым его ухом. Лицо «дирижера» побледнело и скривилось, каралось, будто его вот-вот стошнит. Сказались годы почти полного одиночества, ведь за это время Вальдек привык быть лишь тенью, призрачным силуэтом, который мгновенно растворится в памяти вечно спешащих прохожих. Но теперь реальность вновь тряхнула его за плечи, вновь открывая свой, отнюдь не привлекательный, лик. Но разум руководителя группы ничуть не желал подчиняться её, казалось бы, отрезвляющему влиянию… Сгорбившись, и опустив голову, Бонавентура тихо прошипел: «Фэль». Жаль многие не понимают, что иногда смертным грехом может стать одно лишь невежество или плохое воспитание. Достаточно лишь неправильно повести себя с не тем человеком не в том месте. Возможно, вся тяжесть вины лежит на родителях подобных бедолаг, либо на их окружении, но винить в том, что произошло мгновеньем позже выстрела, было уже некого и незачем… Треснувший кирпич окрасился в алый цвет. Подобно третьему глазу на лбу Рекса зияло багрово-черное отверстие, на лице как и на лицах его, ещё живых, товарищей застыло бесконечное удивление. Примерно в пяти шагах от громилы безмолвно стоял «Первый». В его вытянутой руке всё ещё дымился небольшой самодельный пистолет. На короткий миг, показавшийся всем присутствующим вечностью, в помещении воцарилась идеальная тишина. -Что я натворил… -С ужасом проговорил Вальдек, глядя как то, что ещё минуту назад было сильным здоровым человеком неуклюже завалившись на бок распростёрлось на полу.- Помилуй меня Бог…

Nail Buster: Слим тупо уставился на мёртвое тело, медленно перевёл взгляд на "Первого", затем на Вальдека, затем снова на труп, снова на "Первого"... Растерянно поморгал, словно бы соображая, не спит ли, ущипнул себя разок-другой за щёку... А затем, выхватив из-за пазухи два внушительных хромированных револьвера, одним прыжком оказался на столе. - Вали их! Вали! Вали!!! - завопил усач не своим голосом, и помещение тут же наполнилось грохотом выстрелов. Существо, убившее Рекса, предпочло ретироваться с линии огня таким же молниеносным рывком, как и секундой раньше, подручные же покойного, также оценив угрозу по-достоинству, проворно сиганули под стол, опрокинув его и образовав импровизированную баррикаду. Тяжёлая сосновая столешница выстругана была на совесть, и шквал слимовых пуль разбился об неё, подняв в воздух облако пыли и щепок. Долго она защищать их, впрочем, не могла, это было ясно. - Вы какого беса творите, артисты?! - рявкнул один из охранников, выпустив наугад из-за баррикады пару пуль. Одна прошла в сантиметре от ноги Эрика, но со стола тот слезать не спешил. - А нечего было оскорблять работников культуры! Правда, пан Вальдемар? - крикнул в ответ Слим, трясущимися руками перезаряжая револьверы. - Творческие натуры ранимы и тонки, разве не знал?! Их каждый может обидеть! Эй, Вальдек, - уже тише прошептал он товарищу по несчастью. - Надеюсь, чёрт подери, у твоего глухого были ОЧЕНЬ веские причины грохнуть этого борова. Теперь за тобой стоит убийство, а я... я... - тут только он, кажется, очнулся и сообразил, что в руках у него оружие, а сам он едва не довершил дело "Первого". Задумчиво повертев в руках револьверы, он вновь направил их на баррикаду. - Ох-хо-хо, а ведь я ЗНАЛ, что неприятностей с вами, артистами, не оберёшься, но не думал, что вы эдакие кровавые перформансы устраиваете... Знал бы - точно сюда бы не... Эй! Он вновь заморгал, увидев наконец то, что увидел. - Это... это ещё что за срань Господня? Мёртвый Рекс, цепляясь пальцами за половицы, неуклюже полз в сторону Слима. Из его затылка, вдрызг развороченного вылетевшей пулей, наполовину вытекли мозги - они шевелились, бурлили и пытались, похоже, заползти обратно. Рот, ощерившийся треугольными акульими зубами, издавал нечленораздельные хрипы, а багровые, как кровь, глаза едва не выкатывались из глазниц. Так умирали низшие вампиры. Те, для которых был смертелен даже выстрел в голову обычной пулей. Громыххнул ещё один выстрел - и голова Рекса разлетелась на куски, забрызгав деревянный пол бурой, почти чёрной кровью. Густо зпахло гнилью и разложением. - Эй, полегче там, фраер! - рыкнули из-за вражеского стола. - Сам ты полегче! - взвы Эрик и стрельнул в воздух. На его кудрявую шевелюру посыпалась штукатурка. - Да будет вам известно, что вы все арестованы, мрази! Лапы вверх! Я, Эрик Слим, как полномочный представитель Комитета по делам нечеловеческих рас, в соответствии с Международным Законом «О нелюлях» и соответствующими местными законами, объявляю в этом отдельно взятом кабаке конртеррористическую операцию! Оружие на пол, или... - он глянул на Вальдека в сомнениях. - Или эти артисты вас всех здесь покрошат!

