Форум » Бесконечная Война » Скованные одной цепью » Ответить

Скованные одной цепью

Nail Buster: Время действия: апрель 2013 года Место действия: глухая германская деревушка Медвежий Угол Действующие лица: Андрей Волков, Хондао Зу Ронг, Гончая, Вадим Крушайко Сюжет: Добро пожаловать в Медвежий Угол - крошечный немецкий посёлок, не нанесённый ни на одну из карт. Он совсем не похож на те новенькие провинциальные городки, вылизанные до блеска и кажущиеся пластмассовыми - нет, каждый камень дышит здесь стариной первозданной, нетронутой обеими мировыми войнами, и такие же древние здесь живут люди - ну откуда, скажите на милость, в такой глуши взяться молодёжи?.. Деревушка медленно, но верно умирала, и неудивительно, что селяне в один прекрасный день решились заключить сделку с дьяволом - точнее, с пришлым вервольфом, жаждущим обзавестись своей маленькой стаей. Соседние деревушки и фермы стали медленно, но верно пустеть. Кому понравится, когда кровожадные твари крадут лунной ночью твой скот, пугают прохожих, с рёвом гоняются за машинами и оглашают окрестности леденящим кровь воем? О человеческих жертвах пока не сообщалось - очевидно, оборотни довольствовались козами и телятами, а также дичью, коей изобиловали окрестные леса - и тем не менее, обстановка вокруг Медвежьего Угла стремительно накалялась. Полиция предпочитала до поры до времени не вмешиваться в ситуацию, но в конце концов связалась со всесильным Комитетом и запросила помощи специалистов. Теперь в десяти километрах от деревни разбил лагерь вооружённый отряд, возглавляемый Густавом Шульцем. К отряду также приписан молодой полевой медик Андрей Волков. В то же самое время по просёлочной дороге через лес проезжает известный в узких кругах Страх, торговец оружием, связанный со зловещей Коалицией Максов до её таинственного исчезновения вместе с городом Энском. Несколько дней назад с ним связался вожак вервольфов, заявив, что у него есть предложение для фюрера КМ, от которого тот не сможет отказаться. И пусть официально ни Коалиции Максов, ни города Энска больше не существует, Хондао едет в Медвежий Угол. Хотя бы для того, чтобы узнать, как много знает этот оборотень.

Ответов - 85, стр: 1 2 3 4 5 All

Берс: -А не проще было тогда обычный гранатомет взять? С барабанным магазином? Он и полегче будет и..- Вадим махнул рукой, мол, все бы вам в космические войны играть да от космического же мусора защищаться.- Эту гадину,- он кивнул на здоровенную пушку,- вообще на грузовике необходимо перемещать, а не на собственном горбу. Кому ж понравится, когда вместо обычного огнестрельного автомата, который если пять кило весит, то многовато, дают плазменную мамолыгу, в которой как в мешке с картошкой веса. И отдача.. Тут становилось жутковато. и не разделял он щенячьего восторга Анастасии от вида новой пушки. Раз уж за дело такие деньги обещаны, как бы не оказалось что-нибудь из такого же у противоположной стороны. -Веселье голимое.. Прицел на эту хренотеку прилагается?- он уже прикидывал, имеется ли тут планка Пикатинни, чтоб приделать туда сошки, когда заметил эти самые сошки уже прикрученными к цевью. Заметив утвердительный кивок, русский наемник международного класса нахмурился еще больше - это ж какая демаскировка была-то с такой стрельбой? Один раз жахнул и ночью тебя увидели еще в трех соседних государствах.- План местности есть? Не помешал бы. Очень даже. Желательно не только в виде электронной карты, но и вполне себе бумажной,- электронная карта была прекрасна тем, что ее веса почти не ощущалось, кроме как на носителе в виде лэп-топа, можно было масштабировать, не нужно было париться с пометками и развертывании, она не промокала.. Однако одно повреждение носителя - и нету больше карты. А плутать в таком случае по лесу, полному оборотней как-то не хотелось.- И да, раз уж вы приняли решение уничтожать оборотней, чем так плохи ракетные комплексы и, соответственно, хороши мы? Насколько мне известно, один удар дешевле означенной суммы.. И не давая собеседнику ответить принялся отвечать сам. -Потому что мы можем и не прийти с задания, изрядно сократив численность противника. Потому что плазменный удар заметят сразу. А утечки информации в массы допускать невозможно. Потому что необходимо щегольнуть, мол, вот каких мы ребят вам на помощь, полицейский спецназ, высылаем. гордитесь тем, что на нас работаете. Вдвоем два десятка вервульфов.. Легче легкого. После перелета у Крушайко настроение было, мягко сказать, ни к черту. -Карта, электронный прицел с возможностью переключения на ночное и термовидение. Обычный оптический прицел с антибликовым покрытием. И экзоскелет, если есть в наличии, с этой хренью я не дойду и до середины пути, а идти, я подозреваю, неблизко.

