Форум » Бесконечная Война » Скованные одной цепью » Ответить

Скованные одной цепью

Nail Buster: Время действия: апрель 2013 года Место действия: глухая германская деревушка Медвежий Угол Действующие лица: Андрей Волков, Хондао Зу Ронг, Гончая, Вадим Крушайко Сюжет: Добро пожаловать в Медвежий Угол - крошечный немецкий посёлок, не нанесённый ни на одну из карт. Он совсем не похож на те новенькие провинциальные городки, вылизанные до блеска и кажущиеся пластмассовыми - нет, каждый камень дышит здесь стариной первозданной, нетронутой обеими мировыми войнами, и такие же древние здесь живут люди - ну откуда, скажите на милость, в такой глуши взяться молодёжи?.. Деревушка медленно, но верно умирала, и неудивительно, что селяне в один прекрасный день решились заключить сделку с дьяволом - точнее, с пришлым вервольфом, жаждущим обзавестись своей маленькой стаей. Соседние деревушки и фермы стали медленно, но верно пустеть. Кому понравится, когда кровожадные твари крадут лунной ночью твой скот, пугают прохожих, с рёвом гоняются за машинами и оглашают окрестности леденящим кровь воем? О человеческих жертвах пока не сообщалось - очевидно, оборотни довольствовались козами и телятами, а также дичью, коей изобиловали окрестные леса - и тем не менее, обстановка вокруг Медвежьего Угла стремительно накалялась. Полиция предпочитала до поры до времени не вмешиваться в ситуацию, но в конце концов связалась со всесильным Комитетом и запросила помощи специалистов. Теперь в десяти километрах от деревни разбил лагерь вооружённый отряд, возглавляемый Густавом Шульцем. К отряду также приписан молодой полевой медик Андрей Волков. В то же самое время по просёлочной дороге через лес проезжает известный в узких кругах Страх, торговец оружием, связанный со зловещей Коалицией Максов до её таинственного исчезновения вместе с городом Энском. Несколько дней назад с ним связался вожак вервольфов, заявив, что у него есть предложение для фюрера КМ, от которого тот не сможет отказаться. И пусть официально ни Коалиции Максов, ни города Энска больше не существует, Хондао едет в Медвежий Угол. Хотя бы для того, чтобы узнать, как много знает этот оборотень.

Ответов - 85, стр: 1 2 3 4 5 All

Стренжер: Андрей замолчал. Он просто сосредоточился на работе ногами. Если задуматься, то он не впервой такое слышал «ни кто не умрет». Плохое обещание. Плохое, потому что ему хочется верить. Особенно плохое, она для командира. Нельзя спасти всех, кому как не врачу это знать? Нельзя и все тут. Как бы не старался… Тот кто обещает подобное или лжец или… или отчаивается. Отчаивается, что ситуация выходит из-под контроля. Хотя, возможно Андрей просто накручивает себя? -Ну что же… – Наконец подал голос Волков и внезапно остановился. Активатор мины с какой-то радости был в каких-то сантиметров от его ступни. Он вздохнул. – Тогда ваш гениальный план, подстроим под обстоятельства. Или обстоятельства подстроим под план. Андрей взглянул на часы. - И есть еще одна проблема. Эти мины нас, черт возьми, тормозят! Ненавижу опаздывать…

Nail Buster: - О, дичи в здешних краях всегда было вдоволь, - расхохотался вервольф, орудуя своими устрашающими столовыми приборами. В считанные секунды его порция исчезла в клыкастой пасти, и он потянулся через стол за новой. Очкастый мальчуган смотрел на него глазами, полными ужаса, но мужественно молчал. Вернулся Клейтон, а за ним - дюжая, но миловидная барышня, несущая здоровенный поднос с пятью кружками пенного пива. Очевидно, подумал Генрих, это и была та самая Герда, о которой говорили дозорные. А может, и нет... Впрочем, наслаждаться видом её пышных форм гостям пришлось недолго - поставив пиво на стол, она проворно покинула зал, в то время как молчаливый телохранитель вновь занял место за спиной вожака. Встречаться взглядом с посланниками Коалиции он старательно избегал - слишком старательно, пожалуй. Тем временем Робин продолжал, расправляясь с очередным куском кабанины: - Есть одно козырное местечко к западу от деревни, там мы всегда охотимся с парнями. Сегодня дичи там было вдоволь, а скоро обещает быть ещё больше. Цельная дюжина тупых, непуганых оленей. Или больше... - Он на секунду задумался и обернулся к охраннику. - Клейтон, друг мой, не напомнишь мне, старику, сколько там точно оленей мы ждём в гости? - Двадцать, герр гауляйтер, - ответил тот, не обернувшись в сторону собеседника. - Предположительно. Отряд местного спецназа, имеющий приказ арестовать ваших братьев и сестёр, а самого вас казнить на месте. С ними наверняка будет кто-то из Комитета, но вряд ли рыжая ведьма или кто-нибудь из её выводка. Мои прогнозы, в целом... - ...оптимистичные, ага, - договорил за него вожак и умильно улыбнулся. Вкупе с его чудовищным волчьим оскалом это выглядело по-настоящему жутко. - Чудно-чудно, теперь утихни. Я это всё уже слышал раньше. Как видите, - он вновь сощурился на гостей, - сюрприз, что нам хотели устроить "светлячки", со смачным треском провалился. Теперь мы устроим сюрприз им, а вам, герр Хондао, принесём их головы. Сделаем из их черепов кубки и будем пить за победу. За победу! - гаркнул он неожиданно и вознёс к потолку свою кружку. Капли пены попали на щеку Клейтону, но тот даже не двинулся с места, продолжая буравить взглядом дальнюю стену. - Думаете... "Думаете, я люблю?!" - хотел было огрызнуться Густав, но едва он произнёс первое слово, где-то слева от них за деревьями что-то гулко и трескуче бухнуло. Раздались крики бойцов, многоголосо заговорила рация на поясе. Сердце оперативника упало куда-то в левую штанину. - Кто ранен?! - выкрикнул он, схватив передатчик. - Рядовой Вирт, сэр! - неразборчиво отозвался передатчик. - Ему оторвало ступню, нужна перевязка! - Волков! - скомандовал Шульц, сдёргивая с плеча автомат и передёргивая затвор. - Бегом к пострадавшему, окажите первую помощь! Я говорил, я же, так вас и рассяк, го-во-рил вам - СМОТРЕТЬ ПОД НОГИ! - орал он уже в рацию... и тут на его глазах медленно, точно в дурном сновидении, в клочки разлетелась голова шедшего впереди Шпица. Точнее сказать, разлетелась она мгновенно, но чуть позже оперативник готов был поклясться, что видел во всех подробностях, как затылок бойца покрывается кровавыми трещинами, и оранжевые мозги брызгают во все стороны... Поражённый Густав не заметил даже, как пуля пробила ему рукав, едва не задев плечо. Лишь услышав наконец далёкий, бесконечно далёкий раскат выстрела, он рухнул в траву и спрятал голову за ближайшим пнём. - Отряд, внимание! Впереди снайперы! А кому бы это ещё быть, если он ничего, абсолютно ничего по-прежнему не чувствует? Но как далеко должен был засесть снайпер, чтобы дар Шульца не накрывал его? - Волков, ползём к Вирту, - громко прошептал он Андрею. - Похоже, в Шпица попали случайно. Не представляю, как можно вести огонь сквозь все эти ветви. Есть шанс, что нас с вами он не выцелит, - и, подавая пример, оперативник первым пополз по траве туда, где разорвалась мина.

Хондао: Хондао улыбнулся-если можно было этот тигриный оскал назвать улыбкой: -Удачной охоты герр Робин. Впринципе можете захватить кого-то из -них живьём, если удастся - я ему покажу некоторые театральные кошмарные номера из своей коллеции. Я умеею...показывать ужасы,- он отхлебнул остатки пива из своей кружки -докажите вонючим "светлячкам" кто вы и кто они.Уничтожьте "светлячков"! - Хондао почти выкрикнул это. Потом снова благостно улыбнулся и сказал: -Подарите мне один череп... как сувенир... И опять замолчал, лениво развалившись на своём "сиденье" - ни дать не взять сёгун Токуагава в молодости.

Стренжер: Хотя Андрей и готовил себя к всевозможным неприятностям, но вот такой поворот событий таки выбил его из колеи. Мозг ещё адаптировался к извменившимся условиям, а тренированное тело тем временем действовало по привычным лекалам. - Похоже, кто-то решил пересмотреть итоги Второй Мировой. Что ж, придётся их перепоказать... - мрачно буркнул Волков. - Прошу прощения, герр Шульц, вырвалось. Волков, лежавший в метре от Густава, взглянул на труп спецназовца. Прикрыв глаза, он тихо прошептал несколько слов. Может, это была такая короткая молитва за упокой, может, ещё что-то… Андрей сам до конца не понимал, что в такие моменты говорит. Ему всегда казалось, что это что-то вроде «прощай, еще свидимся»… Хотя кто знает. Волков достал из кобуры пистолет. «Я хотел по-хорошему», - подумал он. – «Но придётся по-плохому» Он пополз за Густавом, демонстрируя неплохие способности в ползанье по-пластунски. Волков соображал, что им делать дальше. Мины сзади - не отступим. Снайпер и стая оборотней впереди, не факт, что пробьёмся. Вообще операция уже явно попахивала самоубийством, в лучших традициях Армии Света. - Нужно сообщить, что нас прижали… - подытожил Андрей свои размышления.