Вальдемар: Вальдемар осторожно выглянул из-за спин «Второго» и «Третьего», давно уже вскрывших ящик, коей они тащили с собой с самого начала, и стоявших перед своим «дирижером» непробиваемой стеной, вооруженные до зубов, но само оружие их, не в пример револьверам Слима, казалось, могло убивать только своим внешним видом: ржавый, со скошенным стволом, будто его когда-то использовали в качестве дубины, огромный ПКТ и старинная «окопная метла» М97. Несмотря на всю свою непривлекательность, вид готового к бою «основного калибра» весьма ободрил Валдека. На смену ужасу пришли холодная решимость и жажда крови. - Вперёд, огонь по усмотрению, тип «Рим», одного обезвредить! –Последние слова «руководителя группы» утонули в сухом грохоте выстрелов как и вопли охранников. По столу вновь хлестнул ливень из пуль и картечи. Не прекращая огонь, не обращая внимания на ответные выстрелы «не мёртвые» неумолимо двигались вперёд , словно древние легионеры построившиеся «черепахой». Не в силах выдержать, баррикада раскололась, открывая взору кровавое месиво, бывшее когда-то наймитами фирмы «Обсидиан». Один из них всё ещё сохранял человеческие очертания, и даже, несмотря на развороченные ступни, пытался добраться до валяющегося рядом пистолета, но «Третий», со своим дробовиком, опередил его, разнеся руку, только-только коснувшуюся оружия, в клочья. Выйдя из-за своего живого щита, Вальдемар приблизился к «обезвреженному» охраннику и легким тычком ноги перевернул того на спину. - С*ка… -Неразборчиво прохрипел наёмник. - Он жив! – «Дирижер» триумфально улыбнулся. – Теперь уж мы сможем во всех подробностях узнать… - Замолчав на минуту, он медленно обернулся в сторону Слима. – К вам у меня тоже появилось очень много вопросов, пане… За спиной усатого возник худощавый силуэт «Первого», «Второй», держа наготове пулемёт, тоже обернулся и осторожно попятился в сторону своего командира, закрывая его своим телом, «Третий» же остался стоять рядом с «обезвреженным». - Прошу вас, не беспокойтесь, я ничуть не враждебен по отношению к вам, но то, что вы произнесли ранее, заставляет меня беспокоиться за безопасность, как личную, так и моих… Подопечных.