Гончая: Мистер Джонс смерил Вадима Крушайко долгим взглядом. - В трёхмерках наёмники обычно имеют более бодрый и менее въедливый нрав… - В трёхмерках наёмники обычно служат расходным материалом, - возразила Анастасия, поигрывая «Волкодавом». – Превращаться в каковой и помогать вашей бухгалтерии навести экономию в наших планах вовсе не значится, господин заместитель председателя. - Рассматривай мы вас в этом качестве, госпожа Волкова, не стали бы тратить деньги, за которые можно нанять пару-другую ЧВК в полном составе, - огрызнулся мистер Джонс. – Не говоря уже об экспериментальном оружии… И вы, Вадим Бенедиктович, напрасно считаете нас идиотами. Разумеется, мы заранее обо всём позаботились – вы получите и подробные карты местности, и экзоскелет. «Ящер», кстати, российская разработка. Простой и надёжный, как вы любите. - Если бы всё было, как я люблю, только бы вы меня и видели, - пробубнил Крушайко. – Но тут кто-то так рвётся в бой, аж из трусов выпрыгивает, а не в моих правилах отказывать женщине… - Джентельмен! – Гончая смачно чмокнула Вадима в щёку. – Да ладно тебе нагнетать атмосферу, смотри на вещи проще. Всё как всегда – мы или они, и как по мне, так уж лучше мы. Меньше пессимизма, напарник! Чтобы мы с тобой да не раскатали в блин два десятка гитлеровских недобитышей? Тем более с такими-то игрушками? В Красноярске было круче! - Ну да, рёбра пока целы, и пулю в живот я ещё не получил, - мрачно кивнул наёмник. – Но, чувствую, с твоим-то оптимизмом – это только вопрос времени. - Ерунда, - отмахнулась Стася. – До самой смерти ничего не будет. А там уже всё равно не будет нас, и какая разница? Она откашлялась и промурлыкала низким, грудным голосом: Год уже не сорок первый – Мы дадим ответ конкретный: На немецкую гармошку – Наш советский контрабас… Вадим, ухмыльнувшись, подхватил: Мы устроим фрицам шорох: Зацепились за пригорок, Нас отсюда не подвинуть И не выковырнуть нас! - Вот такой настрой мне нравится гораздо больше, - одобрил мистер Джонс. - Ай, да сидите там на заднице ровно, господин Второй Фронт, - отмахнулась Гончая. – Ваше дело – тушёнку подвозить и Дрезден бомбить, понятно? И наёмники дуэтом затянули: Это вам не Подмосковье, Где мы истекали кровью: Нынче ИС стоит горою, Да и Ганс уже не тот. Робко жмутся у низины Три немецкие машины. Вот один нашёлся смелый: Подставляет правый борт. Выстрел! – снова попаданье. Быть наводчику с медалью! Мы в ответ словили плюху – Слава Богу, рикошет; Мы тебя, «Иосиф Сталин», После боя подлатаем, А пока держись, родимый, Здесь для нас замены нет! Подошли «тридцатьчетвёрки», Щас пойдут другие тёрки: Там совсем другая скорость, Мы прикроем их огнём, И для полноты картины На броню своей машины Пару звёздочек красивых После боя нанесём! Последний куплет они допевали, уже забираясь в вертолёт. НРИ: Думаю, на этом эпизоде нам с вами, господин Берс, следует притормозить и дать другим игрокам возможность довести дело до полного капута, чтобы потом драматически появиться в самый острый момент.