Nail Buster: - Нужно, - зло прошипел Густав, потрясая рацией. - Только вот сообщение наше ни до кого не дойдёт - сигнал исчез. Эти твари, похоже, где-то установили глушилку... В полуметре от виска Андрея взметнулся в воздух фонтанчик земли, а в следующую секунду по лесу прокатилось эхо нового выстрела. Сунув за пазуху передатчик и чертыхнувшись сквозь зубы, Шульц проворно пополз на крики и стоны, по-прежнему доносившиеся из зарослей. - Всё летит к чертям, Волков, - быстро проговорил он, поминутно оборачиваясь и проверяя, следует ли за ним медик. На несколько секунд оперативник остановился за густым кустом, чтобы обильно опрыскать тело маскирующим спреем. Выдавив на себя чуть ли не полбаллончика, он облегчённо перевёл дух и двинулся дальше. - Судя по всему, Эберта и Баумана спасать уже бесполезно. Нас либо ждали, либо разведка самым постыдным образом налажала. А может, потому и ждали, что налажала... Когда выберемся отсюда, скажу старику, чтобы устроил парням тотальную проверку на профпригодность. Или как там это у них называется... Чёрт, чёрт, чёрт! - он со злости стукнул кулаком по земле. - Как будто нарочно! "Или и в самом деле нарочно?" Склизкое, противное слово "предательство" едва не соскользнуло с языка Шульца, но он усилием воли заставил себя сжать губы. Предать Комитет? Ради одного шелудивого пса и стаи полоумных нацистских недобитков? Нет, этого не могло быть, потому что не может такого быть никогда. Глупость какая-то. Агентов, выехавших сюда перед ними, Густав хоть и немного, но знал по прошлым операциям. Лизард, Янг... Клейтон... Разве могли они?.. "Если могли, я лично всажу им пулю в лоб. Хотя бы за то, что они позволили этому случиться. Они ответят мне лично за мозги Шпица и ногу Вирта". Стоны впереди усилились. Они наконец доползли. Рядом с воронкой в земле, на залитой кровью прогалине, дёргался в конвульсиях раненый боец, ещё один дрожащими руками пытался перевязать ему рану куском оторванного рукава. Лица обоих были бледными, как полотно. Рядом валялся баллончик спрея, выжатый до капли и смятый. - Вколите ему какое-нибудь обезболивающее, чтобы так не вопил, - бросил Шульц медику, озираясь по сторонам. - Если твари выдвинутся к нам по земле, лучшего ориентира для них и не придумаешь. - Я кое-что слышал о вас и ваших способностях, - заметил Робин, ухмыляясь, - но не думал, что вы такой кровожадный. Хотите череп? Сделаем в лучшем виде. Может, даже оформим в виде кубка или там светильника. Кто там у нас ювелир, а?.. Кажется, Ганс, вы его уже видели. Золотые руки, что у твоего... И тут сидевший рядом с вервольфом мальчик схватился за голову и пронзительно закричал. Все смолкли. Генрих дёрнулся было вскочить, но вервольф жестом остановил его, коротко кивнув ему и Хондао - всё, мол, у меня под контролем. Между тем мальчик утих и смущённо замер, растирая пальцами виски. Лоб его был покрыт мелкими капельками пота, дыхание из груди вырывалось с хрипом. - О, Юстас, надо же! А мы совсем про тебя позабыли, - задушевно, почти приторно обратился к нему вожак. - Не хочешь принять участие в нашей светской беседе? Мальчик молчал, уставившись куда-то себе в колени. - Как там твой братец? - продолжал Робин, опершись на локоть и приблизив морду к лицу Юджина так, что зубастый оскал её отразился в стёклах его очков. - Что от него слышно? Расскажешь нам, что тебя так напугало? - Кошмар... - Я НЕ СЛЫШУ! - рявкнул вервольф, громыхнув кулаком по столу. - Кошмарный сон, герр гауляйтер! - зажмурившись от страха, выкрикнул Юджин. - Простите меня! Там были солдаты, потом крысы, а потом он проснулся и я увидел... - Что ты теперь видишь, душа моя? - оборотень вновь ласково заворковал. - Я... Юджин в какой-то казарме, - тихо проговорил мальчик, очевидно, растерянный этим внезапным переходом. - Там повсюду плакаты, полка с оружием... - Стойка, - машинально поправил Клейтон и тут же умолк, встретившись взглядом с янтарными глазами нелюдя. - Я разве тебя о чём-то спрашивал, гнида? - всё тем же приторным тоном вопросил Робин. - Никак нет, герр гауляйтер, - отчеканил тот, отворачиваясь. - Виноват. - То-то же, - удовлетворённо кивнул вервольф. - Видишь ли, нам с дорогими гостями совершенно плевать, как там правильно называется стойка с оружием. Хоть полка, хоть пень, хоть хулахуп. Когда в следующий раз вздумаешь забыть, кто ты есть и где твоё место, лучше застрелись сразу. Сегодня чтобы я тебя больше не слышал. Сечёшь? Клейтон кивнул, но Робин уже про него позабыл. Он вновь обращался к Юстасу: - Итак, братишка твой в казарме. Отлично. Что за окном? - То же, что и в прошлый раз, герр га... - ОПИШИ МНЕ, ЧТО ЗА ОКНОМ, МАЛЕНЬКИЙ ТЫ ЗАСРАНЕЦ! - пасть Робина распахнулась так широко, что на какой-то неуловимый миг Генриху показалось, будто мальчик вот-вот целиком в ней исчезнет, не успев издать даже писка. - Чёрное небо! - пискнул Юджин, задрожав. - А ещё... ещё стена! На стене плакат, герр гауляйтер! Там написано: "Слава Полуночной Империи! Слава Винсенту Джулиано, фюреру и верховному командору! Слава героям, павшим в борьбе за Чёрный город!" Это всё, что видит Юджин, герр гауляйтер! Клянусь! Оборотень торжествующе расхохотался. - Спасибо, герр маленький крикун. Можешь доедать свою порцию и не дрожать, как осиновый лист. А вы, господа, не взыщите, - он насмешливо склонил голову перед Хондао. - Нашего уважаемого господина Вассера я должен был представить вам раньше. А он взял и сам представился, - он в последний раз хмыкнул и выжидающе уставился на своих сотрапезников.

Евгения: В четырёх с половиной километрах над альпийскими предгорьями, покрытыми тёмным ковром хвойного леса, бортовой компьютер беспилотного грузового дирижабля сверился с программой полёта и начал манёвр, выводя исполинскую трёхсотметровую тушу на новый курс. Искусственный интеллект – простодушный трудяга, не чета самоновейшим кремниевым умникам вроде того, что рулит «Розовой жемчужиной», роскошной воздушной яхтой владелицы консорциума Red Star, – ни на миг не задумывался, по какой причине он должен сойти с привычной трассы Стокгольм – Неаполь и описать петлю над Баварией. Электронщик, внесший в программу надлежащие коррективы, тоже не ломал над ними голову, полагая, что начальству виднее. Впрочем, начальство в лице директора шведского филиала консорциума всего лишь выполняло распоряжение директора Колера, поступившее из Берна. Ну, а о предварившем это распоряжение телефонном звонке председателя Комитета по делам нечеловеческих рас Генриха фон Зонненменьша в Берн знать вообще никому не полагалось. Равно как и о том, что каждый из сотен автоматических дирижаблей с красно-золотым знаком Red Star на борту вдобавок к тысяче тонн груза несёт в своём брюхе целый комплекс наисовременнейшей аппаратуры для подслушивания и подглядывания. Ползающие под облаками пузатые тихоходы выглядели очень дружелюбно, и заподозрить их в коварстве столь изощрённом мог разве что совершенный параноик. Именно такие соглядатаи как нельзя более подходили для нужд Комитета. Камеры летучего корабля без труда заглянули под лесной полог, зафиксировав вжавшиеся в землю человеческие фигурки, вспышку разорвавшейся мины и огоньки выстрелов. Радиолокационная станция отметила резкое нарастание «белого шума» на полицейских частотах. Компьютер вовсе не собирался спешить на помощь спецназовцам и оперативникам Комитета: ему никто не ставил такую задачу, да и в любом случае толку от его помощи было бы чуть, ведь на борту дирижабля не имелось никакого оружия. Так что искусственный интеллект просто зашифровал полученные данные, сжал их, и тщательно сориентированная антенна отправила сигнал длительностью в полторы наносекунды – прямиком в чуткие электронные «уши» оперативного центра КДНР в Копенгагене. Спустя двенадцать минут перемонтированная видеозапись злоключений группы Шульца – озвученная, цветная, в высоком разрешении, - оказалась на «трёхмерке» начальника аналитического отдела. Ещё через три минуты телефон секретной связи в варшавском кабинете председателя фон Зонненменьша разразился тревожными трелями. Воздушный корабль к тому времени уже вернулся на прежний курс. Компьютер прикинул направление и силу ветра, после чего отдал команду добавить оборотов. Нужно было поспешить, чтобы не выбиться из графика. Следующий дирижабль консорциума Red Star, из Марселя в Нижний Новгород, должен был пройти над окрестностями Медвежьего Угла через четыре часа.

Хондао: "А вот ты откуда про Энск знаешь-подумал Страх". А вслух Хондао сказал: -таких людей, герр Робин , нужно пораньше представлять. Он, я так понимаю, экстрасенс у вас ? -и Страх лениво посмотрел на оборотня.