Nail Buster: Слим не спеша слез со стола и нервно огладил усы тыльной стороной ладони. В помещении царил настоящий разгром – густо пахло кровью и порохом, раненый вампир тихо стонал. Бармен исчез не пойми куда, и, откровенно сказать, на его месте Слим с удовольствием сделал бы то же самое. Однако ж, он был не на его месте, а на своём – стоял в луже крови, с дымящимися револьверами в руках, под прицелом двух тварей неизвестного происхождения, явно не слишком-то дружных с законом. Зато отлично дружных со своим... концертмейстером и готовых убивать по легчайшему мановению его руки. – Вот вы, значит, какую музыку-то играете, – пробормотал комитетчик и опустил револьверы в кобуры, скрытые на поясе под плащом. – А ведь мне сразу следовало догадаться... Чёрт, чёрт, дьявол! - закатив очи горе, он в сердцах притопнул ногой. - Ну и угораздило же вляпаться, честное благородное слово. Съездил, называется, культурно отдохнуть!.. Да-да, я здесь, вообще-то, в отпуске, - поспешил объяснить он Вальдеку, беспокойно косясь на "Первого" и "Второго". - И прерывать его сперва вовсе даже не намеревался, не случись тут... вот этого всего. Нет, вы посмотрите только на этих клыкастых прохиндеев! Это ж надо – грозить своей трещалкой представителю власти! Закрывать от честных туристов памятники архитектуры! Этого вы добивались? Этого?! Прежде, чем Вальдек успел его остановить, Слим шагнул к бесформенной груде мяса, бывшей некогда вампиром-обсидиановцем, и пнул того с размаху в... то место, где у него должен был быть живот. Вампир, скрючившись от боли ещё сильнее, оскалился и захрипел: - Мра-а-азь... - НЕТ, ТЫ! - выкрикнул Слим и занёс ногу для нового удара, но тут на его плечо легла рука "Первого" и несильно сжала пальцы. Ойкнув и отступив на шаг, комитетчик глубоко вздохнул. - Прошу прощения, господин артист. Нервы у меня, знаете ли, ни к бесу. На кого работаешь, тварь?! - снова взъярился он на израненного нелюдя. - Что вы творите в крепости?! Когда я уже смогу купить билет на чёртову башню?! - В крепости, - с трудом прошипел вампир и тихо рассмеялся, - мы всего-навсего трахаем твою мамочку. Усатый сделал попытку вырваться из цепкой хватки "Первого": - Я сейчас эту погань к праотцам отправлю! -  он полез в кобуру за револьвером. - Лучше держи меня, артист, я за себя больше не отвечаю!

Вальдемар: -Пане Слим, может быть вам известны какие-то методы допроса подобных созданий? -Тихо спросил, отгородившийся от происходящего непробиваемой коркой мертвенного спокойствия, Вальдемар. – Откуда они? Внезапно всё спокойствие «дирижера» рассыпалось в пыль. Со стороны могло показаться, будто бы Вальдек увидел нечто ужасное, видимое ему одному. Лицо его выражало сильное беспокойство. - Клад – проверить! – крикнул он, махнув рукой в сторону выхода. «Первый», словно струйка дыма, подхваченная ветром, метнулся к двери, тотчас растворившись в подвальном полумраке. Бонавентура быстро зашагал в сторону раненного вампира, подобрал пистолет, и торопливо вытерев его носовым платком, сунул в карман. - Если и проводить сейчас допрос, то нужно делать это быстро! Нам нужно скорее попасть в ту чертову башню. Я опасаюсь худшего. Они могли всё украсть или уже крадут… - голос Вальдека дрожал от беспокойства, он то и дело поглядывал на дверь. Страх потери поглотил его полностью. Было ясно, что «руководитель» готов бросить сейчас всё и отправиться выяснять, кто и что у него украл, да и украл ли вообще. Волнение командира, казалось передалось даже, доселе стоявшим безмолвными истуканами, «Второму» и «третьему». Если бы их лица могли выражать хоть какие-то эмоции, то в них бы читались томительное ожидание, недоумение, и бессилие, пред неопределёнными приказами своего хозяина.