Nail Buster: - Союзниками и верными вассалами, - Робин склонил голову и тихо рассмеялся. - Я и моя стая всецело вверяем себя в руки мудрого и прозорливого фюрера - если потребуется, принесём присягу и поучаствуем в какой-нибудь ещё торжественной ерунде... но это не значит, что малец уедет отсюда с вами, - кривые зубы вновь показались из-под приподнятых губ. - О нет, Юстас останется здесь, в Медвежьем Углу, пока мир не окажется в вашей власти, а Дрезден - в нашей. Мы будем, что называется, вашей телеграфной службой - возьмём на себя все труды по уходу за бедняжкой Юстасом и будем передавать вашим парням всё, что он видит и слышит. По мне, сделка честнее некуда, а, живчики? - Нет, - покачал головой Генрих. - Не честнее. Вы просите слишком много, герр Робин... - А мне кажется, я прошу более чем достаточно! - рявкнул вервольф и треснул кулаком по столу так, что тот встал на дыбы и едва не покалечил сидящих за ним. Посуда загрохотала по полу. - Целый город в обмен на мальца, говорите вы? А где гарантии, что я получу этот город вообще, а? Я вам кое-что скажу, господа хорошие, - он нагнулся вперёд и ткнул себя пальцем в грудь - прямо в уродливый шрам от серебряной пули. - Если бы не ваш герр Джулиано, я бы не получил эти милые отметины. Это из-за него мне пришлось покинуть Энск, из-за него моя стая оказалась вся перебита, из-за него я оказался на том перекрёстке разбойником, грабителем без чести и достоинства, с бандой из жалких двуногих... Я знаю вашего командора. Знаю, что ради своей благородной цели, ради своей революции, своей Империи он пойдёт на всё, на самую распоследнюю низость, особенно если речь идёт о таких, как я. О тех, кого он когда-то лишил права владеть городом вместе с ним. - Позвольте... - Нет, не позволю, - прорычал Робин. - Я могу помочь своей стае и поделиться кое-чем, что знает парень. А могу сделать всё, чтобы герру фюреру там, в Энске, крупно не поздоровилось. А знаете, как я могу это сделать? Да просто-напросто другой малец, Юджин, сейчас находится в лапах Армии Света! - вожак осклабился в такой страшной улыбке, что гости невольно сглотнули. - Он знает всё, что знают "светлячки". А Юстаса я могу передать этому чёртову Комитету - надо же будет чем-то выкупать свою жизнь, если "светлячки" всё накроют раньше времени, верно? Если, конечно, его братишка из Энска не попадёт за то время к правильным людям... то есть, конечно же, к нелюдям, хе-хе... Всё уяснили, живчики? - Вполне, - сухо ответил швейцарец. - Ну и чудненько, - вервольф поднялся со своего трона. - Если желаете отдохнуть с дороги пару-тройку часов, Клейтон покажет вам свободные койки. Пусть до Энска долетит слава о гостеприимстве Медвежьего Угла! * * * Медик полз, а над головой у него горел лес. Утренняя влага не позволяла пожару как следует заняться, но нижние ветви деревьев, опалённые близкими взрывами, трескуче глодало ленивое, едва-едва тлеющее пламя. Густая трава была выжжена дочерна вокруг чёрных же, уродливых рытвин, оставшихся там, где сработали мины. Возле одной из таких рытвин, корчась в предсмертных судорогах, лежали два обезображенных тела. Им было уже ничем не помочь. Немногим лучше обстояло дело у другой рытвины. Двое забрызганных кровью и грязью "спецов" сгрудились вокруг рации, безуспешно пытаясь её оживить. Со стороны это было похоже на ритуал, совершаемый дикарями над соломенным идолом в надежде, что тот неожиданнт заговорит. Судя по тому, какое отчаяние сквозило во взглядах мужчин, долгожданному появлению сигнала они удивились бы не меньше тех дикарей. Весть о том, что командир жив, они восприняли с ликованием, а приказ о немедленном отступлении привёл их и вовсе в неописуемый восторг. - Герр Шульц знает, когда надо дать дёру! - одобрительно кивал первый. - И правильно, нечего нам тут подыхать почём зря, - хмурился второй, почёсывая грубую чёрную щетину. - Хотя, по мне, сюда бы вернуться с танками и всё это треклятое село по грязи раскатать. Ишь мы какие политкорректные сделались - права нелюдей соблюдаем, понимаешь ли, нормальные стволы на станнеры эти дурацкие поменяли... А о наших правах кто подумает? О человеческих-то? Мы, может, из всего отряда вчетвером только и выжили. К такому меня в Берлине не готовили. - Зато теперь мы подготовленные по самое не могу, - первый, хмыкнув, закурил, после чего обернулся к Андрею. - Вы ползите, ползите дальше, герр Волкофф, мы приказ поняли и выдвигаемся. Кого встретим живых, тем передадим. Кажется, на два часа справа отсюда я слышал чьи-то стоны. Если ребятам не оторвало ноги, они имеют неплохой шанс их отсюда унести. Когда медик скрылся в кустах, "спецы" быстро и осторожно, пригибаясь к самой траве, направились к лагерю. - Танками нельзя, - после недолгого молчания рассудил первый. - Вдруг у них и фаустпатроны со времён войны сохранились? - Или мины противотанковые... - кивнул второй. - А ведь и верно. К противопехотным же минам они как-то радиоуправляемые взрыватели присобачить ухитрились? Ухитрились. Небось, к следующему разу у них и фаусты с ядерными фугасами будут. Нет, гасить их надо с воздуха. Крылатыми ракетами. Или артиллерией, как тот, другой комитетчик... В газете читал про него, только вот имени в упор не вспомню. - А про спецотряды ихние слышал? - Первый пожевал сигарету. - Там, говорят, сплошь нелюди служат. Да ещё какие! Пафосные, могучие, типа супергероев из комиксов. Эх, сюда бы такой спецотряд... Будь с нами хоть один такой парень, мы бы сейчас уже в деревне победу праздновали. Волчар вязали и вожака допрашивали. А может, он и один бы справился. - Байки всё это, твои спецотряды, - веско отрезал второй. - Жёлтая пресса. - А твои ядерные фугасы? - возмутился первый. - Нет уж, я лучше буду верить, что против стаи оборотней-нацистов с ядерными фугасами выйду в компании крутого супергероя, чем... Блеск жёлтых глаз в траве они заметили лишь в последний момент. Когда серая тень метнулась на них, когда длинные острые клыки сомкнулись на лице первого, а когтистые пальцы сокрушили горло второго. Недокуренная сигарета упала под ноги, автомат дал последнюю очередь в никуда.