Стренжер: Промах снайпера несказанно обрадовал Волкова. Настолько, насколько вообще можно обрадовать человека в безвыходном положение. Впрочем, вопрос как снайпер мог вести огонь с такой точностью в лесу, где каждая ветка отклоняет его пулю в неизвестное направление, было категорически не понятно. Но ответ как-то не очень хотелось узнавать… Андрей последовал примеру Шульца, опрыскав себя из баллончика. Чуть менее обильно, но не менее добросовестно. - Оставьте это Герр Шульц. Все что нам остаётся, попытаться выжить, все остальное потом! – Бросил медик, подползая к раненному. Первое что Андрей сделал, так это выдал пощечину здоровому бойцу. После чего выдал раненому палочку в зубы и заставил сжать ее. - Хватай его за ноги и тащи к тому дереву! – Андрей указал на довольно большое дерево с громадными корнями рядом. Он помог спецназовцу доставить раненого в это укрытие и уже тут занялся перевязкой. – Держи его крепче! Когда солдат взял раненого на руки, Андрей сначала рассмотрел рану: В целом Вирту несказанно повезло. Мина оторвала ему часть левой ноги, но при этом не задела правую. К тому же, нога была искалечена ниже колена, так что у парня были все шансы снова ходить и даже бегать, с протезом, конечно. Единственной проблемой, была проблема с потерей крови. Даже наложи Андрей на ногу Вирта жгут, это задержало кровопотерю только на время. А это значило, что Вирту придётся или надеяться, что его вытянуть из зоны боевых действий в ближайший час, или два, или медленно истекать кровью. Провернуть сложную операцию и полностью остановить кровопотерю, конечно можно было, но не в таких условиях. К тому же, запас пакетов с кровью у Андрея был весьма ограничен… Если боец останется в зоне боевых действий больше двух часов, он или нежилец или рискует потерять всю левую ногу. Первым делом Волков ввёл бойцу обезболивающее, потом быстро достал из аптечки жгут и перетянул искалеченную ногу. Покрыв рану обеззараживающим спреем, он наложил плотную повязку. Закончив с раненым, Андрей подполз к Шульцу. Он задумался на мгновение. Густаву и без того приходилось нелегко. Информация о том что Вирту скорее всего не пережить эту миссию, или в лучшем случае, остаться без всей левой ноги, могла окончательно подорвать его боевой дух. К тому же места для хирургической операции в это регионе не было, не считаю Медвежий уголок и пещеры. Если верить карте гугл. - Два часа герр Шульц. – Сказал Волков с обычным свои спокойствием. – Через это время мне придется заняться Виртом в серьез, если его только не эвакуируют.