Nail Buster: - Кто украл? Что украл? Когда? - непонимающе заморгал Слим, переводя взгляд то на Вальдека, то на вампира, то на дверь, в которой скрылся "Первый" . - Что вообще происходит, господа музыканты? Я, на секундочку, комитетчик, а не коп какой-нибудь, я нелюдей ловлю, кражи со взломом - это вообще не по нашей части! Вампир меж тем хрипло расхохотался и выплюнул изо рта сгусток чёрной крови, метко попав прямо Эрику на ботинок. - А хотя, может, и по нашей... - мрачно протянул Слим и решительным шагом направился к барной стойке. Несколько секунд он громыхал там посудой, а затем, торжествующе ухмыляясь, вернулся с руками, полными блестящих серебряных ножей. - Если вы, господа клыкастые, не торчали тут с самого утра, - он опустился на корточки подле обсидиановца, - наверняка должны были прогуляться от крепости до бара по солнышку. Что выдаёт в вас далеко не простых кровососов, а самых что ни на есть "искусственных вампиров". Я ведь прав? Чудно. Значит, вытаскивать тебя на свет бесполезно - всё равно ничего не почувствуешь. А вот серебро... Его, говорят, вы боитесь не меньше, чем ваши чистокровные сородичи. Вампир, глянув на ножи расширенными от возбуждения глазами, прорычал сквозь зубы нечто нечленораздельное. На его щеке сверкнул блик от зеркально вычищенного белого лезвия. - На кого работаешь, гнида?! - возопил Эрик и с размаху всадил нож в уцелевшую вампирову ляжку. Из глотки нелюдя вырвался истошный вопль, в зале ощутимо запахло палёным мясом. Струйка дыма поднялась от раны, комитетчик отмахнулся от неё вхмахом руки и поморщился. - Ко... ко... Коалиция! - выдохнул вампир и снова зашёлся криком. Слим вырвал лезвие из его ноги и нахмурился, глядя, как стремительно испаряется с него кровь. - Вздор. Коалиция Максов погибла, это всем известно. Что в крепости?! Почему она закрыта?! - он дважды ударил вампира в то же место, разбрызгивая кровь по всему бару. - Отвечай! - По... пор... - Что? Что пор? Какой пор? Порошок? Поролон? Порностудия?! Не дури мне мозги, кровосос! На кой ляд устраивать порностудию в замке?!.. На очередном ударе рука Эрика замерла в воздухе - до его слуха неожиданно донёсся визг тормозов. У дверей бара остановилось что-то большое. Возможно, даже бронированное. Обсидиановец же продолжал стонать, в буквальном смысле, как резаный. - Эй, артисты, - понизил голос Слим, быстро глянув на Вальдемара и его компаньонов. - У нас, похоже, гости.

Вальдемар: Крик Слима гулко прозвучал в опустевшем помещении – Бонавентура и его «телохранители», бряцая своим смертоносным металлоломом в лице пулемёта и дробовика, уже поднимались по лестнице. Решительно выскочив на улицу, Вальдемар издал истошный вопль «Фаааль», отразившийся от стен вековых домов волной эха, моментально утонувший в грохоте выстрелов. Если бы не расторопность «Второго» и «Третьего», затащивших своего безрассудного «руководителя» обратно в паб , он тот час превратился бы в фарш. Снаружи раздался рёв мотора, ослепительный свет фар прорезал вечернюю тьму. Спуск в подвал, служивший единственным укрытием троицы, накрыл огненный шквал. Град крупнокалиберных пуль, круша всё на своём пути, вырывая целые куски мостовой, заставляя трескаться толстые кирпичные стены, постепенно оттеснил, явно уступающих в огневой мощи, музыкантов на исходные позиции. Не дожидаясь пока их враг придёт в себя, наёмники перешли в решительно наступление – вслед отступающим, по ступенькам, звеня и подпрыгивая, покатились несколько небольших цилиндров… Увы, Вальдемар понял их назначение лишь после того как его, «Второго» и «Третьего» отшвырнуло ударной волной. Пространство вокруг заволокла дымка, все звуки слились в одну невыносимую какофонию, и лишь внезапная вспышка боли от засевшего в правой руке осколка позволила Бонавентуре не потерять сознание в этот момент. Тихо простонав, перевернувшись на живот и оперившись на относительно здоровую руку, он попытался подняться, но тело не слушалось, и «руководитель группы» бессильно рухнул на пол. - «Второй»… -хрипло позвал он. – «Трети…- закончить фразу Вальдеку помешал внезапный толчок. Его быстро подхватили под руки и поволокли прочь.