Стренжер: «Лучше бы помогли…» - подумал Волков, уползая от двух спецназовцев. Вот только какая была бы от них помощь? Да они напуганы так, словно бы это их первый бой. Наверняка… Короткая очередь. Андрей остановился. Сигнал? Нет, слишком демаскирующее. Это как крик «я здесь съешьте меня». Он обернулся. Из-за чертовых деревьев определить, где именно стреляли, было невозможно. Волков помрачнел. Очередью на три патрона оборотня не снимешь. Уж что-что, а это Андрей знал. К этому добавим отсутствие криков и других выстрелов. Не стоит быть гением, чтобы понять простую истину…. «Минус двое» - Тяжело вздохнув, подумал Андрей. Он сел у дерева и прислушался. Благодаря спрею оборотень не найдет его по запаху. В этом плане они в похожих условиях. К тому же пистолет тут явно не поможет. Разве что в голову попасть или в ноги оборотня. Да только дистанция прицельного выстрела и прыжка оборотня в этой ситуации практически равны. Потому Волков спрятал пистолет в кобуру. Только мешаться будет. Сняв с плеча станнер, Андрей осмотрел его. Если он хотя бы в половину такой мощный, каким его расписывал Шульц, то от него таки будет польза. Волков достал из сапога боевой нож с посеребрённым лезвием. Станнер же был включен на полную мощность. Андрей надеялся, что такой выстрел хотя бы собьет с толку вервольфа. Если же нет… ну что же никто не бессмертен. Поднявшись на ноги, Андрей, пригнувшись, пошел. Спасать мертвецов не было смысла. Оборотень вряд ли настолько туп, что решил перекусить прямо на поле боя. Значит нужно было поспешить к раненным. Осторожно ступая, и стараясь не шуметь, Андрей внимательно осматривал окрестности. Время от времени бросая взгляды вверх. Было бы неприятно, если бы оборотень спрыгнул на него сверху. Отбиться от тушки весом в полтора центнера, если не больше, проблематично. Особенно когда на ее стороне закон всемирного тяготения.