Евгения: - Я всё понимаю, герр председатель, однако вы требуете невозможного, - генерал Мюльбах бессильно развёл руками. – Войскам понадобится как минимум восемь часов, чтобы выдвинуться и блокировать Медвежий Угол. - Через восемь часов все наши люди там уже будут мертвы, - возразил Генрих фон Зонненменьш. - Сожалею, герр председатель, но войдите в моё положение! После гибели Энска и Коалиции Максов германское правительство решило, что в армейских подразделениях постоянной боевой готовности больше нет нужды. Военный бюджет урезан в десять раз, ведь надо же платить пособия турецким эмигрантам, субсидировать зеленую энергетику и поддерживать однополые семьи! - Понятно, - проскрипел фон Зонненменьш. – Благодарю за содействие, герр генерал. Отключив видеосвязь, председатель сгорбился в кресле. Перед его выцветшими до алмазной прозрачности глазами снова и снова прокручивалась запись, сделанная камерами дирижабля. Запись, свидетельствующая о провале операции. Оборотни явно знали о планах Комитета и успели подготовить отряду Шульца тёплый приём. Хорошо ещё, что он не поддался на уговоры заместителя Джонса и не отправил с полицейскими съёмочную группу телеканала GNN. То-то был бы скандал на весь мир – кучка оборотней посадила в кровавую лужу всемогущий Комитет по делам нечеловеческих рас! Человек со стороны, не знающий, из какой высокопрочной стали откована натура Генриха фон Зонненменьша, наверняка предположил бы, что старикан просто задремал среди бела дня, как это случается с очень пожилыми людьми. На самом же деле мозг председателя работал на максимальных оборотах, перебирая варианты действий, хотя длинное костистое лицо оставалось абсолютно неподвижным. Происходи всё это в «трёхмерке», ему бы по канонам жанра полагалось сделать Трудный Моральный Выбор и после тягостных раздумий (минуты примерно на полторы, а то и на две) отдать приказ подвергнуть Медвежий Угол бомбардировке, предпочтительно атомной. Без хэппи-энда, конечно, всё равно не обойдётся: непременные политкорректные герои – человек и нелюдь – в предпоследнюю секунду одолеют вожака оборотней, свяжутся с Комитетом и отменят локальный Армагеддон, по крайней мере, до выхода сиквела. Совсем как в том новом фильме про Красноярский кризис, который они с фройляйн Ефимовской смотрели на прошлой неделе… СТОП. Красноярский кризис. Командир наёмников КДНР и самка оборотня умудрились тогда сорвать заговор Мерзайцева и покончить с агентом Гиперкосмоса, демоном Шальесом. Правда, не без помощи одного из Ренегатов, волшебных созданий, по идейным соображениям бежавших из гиперкосмической бездны на Землю и владеющих разрушительными заклинаниями, но всё же. Рука Генриха фон Зонненменьша потянулась к телефону. Редкая цепь чернокожих воинов высыпала на опушку тропического леса и устремилась вверх по зелёному склону крутого холма, паля на бегу из автоматов. Пыль стояла столбом, разинутые глотки исторгали такое страшное «ура!», что пальмы гнулись, нервные бабочки замертво падали наземь, и дикие попугаи нестройно вторили воинственному кличу хриплыми, словно бы пропитыми голосами. Цель столь яростного штурма представляла собой цветастый зонтик-переросток, в прохладной тени которого стояли два уютных шезлонга, между ними – пластиковый столик, а на нём – большой, вспотевший от жары серебристый ящик. Женщина, сидящая по-турецки на мягких подушках, разглядывала наступающее воинство в могучий бинокль. Редакторы гламурных журналов вряд ли перегрызлись бы за право поместить её лицо на обложку очередного номера, ибо оно решительно не соответствовало канонам кукольной красоты, столь ценимой на подиумах Милана, Парижа и Нью-Йорка. Твёрдое, как бетон парадного плаца, скуластое, с широко расставленными глазами цвета пьяной вишни и упрямым квадратным подбородком, у большинства окружающих это лицо вызывало лишь одно желание – чтобы оно ни при каких обстоятельствах не оказалось по ту сторону наставленного на них ствола. Широкое в кости, тренированное тело без капли жира наводило на мысли скорее о кровавых военных, нежели о страстных постельных баталиях, чему немало способствовали четыре отметины от пуль на плоском мускулистом животе и два длинных белых шрама крест-накрест, особенно заметных на фоне свежего африканского загара. Из-под чёрной банданы выбивались тёмные кудрявые пряди, сетчатая майка цвета хаки больше подчёркивала, чем скрывала небольшую крепкую грудь с острыми розовыми сосками, старые советские камуфляжные штаны были заправлены в начищенные до зеркального блеска берцы. Вадим Бенедиктович Крушайко, номер четыре в неофициальном списке лучших наёмников мира, души не чаял в этой женщине. Как раз сейчас, размазывая по её спине масло для загара, он размышлял о причинах такого неожиданного поворота в своей беспокойной жизни. Вадим давно перестал делать зарубки в памяти, когда на него вешалась очередная подружка, легко сходился с девицами и покидал их без малейших сожалений, а тут вдруг зацепило. Да так серьёзно зацепило, что он уже не раз ловил себя на мысли: может, действительно хватит уже подставлять башку под пули, не мальчик всё-таки, пятый десяток, а всех денег не заработаешь. К тому же не из каждой задницы тебя будет вытаскивать добренький наниматель, как прошлой осенью в Красноярске. Пора уже осесть где-нибудь, хотя бы в том же селе Красном Липецкой губернии, жениться, зажить полным хозяйством на собственной земле… клубнику выращивать, кроликов разводить… ну, разве что иногда соглашаться на какой-нибудь особенно интересный контракт, просто для разнообразия. А что широкая улыбка Анастасии Волковой по прозвищу Гончая заставляет наиболее впечатлительных граждан трястись мелким трясом от вида сахарных клыков и все её юбки и брюки приходится доводить до ума, делая пониже спины прорезь для пушистого хвостика – так у расово чистых людей сплошь и рядом случаются куда более нездоровые странности. По меркам же своих сородичей-оборотней, славящихся вспыльчивостью и буйным нравом, его Стася – просто образец самоконтроля и хладнокровия. Если, конечно, не пытаться шутить с ней глупые шутки. - Руки фу! - Обгореть хочешь? - Там, куда ты свои грабки тянешь, мне точно обгореть не грозит. Так что руки фу. - Не-не-не, надо всё как следует намазать… - Я сейчас кому-то так намажу! – Гончая наконец оторвалась от бинокля и поглядела на Вадима через плечо. – Слушай, ну правда, жарко же. И вообще, я сейчас не в настроении. Потерпи до вечера. - Солнце ещё высо… Договорить Вадим не успел – длинный шершавый язык скользнул по щеке, оставляя влажную дорожку, и медвяный взгляд волчицы обжёг его обещанием горячей ночи, исполненной поистине животных страстей. Трансформация, как всегда, произошла мгновенно: ни тебе жуткого хруста меняющих форму костей и суставов, ни зрелищного разрывания одежды, ни прочих голливудских спецэффектов. Истинные оборотни с хорошей родословной не охотники до дешёвых кунштюков. - Потерпи, - повторила Анастасия, когда её челюсти вновь приняли форму, подходящую для членораздельной речи. – Вон, посмотри лучше, как наши солдатики в атаку бегут. Загляденье! - Совсем ты их загоняла, подруга, - хмыкнул Крушайко. – Это они в который раз нас уже штурмуют, в шестой? Или в седьмой? По такому-то пеклу да с полной выкладкой! - Тяжело в учении – легко в очаге поражения, - наставительно изрекла Стася, поднимаясь на ноги. Бойцы один за другим вползали на вершину холма. С чёрных лиц градом катил пот, выпученные глаза налились кровью, на толстых губах закипала пена. - Мисс Ана… Ана… Анастэйша, - прохрипел на страшном английском капрал, чей красный берет, прежде молодецки заломленный, теперь уныло болтался на ушах, - имею честь доло… доложить: второй взвод есть занять вра… вражеская позиция! - Вольно, - кивнула Анастасия. – Ну что ж, уже лучше. Я бы даже сказала, гораздо лучше. Молодцы! Вот только… Вопль отчаяния вырвался из полусотни глоток. - … «ура» ваше звучало не слишком-то убедительно, - продолжала Гончая, как ни в чём не бывало. – Разве северяне испугаются такого жидкого «ура»? Да ни в жизнь. Противник от вашего "ура" должен навалить полные штаны и удрать из окопов, понятно? Так что давайте всё сначала, и чтобы на этот раз «ура» было какое надо! - Есть, - простонал капрал и побрёл вниз по склону. Анастасия же вновь уставилась в бинокль, наблюдая за эволюциями неожиданно выскочившего из зарослей шестьдесят девятого «газика». - Смотри-ка, к нам Майкл чешет, - удивлённо сообщила она. - И как только его таратайка не развалится? – отозвался Вадим. – На шаманских чарах держится, не иначе. Это же надо суметь ТАК убить машину. Вздымая непроглядную пылищу, скрежеща и завывая, «козёл» взлетел на гребень холма. Лейтенант со сложносочинённым именем, которого наёмники звали просто Майкл, вывалился из автомобиля и завопил: - Мисс Анастэйша, вас срочно вызывать по спутниковый телефон! Из самый Европа! Говорить, это очень-очень важно! Гончая с Вадимом настороженно переглянулись. Многолетний опыт приучил их не доверять таким вот внезапным звонкам – потому, например, что на сигнал телефона вполне могла прилететь парочка недружелюбных ракет. Осторожно, как тикающую бомбу, волчица поднесла к уху древний громоздкий аппарат: - Слушаю… - Анастасия Степановна? - Вы ошиблись номером! – поспешно выпалила Гончая, чувствуя, как невидимая миру шерсть на загривке встаёт дыбом. Этот голос – размеренный, скрипучий, похожий на посвист ветра над застывшей ледяной пустыней – она слышала всего однажды и запомнила на всю оставшуюся жизнь. Его обладатель вручил ей большую красивую медаль и выписал чек на очень солидную сумму, а потом предупредил о необходимости хранить полнейшее молчание обо всём, что случилось в сентябре 2012 года в Сибири. - Не бросайте трубку, Анастасия Степановна. Что за ребячество, право слово. - Нам с вами не о чем говорить, господин фон Зонненменьш, - Гончая заметила, как брови Вадима сперва подскочили вверх, а потом грозно сошлись к переносице. – У меня имеется регистрация и официальный UIC, я не охочусь на людей и вообще никоим образом не нарушаю Закон о Нечеловечестве! - О, в этом я совершенно уверен. Если бы дело обстояло иначе, вы бы уже давно имели дело с нашими дознавателями. - Тогда чем обязана столь высокой чести? - Я… - показалось ли Анастасии или в голосе Генриха фон Зонненменьша действительно прозвучала нотка неуверенности? Да нет, не может этого быть, должно быть, какие-то помехи со связью. – То есть Комитет по делам нечеловеческих рас желает вас нанять. Нужно урегулировать одну проблему с оборотнями. Дело очень срочное. - Меня? Нанять? – оторопела волчица. «Что, опять двадцать пять за рыбу деньги?! – встрепенулся её маленький внутренний волк. – Мало вам было приключений в Красноярске, товарищ Гончая?» - Именно вас, Анастасия Степановна. Вместе с Вадимом Бенедиктовичем. - Господин фон Зонненменьш, - процедила Стася, ощущая, как агрессивно вибрирует её хвостик. – В прошлый раз с подачи вашего Комитета я осталась без руки, а Вадим вообще провалялся три месяца в госпитале. Снова лезть в мясорубку как-то не хочется, спасибо большое. Прощайте, господин председатель, всего вам наилу… - Не торопитесь, Анастасия Степановна, - перебил её старик, - я ведь ещё не назвал сумму, которую Комитет собирается вам предложить. - И сколько же? Председатель сказал, сколько. Маленький внутренний волк изумлённо шлёпнулся на задницу и принялся в полном обалдении чесать лапой за ухом. Хвостик свернулся в пушистую баранку. - Каждому, - невозмутимо добил собеседницу фон Зонненменьш. – Что скажете? - Но у нас контракт с неустойкой до небес… - Забудьте, - отрезал председатель. – Он аннулирован, неустойка будет выплачена в течение сорока восьми часов. - Конечно, за такие деньги мы готовы самосильно переплыть Средиземное море и одолеть Альпы, но это займёт некоторое время, а вы говорили, что дело к спеху… - Вертолёт из Джубы уже в пути. Он доставит вас на американскую военную базу. Там будут ждать самолёты с авианосца «Гарри Трумэн». Подробные инструкции получите в Германии. Желаю удачи, Анастасия Степановна. Кланяйтесь от меня Вадиму Бенедиктовичу! Гончая механически протянула руку к запотевшему ящику, пошарила в нём и достала банку пива. Щёлкнул ключ, раздалось шипение, а затем клокотание пенного напитка, перемежаемое гулкими глотками. Опорожнённая жестянка описала красивую дугу и сгинула в кустах. Только после этого волчица сумела сфокусировать взгляд на лице напарника. - Вадим, - севшим голосом сказала она, - мы, походу, опять отправляемся спасать мир. *НРИ: Это был длинный пост, не правда ли? Засим Евгения Михайловна прощается с вами и передаёт эстафету Анастасии Степановне. Просьба любить и не жаловаться. Она просто душка... если не дёргать её за хвост.*

Берс: -Сколько?- только уточнил Крушайко, уже было готовый вновь наблюдать, как несчастные негры с гордостью русского оружейного дела несутся на амбразуры своими негритянскими рожами, на которые были криво напялены каски. Русского же образца. Уже пару недель как наблюдал. Как только оборотница произнесла сумму вслух, Вадим хмуро уточнил.- Это в секундах или в часах? Сколько времени у меня есть на сбор кокосов.. В смысле, на то, чтобы накидаться здешним пойлом, от которого потом такие вертолеты на утро.. Хотя может не от пойла.. Не знаешь? Кстати, ты верно умолчала, что последние два месяца в госпитале я валялся из-за прыжка с третьего этажа спиной вперед.. Надавить на старика, выжать побольше денег.. Кстати, я удивлен, что господин Зонненменьш позвонил лично. Ай,- махнул он рукой и вздохнул, выкинув в сторону пузырек с маслом для загара. Кажется, угодил в кого-то из охламонов, из которых они с Волковой на пару пытались сделать солдат.- Как обычно.. Такси вызвано на текущее время, ожидайте звонка оператора..- пробормотал Вадим, замечая, что после инцидента в Красноярске стал ворчливым донельзя. Конечно, это была самая колоритная операция из всех, что ему доводилось проводить и самая экспромтовая, если можно так выразиться, но.. И до этого жизнь не была сахаром.. "Может,- рассуждал Крушайко,- я просто расслабился? Рядом со мной вон какое загляденье.. Слона на скаку остановит и хобот ему оторвет.." Так или иначе, пора было собирать манатки и скорым рейсом отправляться до назначенного пункта назначения. Когда назначали подобные суммы за одно задание, сразу представлялся старый добрый фильм про нашествие пришельцев из других миров и.. "И хрена лысого,- оборвал сам себя наемник,- всегда задницей заканчивалось подобное. Я столько за пятнадцать лет наемничества не скопил, а тут за один раз. И ведь стабильно на каждом задании или пулю, или осколок схлопочешь.. Или оборотницу.." Весьма и весьма хмурый наемник поднялся на ноги и играючи взгромоздил себе на плечо самку нелюдя с говорящей за себя фамилией. -Господа офицеры,- по-русски произнес он.- Надеюсь, наши уроки окажутся не бесполезными и ваши солдаты будут с честью сражаться за независимость.. Или за что вы там сражаетесь,- вникать во внутренние проблемы какой-то экваториальной страны Крушайко не желал. От него не вникание в суть проблемы требовалось, а дележка опытом с этими кусками дегтярного мыла в касках.- До новых встреч в будущем,- помахав свободной рукой, он понес "госпожу Анастейшу" в сторону аппартаментов, где оставались небольшие пожитки и пара образцов личного оружия. Чтоб, так сказать, пока других учишь - самому не разучиться. -Слушай,- обращаясь к несомой им женщине... ну, большую часть времени - всё-таки женщине... а, неважно,- как думаешь, когда этим гаврикам можно будет преподавать азы диверсионной деятельности и саботажа? Лет через сорок, я думаю.. Хотя лучше выждать век. Чтоб на верочку. В вертолете трясло. Сразу вспоминалось прошлое. Как он, будучи еще сопливым юнцом, так же трясся в вертолете. Шел 1988 год, страну лихорадило: Афганистан, назревающее напряжение на Кавказе.. Это был первый его бой. Крушайко Вадим Бенедиктович только сдал на берет и в следующий же день их кинули в пекло. Обоссался, но выжил. Тогда многие погибли. Как обычно это бывает, то ли разведка налажала, то ли кто-то в Генеральном Штабе напутал что-то с местом выброса десанта.. Вадим попробовал расслабиться и прикрыл глаза, незаметно для себя приобнимая оборотницу.