Nail Buster: - Съезди, расслабься, сказали они... - шипел Слим, зажимая нос концом галстука и пытаясь хоть что-нибудь разглядеть в густом непроглядном дыму. - Тихий городок, старинная архитектура, сказали они... К чёрту! Чтоб я ещё хоть раз в эту вашу Россию!.. Да ни за что, ни за какие сокровища чёртова мироздания! Никогда не любил экстремальный отдых и любить его не собираюсь! Не таковский я, понял ты, Вальдемар?! Ты мне ещё ответишь за сорванную поездочку! И эти ублюдки снаружи тоже ответят! Если живыми останемся! Там, где, по прикидкам Эрика, должна была находиться входная дверь, дымовую завесу пронзили багровые нити лазерных прицелов. Слим дал по ним несколько выстрелов от бедра и, кажется, в кого-то даже попал - нити бестолково заметались во мгле, одна на миг исчезла и появилась вновь, сопроводив процесс отборными русскими матюгами. На пару мгновений в стане врага возникло замешательство, которыми мрачные компаньоны Бонавентуры смогли прекрасно воспользоваться - проворно оттащив командира за барную стойку, они уже спускали его по ступеням в погреб. Не дожидаясь, пока нити вампирских прицелов его нащупают, Слим юркнул за ними следом и, тихонько затворив тяжёлую кованую дверь, закрыл её на столетний засов. Они оказались на лестнице, кое-как освещённой единственной тусклой лампочкой. Внизу угадывались сырые, выложенные замшелым камнем стены, хранившие, должно быть, ещё больше воспоминаний, чем воздвигнутые над ними дом и подвал, и вполне себе современные тюки, коробки и дребезжащие холодильники, расставленные вдоль этих самых стен. В дальнем конце помещения белели три самых больших холодильника, за которыми была унылая каменная безысходность. Сиречь, тупик. - Полагаю, мы в западне, а? - Эрик деловито сбежал по ступеням вниз. "Артисты" не удостоили его ни ответом, ни даже взглядом. - Ладно, молчуны, у вас есть чем заминировать дверь? Скоро к нам, надо думать, настойчиво постучатся плохие дяди сверху... - Ответом ему вновь была тишина. Она начинала нервировать Слима - передёрнув плечами, он склонился над контуженным Вальдемаром и участливо заглянул ему в глаза. - Эй, деятель современного искусства, ты там живой? Скомандуй уже своей подтанцовке станцевать для нас что-нибудь дельное. Пусть хоть похоронный марш забацают - нам он, чуют мои усы, вот-вот пригодится.

Вальдемар: Хоть перед глазами Вальдемара всё еще стояла кровавая пелена, а в голове раздавался болезненный гул, он всё же смог найти в себе силы чтоб подняться на ноги. Вышло это у него совсем неуклюже, и если бы не помощь «Второго», «дирижер», скорее всего, в ту же минуту распростёрся на полу. Поняв голову, Бонавентура, иногда срываясь на кашель, тихо проговорил: - Я не разделяю ваш пессимизм, пане Слим. Даже у ничтожного червя может быть вера, а у нас имеется ещё и опора для неё. И хоть нам всем когда-нибудь суждено встретить свою смерть, это произойдёт отнюдь не здесь и не в этот час. Главное что бы «Первый» успел всё проверить… Да… -Вздрогнув всем телом, Вальдемар с ужасом посмотрел вверх, хотя было заметно что взгляд его глаз направлен гораздо дальше каменного потолка. – Теперь нам остаётся только ждать. За дверью послышались звуки возни затем резкий глухой удар, от которого с вековых камней подземелья посыпалась пыль. Второй удар заставил двери задрожать, от третьего они покосились, казалось, следующий удар должен сорвать их с петель, но его не последовало. Вальдемар напряженно глядел в сторону двери. «Второй» и «Третий» всё так же, выпрямившись во весь рост, бесстрастно наблюдали за происходящим. В воцарившейся тишине таяли секунды, но вскоре сверху донеслось едва слышимое эхо. Кто-то напряженно переговаривался, звучали бряцание амуниции и шаги. Вскоре разговоры переросли в истошные вопли, раздались выстрелы, вспорол слух до боли знакомый рёв мотора, тяжело ухнул взрыв. - Это наш шанс! –почти пропищал Вальдек. – Скорее! Вперёд!