Хондао: "Вот ты как" -подумал Хондао. Кандидат в повелители Дрездена видимо с самого начала подготовил всё это-что бы огорошить ответом в самый последний момент.Если бы Робин на него в эту минуту посмотрел. то заметил бы, как его глаза, глаза азиатского торговца оружием чуть не наливаются кровью и злобой. Вервольф играл по -крупному, он видимо давно не поделил всё не только со светлячками но и с Джулиано. Но Страх умел не только страху нагонять но и достойно проигрывать -не зря он был Страхом. -хорошо же-сказал Зу Ронг.- будь по вашему. Если хотите так- пожалуй так и будет. Где тут ваши знаменитые спальни для гостей?

Nail Buster: - Прошу за мной, - скрип отворившейся двери возвестил о появлении Клейтона. Посланники КМ одновременно поднялись и, бросив напоследок в сторону вервольфа каждый по хмурому взгляду, двинулись за его слугой. Робин остался в зале один и, судя по звукам, раздавшимся после ухода Хондао и Генриха, с удвоенным аппетитом вернулся к прерванной трапезе. Путь к гостевым комнатам пролегал через длинный коридор с деревянными стенами, в котором не было ни души. Полосы света наискось перечёркивали пространство на их пути, воткнутые в пыльную полумглу через старые деревянные жалюзи. Пыль поглощала звуки шагов и даже дыхания. Половину пути они проделали в молчании, пока наконец Генрих не решил нарушить его: - Ты ведь не здешний, Клейтон, не так ли? - Прошу прощения? - плечи провожатого едва заметно дёрнулись. - Я говорю, ты не из этих старичков-ветеранов. И, сдаётся мне, даже не оборотень. - Это... настолько бросается в глаза? - А то. Ясно, как божий день, приятель. Ваш Робин ни в грош тебя не ставит, хотя, казалось бы, о каждом из своих драгоценных состайников он печётся, как о родном волчонке. Вывод? К стае ты не имеешь ровным счётом никакого отношения. Как, собственно, и к нелюдям вообще. Уж я-то наловчился их различать за эти лихие годы. Мы с тобой - единственные нормальные человечки в этой дыре. Если, конечно, у тебя нет в рукаве никакого козыря, как у моего товарища Страха, но ты не похож на человека-загадку. Так кто же ты? И что ты здесь, скажи на милость, забыл? Этот швейцарец потерял всякую осторожность, с тревогой подумал Хондао, следя за реакцией Клейтона, шедшего чуть впереди. Сперва ему показалось, что боец не ответит им, но в следующую секунду они услышали ответ: - Я предатель. Генрих фыркнул. Возможно, чуть громче, чем следовало. - Я служу Нечеловечеству по своим причинам, - тихо продолжил Клейтон. - Эти причины побудили меня месяц назад покинуть Комитет, присоединиться к стае герра Робина, отправить на верную смерть дюжину товарищей, которых я даже не знаю по именам. Во всяком случае, если взглянуть с одной стороны, я - предатель и гнида. С другой же стороны, я - верный слуга фюрера Джулиано, и моё призвание - быть если не пылающим мечом в его руках, то по крайней мере тонким кинжалом, разящим его врагов в ночи, прямо в спину. Во имя... - Эк тебя разобрало-то, - тихонько присвистнул наёмник. В глазах его, впрочем, не было насмешки. - Так значит, ты служишь фюреру. Не этому деревенскому фанфарону, а в первую очередь Винсенту Джулиано. Я правильно тебя понял, дружище? Коридор кончился. Они остановились перед запертой дверью. - К этому разговору мы вернёмся после, - тихо проговорил боец. - Мы пришли. Они замолчали, и до слуха Генриха донеслись звуки с той стороны двери. Странные, пугающие звуки - глухое рычание на два голоса, тихие толчки, шлепки, треск и скрип половиц... Швейцарец