Гончая: Слипшаяся от пота прядь светло-русых волос упала Вадиму на лоб и теперь игриво щекотала ухо волчицы. Очень осторожно, чтобы не потревожить дремлющего наёмника, Гончая двумя пальцами водворила её на место. За иллюминаторами накренившегося на левый борт «чёрного ястреба» стелилось лоскутное покрывало Джубы. Столица Южного Судана больше всего походила на большую кучу протухших, покрытых разноцветной плесенью объедков – и смердела точно так же. Даже с высоты птичьего полёта Анастасия чувствовала вонь множества немытых людских тел, испорченной пищи и грязной воды, мочи и дерьма. Единственным островком порядка среди этого зловонного хаоса была аккуратная, как по линейке расчерченная американская авиабаза на окраине – две взлётно-посадочных полосы, вращающиеся решётки локаторов и установки ПВО, уставившие в выцветшее от зноя небо кошачьи зрачки скорострельных лазерных орудий. Ладонь Вадима соскользнула с плеча волчицы на бедро. Она скосила тёмно-вишнёвые глаза на хмурое лицо дремлющего наёмника и чуть заметно улыбнулась. Как и следовало ожидать, последний контракт оказался предпоследним. Дело даже не столько в деньгах, сколько в привычке, которая, как известно, вторая натура: наёмник – это не профессия, а образ жизни. И всё же маленький внутренний волк подсказывал Анастасии, что у Вадима другие планы на будущее, причём планы эти самым непосредственным образом связаны с её персоной. Да и в любом случае сорвать такой куш для солдата удачи – действительно сияющая вершина карьеры, покорив которую, можно до конца дней сладко бездельничать где-нибудь в Сан-Тропе, Майами… или даже в селе Красном Липецкой губернии. Все прежние романы Гончей своей стремительностью напоминали атаку польских уланов в конном строю на германские танки, и толку от них было примерно столько же. О, конечно, мужчины наперебой уверяли, что их вовсе не смущают её клыки, а хвостик – так и вовсе симпатичный, но назначать волчице новое свидание отчего-то не торопились. Был, правда, один латиноамериканец, которого не по-детски вштыривало от секса с оборотницей, причём в обоих видах попеременно. Но этого знойного мачо Анастасия уже сама отшила, не дожидаясь, пока в его явно больную головушку придёт идея поиграть с серебряным ошейником или чем похуже. А вот Вадим… Вадим сразу принял Гончую такой, какая она есть, целиком и полностью. К потаённым аспектам её жизни Крушайко относился с поистине философским спокойствием. В полнолуние женщина обрастает шерстью и убегает из дома, а утром надолго запирается в ванной, смывая с себя кровь невезучих лесных зверушек, - подумаешь, большое дело. Терпеть не может серебряные побрякушки – купим что-нибудь из золота, только и всего. На этикетке её шампуня значится «для длинной шерсти» - ха-ха, некоторые красотки вон мазью для коровьего вымени мажутся да нахваливают. В общем и целом, мужчина мечты, к тому же силён как бык, вынослив как верблюд и неутомим как кролик. Анастасия никогда не верила ни в какого бога, но порой, проснувшись ночью и чувствуя на шее тёплое дыхание Вадима – он любил спать, обняв её сзади, будто телом своим прикрывал от неведомой опасности, - очень тихо говорила «спасибо» миру, в котором, оказывается, есть и такие вот люди. Шасси «чёрного ястреба» коснулись бетона. Широкая дверь отъехала в сторону, и в проёме тут же возникли две фигуры в лётных комбинезонах – одна женская, довольно высокая и тонкая, другая мужская, чуть пониже ростом и заметно шире в талии. - Мисс Вол-ко-ва, мистер Крю-щай-ко? – уточнила женщина, с трудом выговаривая сложные заморские фамилии. – Майор Рамирес, капитан Пирелли, военно-воздушные силы Соединённых Штатов. У нас приказ доставить вас в Германию. Капитан! – тот протянул Вадиму поместительную сумку. – Здесь ваши комбинезоны, - пояснила Рамирес. – Одевайтесь – и добро пожаловать на борт. Нельзя терять ни секунды! Интересно, подал голос маленький внутренний волк, как повели бы себя эти офицеры, узнай они, что за голову их пассажирки правительство Соединённых Штатов ещё в восьмидесятые назначило награду в пятьдесят тысяч долларов? Продолжали бы выполнять приказ, конечно же, ответила Анастасия. Во время оно в Колумбии она от души наигралась с американскими «морскими котиками» в салочки – то сама за ними бегала, а то еле поспевала удирать, - и пришла к выводу, что популярное мнение об американцах как обвешанных гаджетами недисциплинированных трусах и вообще никудышных вояках сильно расходится с реальностью. Заросшие бородами революционные вожди, скрывающиеся в джунглях, внушали своим бойцам, что неженки-гринго не способны воевать без гамбургеров, кока-колы, мягкой туалетной бумаги и ребристых презервативов для анального секса. Это была правда, но не вся правда. Вторая её часть состояла в том, что всё вышеперечисленное у проклятых гринго почему-то никогда не кончалось. Увы, осознание этого простого факта обычно приходило к отважным борцам с империализмом в тот момент, когда небо над их лагерем вспыхивало белым огнём орбитального плазменного удара, так что делать напрашивающиеся грустные выводы было уже некому. Наёмники выбрались из вертолёта в густую жару африканского полудня. Раскалённый воздух над аэродромом дрожал и переливался, как жидкое стекло. - Святые помидоры… - в изумлении протянул Вадим. - Да, - согласилась Анастасия. – Видно, герр фон Зонненменьш не шутил: дело действительно очень срочное. Перед ними, отбрасывая стреловидные тени, сверкала на солнце пара серебристо-голубых остроносых истребителей F-14D.

Берс: -Я тебе не говорил, что ненавижу истребители?- Немного позеленев, уточнил Вадим.- Я тебе врал,- он уже подумывал над тем, чтобы нырнуть обратно в чрево вертолета и еще пару недель погонять в спокойствии и расслабленности, если не сказать, в праздности, гордых воинов Судана.- Нет такого слова, чтобы выразить всю глубину этого чувства..- пробормотал он, зеленея еще больше. Причин для нелюбви самолетов было множество. Одна из них - это невозможность самолично уложить парашют на катапульте. Это невероятно нервировало. Не любил Крушайко, когда от него совсем ничего не зависит. С того же вертолета, в случае чего, возможно было хоть выпрыгнуть.. Плюс еще свежи были в памяти результаты войны во Въетнаме, когда за каждый сбитый "Миг" американцы расплачивались четырьмя "Стеллсами". Это о чем-то да говорило. -Ладно,- вздохнув, изрек он.- Раньше сядем - раньше выйдем,- и принялся переодеваться в летный комбинезон прямо на месте, где стоял. Снял мокрую от пота куртку с майкой, кобуру с пистолетом, выцветшие камуфляжные штаны НАТОвского образца - в русской форме из х\б было бы просто невыносимо находиться при здешнем климате, НАТОвские же берцы.. Здесь требовалось удобство, а не функциональность. И Вадим пользовался столь редким случаем пренебрежения к функционалу взамен удобства. Быстро запрыгнув в спецодежду для полетов, он подпоясался своим ремнем с пистолетом и упаковал в сумку, где находился "Винторез" и сменное нижнее белье с необходимыми мелочами вроде ножа, туалетной бумаги и запасных патронов, снятую только что одежду. Бесстрашный наемник, прошедший через множество сражений с людьми и нелюдями, оказался робок перед полетом, стоит отметить, невероятно быстрым полетом, на надежном американском самолете с профессиональными же американскими военными летчиками. -Стася, если я помру, мои гонорары можешь отдать в фонд защиты бобров-трансвеститов,- напутствовал он и, потея еще больше, направился к самолету, который был поближе. "Успокоиться. Все будет хорошо. Долетим, как у бога за пазухой.. И хрен с ним, что в бога не верю.. Не может же столько людей ошибаться. Что-то в этом мужике на небесах точно есть..." Было ли что-то в том мужике или нет, забираясь в кабину на пассажирское сидение, он краем глаза отметил, как госпожа Волкова, владелица шикарного поместья в селе Красном Липецкой губернии, проходит к своему транспорту уже переодевшись. Благо, что излишних комплексов у оборотницы не было. Разве что рука у нее тяжелая была. Заныли сломанные не так давно ребра. Все же первое свидание у Вадима Крушайко и Анастасии Волковой получилось несколько необычным. Он ждал ее, она неслась к нему на всех парах, он встретил ее огнем из пистолета, она кинулась ему на грудь.. Потом был полет с третьего этажа, где он, как настоящий джентльмен, поставил себя преградой между ней и землей. Во всяком случае, так стоит рассказывать эту историю детям. Надевая шлем, он хмуро посмотрел в сторону второго самолета, замечая, что руки начали предательски дрожать. -Готовы, сэр?- спросил капитан Пирелли у наемника. -А если нет, ты меня на руках до Германии понесешь?- пробубнил он в ответ. Потом, сообразив, что говорит на русском, ответил с нарочито явным русским акцентом.- Летс гоу, коммандер сёр,- и вжался в кресло. Защелкали тумблеры на доске управления, послышался рев реактивных турбин. Первым сорвался самолет, в котором сидела Анастасия. "Щас хлопнется... Щас... Вот щас..." Однако самолет все не падал, лишь удалялся и удалялся.. А потом стало не до наблюдений. Вся сила воли ушла на то, чтобы не орать, как сумасшедший и не высвободить содержимое желудка или кишечника через предназначенный для этого интерфейс. Один из двух. Полет проходил как в бреду. Никакие методики не могли помочь перебороть животный страх полета на самолете. Опытный наемник понимал, что ведет себя, как ребенок, который боится заходить в комнату, думая что под кроватью или в шкафу прячется "Бабай" - универсальный монстр для уничтожения целей младше шести лет вида "человек прямоходящий", обладающий арсеналом из всевозможных орудий для выполнения поставленной задачи. От зубов до щупалец. Единственный способ защиты от монстра класса "Бабай", известный человечеству, был, пожалуй, накрыться с головой полосатым шерстяным одеялом. Однако капитан Пирелли как-то не позаботился снабдить Вадима этим предметом первой необходимости.