Nail Buster: - Куда - туда? - непонимающе моргнул Слим, кивнув на дверь. - Да ни за какие коврижки! Там же сплошной ад и Сирия сейчас! Давай лучше поищем тайный ход, в таких старых подвалах всегда есть какие-нибудь тайные ходы, я точно знаю, я по "Дискавери" видел!.. "Артисты", однако, на его слова обратили не больше внимания, чем на жужжание сонной мухи, вспугнутой пальбой наверху - подхватив оружие, они сосредоточенно засобирались на выход. Издав протяжный вздох и закатив глаза ("Ох, уж мне эти нелюди, ох уж мне эта Россия!"), Эрик выхватил револьверы и ринулся по лестнице вверх, к двери, стараясь держаться сразу за широкими спинами Вальдековых подопечных. Наверху царил невообразимый кавардак - дым по-прежнему висел в воздухе плотной завесой, пули, визжа, рикошетили от каменных стен, одна провизжала в опасной близости от виска Слима. В серо-сизой дымке метались чёрные силуэты вспугнутых обсидиановцев. Их противник пока оставался невидим для комитетчика - огонь вёлся снаружи, с улицы, и несколько вампиров изо всех сил пытались держать оборону, забаррикадировав лишённые стёкол оконные проёмы шкафами и дубовыми столешницами. Время от времени звучали отрывистые команды и громкая нервная брань. - Ха, голубчики! - просияв безумной улыбкой, Эрик выстрелил в затылок ближайшему нечеловеку, засевшему у окна. Его мозги разбрызгались по стене, но другие вампиры в пылу сражения не заметили, что сразило их сотоварища. Это раззадорило комитетчика, и он послал ещё одну пулю в спину другому вампиру, но впопыхах промахнулся, и она высекла искры из камня у самого носа врага. Тот обернулся, оскалив клыкастую пасть, и Эрик поспешил скрыться за массивной фигурой "Второго", пальнув ещё пару раз наугад уже оттуда. - КДНР не сдаётся! - рявкнул он. - Ну что, дирижёр, играй им похоронный марш!

Вальдемар: Не успел Вальдемар открыть рот, как сокрушив импровизированные баррикады и добрую половину стены, звероподобная машина наёмников, видимо, уже успевшая стать чьим-то трофеем, с грохотом ворвалась в помещение. По багровой от чужой крови броне градом застучали пули. Обсидиановцы принялись поливать стального зверя свинцом вперемешку с ругательствами, но, несмотря на всё их упорство, причинить какой-либо заметный урон машине они не могли. Вряд ли эти бойцы моли ожидать, того что им придётся столкнуться в бою с собственным «чудом враждебной техники». Но, не смотря на свою неуязвимость , сам бронированный монстр оказался скован обвалившимися на него обломками потолка, турель намертво заклинило, казалось, охотник вот-вот превратиться в жертву, но водитель дьявольского механизма считал иначе… Если бы не дымка, то можно было бы видеть, как из-под брони машины с тихим щелчком показались жерла миниатюрных мортир, как она, тяжело осев на передние колёса, делает залп, как веером разлетаются по залу смертоносные черные цилиндры. «Ложииись!» - этот вопль в какой-то момент показался Вальдеку громче последовавшего за ним взрыва. В очередной раз за этот день жизнь «дирижёра» спасал холодный расчёт его подчинённых. Он вместе со «Вторым» и «Третьим» стоял посреди, в буквальном смысле выжженного, испепелённого помещения, на крохотном рваном островке относительно целого пола, где повезло оказаться и Слиму. -Боюсь, марш окончен…- проговорил Вальдемар глядя как из кабины броневика выбирается знакомая худощавая фигура. - Теперь нам предстоит позаботиться о мелочи иной…