Гончая: Пара «Супер Томкэтов» мчалась над облаками, держа курс на север. В десяти тысячах метров под их распластанными крыльями плескались тёплые волны Средиземного моря. Истребители почти в два с половиной раза обгоняли грохот собственных двигателей, который заставлял владельцев шикарных яхт недоумённо возводить глаза к небу в поисках грозовых туч. Дыша через кислородную маску, Анастасия с интересом озирала небосвод. В зеленовато-голубом карамельном небе золотым тающим леденцом вальяжно плыло солнце, а громоздящиеся далеко внизу облака походили на исполинские комки сахарной ваты. Вестибулярный аппарат оборотницы успешно справлялся и с воздушными ямами, и с внезапными манёврами истребителя – оставалось только посасывать конфетку, чтобы не закладывало уши, и внимать непонятным радиопереговорам майора Рамирес с кем-то далёким и невидимым. Военный механизм, запущенный Генрихом фон Зонненменьшем, работал с точностью лучших швейцарских часов. В трёхстах километрах впереди двух F-14D неслась ещё одна пара истребителей, расчищающая для них воздушный коридор до аэропорта Мюнхена, и диспетчеры на земле обливались холодным потом, заставляя пассажирские лайнеры и транспортные самолёты поспешно менять эшелоны. С базы в Турции тяжеловесно взмыл заправщик К-135Q, готовый наполнить топливом стремительно пустеющие баки «Супер Томкэтов». Для подстраховки надо всем Средиземноморьем раскинулся невидимый и непроницаемый купол противовоздушной обороны, поставленный Шестым флотом США и новой российской эскадрой, базирующейся на Кипре. Спустя два часа после взлёта F-14D один за другим зашли на посадку в Мюнхене. - Наш полёт завершён, желаю вам счастливого пути, мисс Волкова, - донеслись до Анастасии по внутренней трансляции слова майора Рамирес. – Вас должны ждать, а мы возвращаемся на авианосец. Не спрашиваю, чьи именно задницы вы там должны надрать, но надеюсь, что это будет сделано очень качественно. Иначе не стоило и огород городить, верно? - Ваша правда, мэм, - кивнула волчица. – Мы постараемся оправдать оказанное нам высокое доверие. - Ну-ну, - хмыкнула Рамирес. Фонарь открылся, и вместе с прохладным весенним ветерком в кабину ворвался торжествующий вопль вцепившегося в долгожданную земную твердь Вадима: «Живо-о-ой!» - Мужчины, - развела руками Гончая, после чего сиганула из кабины прямо на бетон аэродрома. - Рад вас видеть вновь, Анастасия Степановна, приветствую, Вадим Бенедиктович! От припаркованного поперёк взлётно-посадочной полосы чёрного длиннотелого «мерседеса пульмана» к наёмникам вальяжно шествовал человек в тёмно-сером костюме с лиловым галстуком. Лёгкая седина на висках, выбритый до розового сияния подбородок, пристальный взгляд ледяных зелёных глаз – типичный функционер Комитета, хоть сию минуту в трёхмерный блокбастер. Один лишь звук его голоса заставил Вадима сменить горизонтальное положение тела на вертикальное. - Ты?! - А вы ждали кого-то другого? – невозмутимо осведомился мистер Джонс, вице-председатель Комитета по делам нечеловеческих рас. – В таком случае примите мои сожаления. Но, может быть, и я сумею худо-бедно ввести вас в курс дела и ответить на вопросы, господин Крушайко?

Берс: -Конечно, мистер Джонс,- ответил Вадим Бенедиктович Крушайко, элитный убийца, как был он охарактеризован не столь уж давно в славном городе Красноярске, выполняя одно щепетильное задание, основанное на полной импровизации, по одной из телевизионных сводок.- У меня как раз скопилось несколько вопросов,- когда расстояние между мужчинами сократилось до метра, правая рука выстрелила коротким хуком в солнечное сплетение комитетчика, затем наподдала апперкотом в грудь и еще раз в живот.- Это три вопроса, касающиеся моей команды, Красноярска и перспектив стать упырем в случае отказа от задания.. Кажется, красноярский кризис, так назвали..- Мистер Джонс, будучи отставным, как и Вадим, аэсовцем, ответил внезапно. Столь же кратко и так же по делу. Оба человека держались за животы и пытались вздохнуть полной грудью.- Исчерпывающий ответ,- прокряхтел наемник уважительно. -А теперь по тому делу, что вы сюда.. черт..- три удара держащего себя в форме наемника оставляли неизгладимый след на остепенившемся комитетчике. Неизгладимый до слез. Наконец распрямившись, Сэмуэль Джонс продолжил: -В деревне Медвежий Угол не так давно объявился оборотень. Стоит отметить,- вице-председатель по делам нечеловеческих рас покашлял в кулак, пытаясь вернуть себе возможность не сипеть и говорить нормально.- Стоит отметить, что стаю создал он себе довольно быстро.. Из пенсионеров, бывших солдат и офицеров Вермахта. Собственно, отряд местной полиции во главе со служащим Комитета был направлен для задержания стаи и, по возможности, вожака, однако попал в засаду. Число жертв пока неясно, но судя по вспышкам от взрывов.. Предположительно мины или растяжки.. Судя по вспышкам, они, жертвы, есть,- он махнул рукой, указывая, чтобы оборотница и наемник следовали за ним, и направился к машине все тем же вальяжным шагом, периодически кашляя в кулак.- Комитет не желает огласки, поэтому.. -Поэтому снова голой жопой на амбразуры,- пробормотал Вадим, обнимая за талию Анастасию. По чести сказать, он испытывал двойственные чувства от ее непосредственного участия в предстоящей операции по завершению начатого полицейскими. С одной стороны действовать в одиночку ночью в лесу, в котором из-за каждого дерева мог выскочить оборотень - то еще удовольствие. Собрать новую группу из проверенных бойцов Вадим не собрал.. С другой стороны он бы предпочел, чтобы воинственная оборотница сидела дома и ждала. Да. Приятно, оказывается, когда тебя ждут. Приходишь домой пьяным, а тебе сначала увесистым кулаком по башке, как знак того, что любят, а затем и борщ.. Ну и все остальное, более приятное. Вадим вдруг поймал себя на мысли, что не знает, что будет делать, если вдруг Анастасия поймает смертельную дозу серебра и отправится к своим волчьим предкам. Наверно, застрелится. -Задача? Предел дозволенного? Предположительная численность, состав и оснащенность противника?

Гончая: Наблюдая за мужчинами, скрючившимися от боли и жадно глотающими прохладный апрельский воздух, но всё ещё полными желания продолжать обмен зубодробительными любезностями, Анастасия воздела очи горе. Типические, типические альфа-самцы. На уме – сплошной мордобой. В коротких перерывах между случкой и пьянкой. - Так, парни, а ну-ка, брейк! – волчица развела ладони, как рефери на ринге. – И остыньте, пока я вам сама не врезала… обоим, - добавила она, выразительно глянув на Вадима. Рука наёмника легла ей на талию – вроде бы игриво, но оборотница ясно почувствовала, что наёмник использует её в качестве подпорки, дабы не вернуться в горизонтальное положение после трёх хорошо поставленных ударов по корпусу. - …Отвечаю на вопросы в порядке поступления, - кивнул мистер Джонс, устроившись в мягком кресле напротив Крушайко и Гончей, которые расположились на комфортном кожаном диванчике. – Задача? Безусловный приоритет - найти и защитить оставшихся в живых членов нашего отряда. Пределы дозволенного? Коль скоро оборотни первыми недвусмысленно продемонстрировали враждебные намерения, они должны быть уничтожены – все до единого, а не только вожак стаи. Любые ваши шаги с момента подписания контракта подпадают под действие приказа КДНР номер ноль пятьдесят шесть, известного также как «лицензия на убийство» и «отпущение грехов». Иными словами, вы наделяетесь абсолютным иммунитетом от судебного преследования – как в национальных, так и в международных инстанциях – за любые действия, предпринятые во время операции. Численность и состав сил противника? Примерно две дюжины новообращённых вервольфов плюс их предводитель, личность которого установить не удалось. Вооружение? Наша разведка полагала, что речь идёт, в худшем случае, о нескольких охотничьих ружьях. Похоже, она была в корне неправа. У оборотней есть мины, снайперские винтовки, пулемёты – вероятно, всё не новое, может быть, даже времён Второй Мировой, но хранилось бережно и пребывает в полной исправности. Не говоря уже о том, что оборотень сам по себе может считаться летальным оружием, - мистер Джонс покосился на Анастасию. – Ещё вопросы? - Да, - отозвался Вадим. Ему очень хотелось ознакомиться с содержимым мини-бара этой роскошной таратайки, но опыт наёмника подсказывал: собираешься лезть в драку спьяну – не забудь прежде сделать распоряжения насчёт движимого и недвижимого имущества. – Куда мы едем? - На один небольшой частный аэродром в окрестностях Мюнхена, - объяснил мистер Джонс. – Оттуда вас вертолётом доставят к месту проведения операции. Но прежде… - заместитель председателя КДНР протянул наёмникам пару упитанных скоросшивателей, - …необходимо подписать контракт, обязательство о неразглашении и ещё кое-какие бумаги. - Погодите, - Гончая смерила мистера Джонса недоверчивым взглядом. – Погодите-ка, вы что, действительно отправили в логово оборотней взвод спецназа? Полицейского спецназа? Да вы, вообще, каким местом думали – задницей, что ли?! - Это лучшее контртеррористическое подразделение германской полиции! – возмутился заместитель председателя КДНР. - Было, - мрачно обронила Анастасия. - Там, в Медвежьем Углу, всего-навсего два десятка выживших из ума пенсионеров… - …прошедших отличную военную подготовку, имеющих реальный боевой опыт и вдобавок обращённых в вервольфов, - добавила волчица. – Под началом матёрого вожака. При большой куче устаревшего, но вполне способного убивать оружия. И вы всё это как-то упустили из виду, сочиняя свой гениальный план, верно? А когда стало ясно, что план пошёл по… в общем, что дело не выгорело, Комитет позвал нас с Вадимом. Мы разгребём дерьмо, и ваши боссы выскочат из этой истории чистенькими, аки белые лебеди, так? Без обид, мистер Джонс, просто мы, наёмники, предпочитаем дважды обговорить все детали до того, как подпишем контракт. - В целом вы верно уловили суть нашего делового предложения, - невозмутимо кивнул заместитель председателя. – Только забыли упомянуть одну маленькую деталь: за работу Комитет заплатит вам… - …туеву хучу бабла? – усмехнулась Анастасия. – О, вот об этом-то мы как раз прекрасно помним! - Не просто «туеву хучу», как вы изволили выразиться, госпожа Волкова, - возразил мистер Джонс, - а столько, что хватит до конца жизни. Человеческой жизни, разумеется, - уточнил он, вспомнив, что ведёт разговор с существом, разменявшим вторую сотню лет. – И при разумных запросах. - О да, с таким богатством все собачьи консервы и резиновые мячики в Липецкой губернии будут мои, - Анастасия подмахнула бумаги, протянула скоросшиватель комитетчику и повернулась к Вадиму: - Давай подписывай, напарник. Сказочные деньжищи, грязная работа, чёртова полная секретность, а главное – превосходные шансы на медленную и мучительную смерть. Прямо не контракт, а влажная мечта наёмника, чего тут ещё думать-то!

Берс: Вадим читал по диагонали, перелистывая листок за листком. Что-то определенно должно было поменяться в условиях. Он намеренно искал пункт "в случае невыполнения". -Мистер Джонс, или как тут принято говорить, хер Джонс, если человеку дать канистру бензина и спичку, ему будет тепло до утра, а вот если человека облить бензином и поджечь, то ему будет тепло до конца жизни. Я это к тому, что у меня есть подозрения, что Комитет решил сэкономить деньги и убить двух выстрелов зайцем,- уткнувшись взглядом в мелкий текст пробормотал наемник.- А где же пункт "в случае невыполнения"?- наконец-то завершив беглый осмотр документа, Крушайко упер стержень авторучки в бумагу чуть правее места, где русскими по белому буквами значилось слово "подпись". -Все очень просто. В случае невыполнения задачи,- ответил комитетчик бодро,- вряд ли от вас что-то останется. После плазменного-то удара. -Меня все устраивает. Всегда мечтал быть кремированным по факту смерти. Только соберите мой прах, мистер Джонс, и развейте его над Енисеем. Произнеся это с абсолютно серьезным видом, Вадим вздохнул. Группа, что была собрана лично им, легла в Красноярске. А сейчас бы они очень даже были кстати. Очень. -Ты забыла кой-чего, Настенька,- нахмурившись произнес он и повернул лицо к фройляйн Волковой.- Сухой корм и шампунь для лап. А я куплю себе балалайку, шапку ушанку, одноколесный велосипед и шкуру медведя. Рашшн мен.. Итак, лично мне понадобится АШ-12 с набором экспансивного серебра, водяной пистолет с нитратом серебра, бронежилет с полукирасой и горжетом.. Ну и не откажусь от кольта 911м. А так же от визора, хорошего ножа, пары бутылок виски и теплой постельки..- подвел он итог, крепче обнимая оборотницу.- А, ну еще десятка два резиновых мячиков, вдруг пенсионерам поиграть захочется.. Он скосил взгляд на Анастасию и кивнул, мол, чего ты об этом всем думаешь? Если серьезно. Сам же он соединил большой и указательный палец, образовывая кольцо. Что-то вроде жеста "оукей", только в русском менталитете это обозначало глубокую беспросветную задницу.

Гончая: Волчица вдела в колечко указательный палец и выразительно подвигала им туда-сюда, придав тем самым композиции смысловую завершённость. - Сегодня кто-то кого-то определённо поимеет, - прокомментировала она свои действия. – И раз уж это неизбежно, как крах капитализма, то я предпочитаю, чтобы мы – их, а не они – нас. - Очень образно и доходчиво, госпожа Волкова, - кивнул мистер Джонс. – Герр фон Зонненменьш занимает в точности такую же позицию – хотя, конечно, он сформулировал её менее, гм… прямолинейно. - А мы, оборотни, вообще прямые, как шпалы, - заверила комитетчика Анастасия. – За казуистикой всякой и красивостями стиля на сложных щах – это к кому-нибудь другому. У нас всё по-простому: ам! – могучие волчьи челюсти выразительно щёлкнули в сантиметре от лица мистера Джонса, - и весь разговор. - Я непременно это учту, - кивнул заместитель председателя. – Господин Крушайко, Комитет, разумеется, обеспечит вас всем, что вы перечислили, хотя с выпивкой и мягкой постелью придётся повременить до конца операции. Более того, особым распоряжением герра фон Зонненменьша вам предоставлен временный доступ к экспериментальным образцам оружия КДНР. - О! – оживилась волчица. А я всё гадала, когда же дойдёт до дела, - она с нежностью глянула на пару объемистых чемоданов из серебристого металла, покоящихся на сидении по правую руку от мистера Джонса. Один из них украшал жёлто-чёрный трилистник радиационной опасности, другой – выполненный в той же умиротворяющей цветовой гамме когтистый знак биологической угрозы. Хвостик, почувствовав перемену в настроении владелицы, встрепенулся и завилял. – Что там у вас? Надеюсь, не отравленная помада? Не то чтобы мне слабо зацеловать оборотня до смерти, просто Вадим Бенедиктович будет возражать, да и неохота потом целый день плеваться шерстью… - Полагаю, госпожа Волкова, вы останетесь довольны, - мистер Джонс щёлкнул замками первого контейнера. Тот отозвался голливудским шипением пневматики, мигнул зелёными индикаторами, и под медленно откинувшейся крышкой на сером поролоне тускло блеснул… Ну, с формальной точки зрения эту штуку, наверно, можно было назвать пистолетом. По сути же она представляла собой воплощённый в металле плод любви шизомилитаризма и гигантомании. - Знакомьтесь, Анастасия Степановна: «Волкодав»! – торжественно объявил мистер Джонс. – Собран по трофейным чертежам старой Коалиции Максов, предназначен исключительно для использования нелюдями. Калибр – двадцать миллиметров, масса – пятнадцать килограммов. Прицельная дальность стрельбы – полтора километра, максимальная – три с половиной. - А патроны? – спросила волчица. - Трёх видов – с разрывной серебряной пулей, шоковые с вампирской слюной и зажигательные. Магазин на двенадцать патронов. Набедренная кобура прилагается. Вадим посмотрел оборотнице в глаза. Там крутился колесом и визжал от восторга маленький внутренний волк. Одним коротким движением Анастасия завладела чудо-пистолетом. Длинная рубчатая рукоять удобно легла в ладонь, набитый разрывными пулями магазин с сочным щелчком встал на место. - Вот это я понимаю, - произнесла она, ласково, почти эротично поглаживая длинный ствол «Волкодава». – Размер всё-таки имеет значение. Да мои лохматые братья просто полопаются… от зависти! - Вадим Бенедиктович, не огорчайтесь, для вас тоже есть подарок, - мистер Джонс открыл второй контейнер, размерами заметно превосходящий первый. - И что это за хреновина? – после затянувшейся паузы осторожно поинтересовался Крушайко. - Плазменная пушка «Ураган», - с гордостью сообщил комитетчик. – В сущности, это зенитное орудие, их устанавливают на спутники для защиты от метеоритов и космического мусора. Облегчённая модель, адаптирована для стрельбы с рук. - С рук?! Да в этой бандуре на вид пуда три! - Зато площадь накрытия – четыре квадратных метра, - возразил мистер Джонс. – И всё живое в пределах этой площади гарантированно становится мёртвым. Может стрелять одиночными зарядами, короткими очередями или вести непрерывный огонь – в последнем случае полной батареи хватает на тридцать секунд. Шесть сменных батарей в комплекте. Неплохо, правда?