Nail Buster: Останки вражеских бойцов, равномерно распределённые по остаткам бара, нелегко было отличить от других дымящихся головешек, бывших некогда столами, стульями и барной стойкой - те, разве что, не пытались шевелиться и расползаться прочь, кто куда. И не издавали столь мерзкого, тошнотворного запаха. - Фу, уберись от меня к чертям, сука ты нечистая! - взвизгнул Эрик, откидывая ногой подальше от себя оторванную кисть обсидиановца, порывавшуюся ухватиться за его лодыжку. Сам комитетчик с ног до головы был покрыт сажей и копотью, пышная грива его волос пришла в неописуемый беспорядок и больше напоминала теперь стог несвежего сена, внутри которого разорвалась боевая граната. Что до одежды, в бесформенном, бесцветном, кое-где обожжённом, кое-где изрешечённом осколками рванье с трудом угадывались очертания кремового плаща и белой рубашки - поразительно было, как при всём при этом Слим ухитрился отделаться лишь парой царапин. - Надеюсь, впредь вам, упырям, неповадно будет наскакивать на представителей закона! - рявкнул он и с размаху пнул ногой лежавшую рядом почерневшую голову. Пролетев несколько метров, та гулко шмякнулась о решётку вражеского броневика и разлетелась на куски. Эрик погрозил ей вслед кулаком. - Вот вам, мрази, оркестр глухонемых! Вот вам, сволочи, экспериментальная музыка! Теперь нам в ваш Выборгский замок положен бесплатный абонемент на ближайший десяток лет! Нет, вы подумайте только! - продолжал распаляться он, вертя в руке револьвер. - Устроили здесь чёрт знает что! Второй Брейнбридж! Второй Энск! Второй Мидиан! Слушай, артист, - он обернулся к Бонавентуре и решительным шагом направился мимо него к двери. - Я намерен весь тот музей раскатать на дрова, и ты мне в этом поможешь. Хотя, постой... - он застыл в дверном проёме и медленно, очень медленно обернулся. - Что ты там говорил про иную мелочь?

Вальдемар: Вальдемар указал на лежащий в дальнем углу крупный кусок плоти, которому посчастливилось не превратиться в бесформенную мешанину из обугленных костей и горелого мяса. При детальном рассмотрении в нём даже можно было даже узнать человеческое туловище, в буквальном смысле, сплавившиеся, с остатками бронежилета. Несмотря на жуткие увечья, потерю всех четырёх конечностей, «тело» продолжало двигаться, всячески изгибалось и трепыхалось, всем своим существом демонстрируя то, что жизнь не спешит его покидать. Сложно представить какой поток ругательств обрушился на присутствующих, если бы его не сдерживала деформированная маска, видимо когда-то совмещавшая в себе функции противогаза, тепловизрора, пнв, и ещё Бог знает чего. Сквозь искорёженный пластик и металл слышалось лишь нечленораздельное гудение. - Хотя какая же это мелочь! Это произведение искусства! Гениальное творение! Нет, они ничего не крали. они опередили все мои… Точнее наши исследования на годы. Если мне удастся заполучить хоть часть этих знаний… -лицо «дирижера», исказила жутковатая ухмылка. - И да, сейчас у нас одна цель. Тем временем молчаливая свита, словно прочитав мысли своего хозяина, принялась, на редкость умело освобождать бронемашину из каменного плена. -Да и пешком нам идти не придётся… Спустя час черный стальной зверь уже с завыванием мчал к заму, неся в своём, напичканном разновидной электроникой, чреве незваных гостей.



полная версия страницы