Nail Buster: - Экстрасенс?.. - переспросил Робин с наигранной задумчивостью и поковырялся в зубах вилкой, после чего обернулся к мальчику. - Эй, метр с кепкой в прыжке, ты ведь у нас экстрасенс? Тот не издал ни звука в ответ, ограничившись лишь опасливым кивком. Оборотень усмехнулся: - Да, герр Хондао, есть в этом парнишке и впрямь кое-что необычное. И в братце его Юджине тоже - в том, что пропал вместе с Энском. Экстрасенсы там или не экстрасенсы, а друг друга они чуят за километр. За сотню, тысячу километров... - он сделал паузу, чтобы отправить в пасть ещё одну порцию мяса. - Да что там, им даже енти ваши внепространства с гиперкосмосами не помеха. Слышали ведь, как он сейчас излагал? Мальцы связаны крепко-накрепко, и никакой Исход не может эту связь разорвать. - Хотите сказать, - прищурился швейцарец, - что этот ваш Юджин может видеть то же, что и Юстас? - Именно это я и хочу сказать, - вервольф улыбнулся во все свои бессчётные зубы, между которыми застряли куски плохо прожёванной кабанины. Он торжествовал. - Больше того - Юстас тоже видит глазами Юджина, так что оставшийся в Энске малец очень даже может быть в курсе нашей застольной беседы. Кстати, Клейтон, ты бы увёл наше сокровище отсюда да скрылся сам, у нас тут с этими двумя взрослыми дядями будут сейчас взрослые тёрки. Познакомить мы их познакомили, пора и честь знать. - Как прикажете, герр гауляйтер, - козырнул спецназовец. Взяв юного Вассера за руку - от взгляда Страха не укрылось, насколько бережно - он вывел его из-за стола и скрылся с ним в дверях зала. Оборотень проводил их взглядом и, когда дверь за ними со скрипом закрылась, одним глотком осушил свою кружку. - Впечатляет, не правда ли? - довольно расхохотался он, переводя взгляд с одного гостя на другого. Генрих тихонько кашлянул: - Я ведь не ошибусь, если предположу, что Юстас Вассер как-то связан с нашим визитом, герр Робин? - Соображаете! - весело рыкнул тот. - Я, помнится, обещал рассказать о товаре. О том, что ваш фюрер получит в обмен на Дрезден. Вот он, мой товар, живоё и тёпленький - мощнейший передатчик, способный преодолевать бездны миров, и при этом не жрёт почти никакой такой особой энергии. Знай себе корми, пои, показывай разные мультики да лови в нужный момент его экстрасенсорные приходы. Я ведь не ошибусь, - проговорил он в тон Генриху, задушевно склонившись к нему через стол, - если предположу, что у вас такого передатчика нет? Или, скажем, что у вас вообще никаких передатчиков не имеется? И как ваше Командование в таком случае держит без них связь с Землёй нашей матушкой? Каждый раз посылает туда-обратно почтовых голубков вроде вас? Гонцов, как в средние века... В таком случае мой мальчуган видится мне крайне своевременным для вас подарком судьбы. Не так ли? - он перевёл взгляд на Зу Ронга. Командир только кивнул - он был занят тем, что вслушивался в угнетающе-монотонное шипение рации. Устройство, похоже, окончательно превратилось в бесполезный кусок металла и пластика, Густава так и подмывало со всей силы шваркнуть его о ближайший ствол. Сделай он это, впрочем, он во мгновение ока потерял бы в глазах Андрея даже те остатки авторитета, что сохранились у него до сих пор. "Хотя какого чёрта? - подумал оперативник, скрипнув зубами. - Разве вся эта иерархия, все эти звания теперь значат хоть что-то? Ты никогда не был важной шишкой, Шульц. Стрелком родился, стрелком пришёл в Комитет, стрелком помрёшь. Только бы не здесь... Сдохнув, не попрощавшись с Надеждой, будет чертовски невежливо с моей стороны." Рыжеволосая предводительница Особого отдела рассказывала ему одной невыразимо прекрасной ночью, что имя "Надежда" можно перевести на немецкий как "Der Hoffnung". Так что прощаться с надеждой Густаву было ну никак нельзя - ни в том, ни в другом смысле. В конце концов, его отряд был ещё цел! Они могут восстановить связь, могут придумать что-то ещё! Они могут... Взрыв грянул к северу от поляны, а затем, спустя мгновение, ещё один - к югу. Сквозь плотную зелёную завесу можно было явственно различить пламя и дым. В ушах у Густава зазвенело от близкого грохота, поэтому крики раненых он услышал не сразу. Как и третий взрыв, и четвёртый... Лес вокруг них превратился в огненный ад. - Mein Gott, - только и смог проговорить Шульц. Тихо-тихо, одними губами. Казалось, ещё секунда-другая, и он окончательно лишится самообладания. Закрыв глаза, он решил было сосчитать до десяти, но, дойдя до трёх, понял, что тратит непозволительно много времени на неуместные внутренние разборки с собственным эго. - Андрей, - Густав открыл глаза и взглянул на Волкова. - Из вас лучший медик, чем из меня командир. Ползите на север, проверьте, есть ли там кто живой, и окажите раненым помощь. Передайте приказ отступать к лагерю немедленно. Операция провалилась, и кто-то за этот провал непременно ответит. "Я даже знаю, кто ответит. Оперативный сотрудник Лиза Лизард, - всплывали у него в памяти одна за другой строчки из досье. - Специалист по взрывному делу. Оперативный сотрудник Су Янг. Высококлассный снайпер. Оперативный сотрудник Макс Клейтон. Разведработа под прикрытием, внедрение во вражеские группы... Отправлены для подготовки зачистки Медвежьего Угла. По получении Берлином итогового отчёта отозваны в расположение штаба. Эх, старикан-старикан... Проверь ты, доехали ли они вообще до этого самого штаба, всё могло бы сложиться иначе..."

Хондао: Хондао усмехнулся. Робин играл по крупному. Да и командование наверное что-то знало об этих братцах, если прислало сюда его. Да и вправду этот пацан мог бы быть отличным передатчиком, и не надо было ходить в этот опасный , безумный мир жалких людишек. мир , который много отнимает и почти ничего не даёт,мир свихнувшийся на ненависти , безвкусной попсе , тупой жадности, обжирании геномодифицированными продуктами, мир от которого просто тошнит. Пусть немецкий оборотень получает свой Дрезден -право за такое приобретение не жаль и старого немецкого города. -Вы совершенно правы герр Робин-заметил Хондао,- вы делаете нам очень большую услугу. Герр Джулиано несомнено оценит ваши старания. Город за такого мальчишку-псайкера? Возможно это равноценный обмен. То есть вы признаёте Коалицию и герра Джулиано своими союзниками, как я понял , или есть ещё нюансы?

Стренжер: На протяжении сотен лет основные правила ведения сражений никогда не менялись. Сковать передвижение врага. Нарушить связь между и внутри подразделений. Сбить с толку командующих. Разбить врага на мелкие группки, окружить и уничтожить. Все так гениально просто. Андрей кивнул Густаву. - Хорошо. Только постарайтесь остаться в живых герр Шульц. Я рассчитываю на то, что вы угостите меня пивом. – Волков улыбнулся и хлопнул командира по плечу. Он хотел подбодрить Шульца. А может и себя заодно. Чем безнадежней ситуация, тем больше нужно веры чтобы выжить. Действительно, ведь все можно легко закончить. Вот пистолет, приставь к виску и спусти курок. Бум. Все и закончится. Такой простой способ несведущий ни к чему. - Мы выживем. – Просто утверждение. Осталось только воплотить его в жизнь. Сжав рукоятку пистолета Волков, пополз по направлению к северу. Он догадывался, что там увидит. Знал, что возможно ему придется сделать сложный выбор. В конце концов, это его работа. Спасать тех, кого можно спасти. «Простая работенка Волков. Ты нужен просто ради подстраховки Волков. Тебе даже пушка не понадобится! Да, я уверен Волков. Ты мне что, не доверяешь Волков? Да как ты можешь?! Мы же столько лет знакомы… Вернусь, лично придушу гада. Нужно было брать автомат»



полная версия страницы