вопросительно воззрился на Клейтона. Тот лишь развёл руками: - Похоже, я не смогу выполнить приказ герра Робина. Единственная в доме гостевая комната занята. Вам не понравится вид спаривающихся вервольфов, а им ещё больше не понравится, если кто-то их потревожит. - И что же, - с наигранной обидой протянул Генрих, привалившись к стене, - мы так и уедем, не отдохнув? Фюрер явно не ждал от вас ТАКОГО гостеприимства. У вас что, больше негде кинуть кости? Клейтон наморщил лоб. - На чердаке, пожалуй, есть пара коек. Удобных и мягких - то, что надо для полуденного отдыха. Но я не знаю, можно ли... Разрешит ли герр Робин... - Да ладно тебе, дружище. Он что, боится, что мы украдём с чердака какую-нибудь антикварную рухлядь? - Нет же! Просто на чердаке живёт Юстас. Швейцарец и азиат переглянулись. - Юстас, говоришь... Ну, в таком случае веди нас к Юстасу. Раз уж твой господин пообещал нам удобные койки, мы их обязаны получить любой ценой. Компания Юстаса нам не помеха. Через несколько минут ветер донёс до уха Волкова далёкий хлопок ещё одного выстрела, и сразу же следом - чей-то захлёбывающийся предсмертный вопль. Это было в той стороне, куда он шёл. Враги медленно сжимали свой круг, расправляясь с последними из уцелевших. Похоже, дела отряда обстояли ещё хуже, чем предполагал Шульц - судя по мёртвой тиши, разогнанной было взрывами, а теперь вновь спустившейся на лесную чащу, держать оборону против хищников было уже некому. Прямо над головой медика, заставив его вздрогнуть всем телом и отскочить на метр назад, бешено затарабанил по стволу дятел. Удары клюва по древесине на секунду показались Андрею громкими, как автоматная очередь. Поняв ошибку и облегчением переведя дух, он сделал шаг, чтоб выйти из кустов, в которых так позорно скрылся от безобидной птицы... и лишь чудом успел увидеть врага. Оборотень вышагивал между деревьев в каких-то двадцати метрах от него - огромный, серый и косматый, обнажённый по пояс, в камуфляжных штанах, с болтающимся на поясе мачете. Ощеренная зубами пасть была приоткрыта, с клыков свисала тонкая нить блестящей слюны. Глаза шныряли из стороны в сторону - слишком быстро, чтобы успеть кого-то рассмотреть в кустах - а ноздри раздувались, втягивая запахи леса. Вервольф всецело полагался на своё нечеловеческое чутьё, до сего дня ни разу не подводившее его в охоте. "Они, похоже, до сих пор не догадались про спрей. Но сколько людей без запаха должно попасться им в зубы, пока они не начнут что-то подозревать?"

Хондао: - Веди Вергилий нас - сказал Хондао Клейтону, - Приятно знать, что некоторые предательства складываются в твою пользу. Койку от Робина на чердаке мне нужно получить , ибо вид брачных игр вервольфов на меня ужас наводит ... Вернее наведёт , если я это увижу. А после сказал Генриху на ухо шёпотом: -Генрих, на будущее- так язык не распускай... А то в следующий раз нам может не повезти и это не будет сочувствующий нашему начальству. Фортуна -дамочка с переменчивым характером, на редкость переменчивым... "Ох, Робин -Робин-подумал Хондао , после этого устного внушения- ну почему ты не хотел по хорошему... По -плохому придёться!"

Стренжер: Самоуверенности оборотням было не занимать. Они думают, что теперь люди просто добыча, на которую можно поохотится? Довольно странный взгляд на реальность, учитывая, что совсем недавно они сами были людьми. Хотя обвинять оборотня в беспечности не стоило. Отряд спецназа вел себя точно так же менее часа назад. Андрей огляделся. Нигде не было видно других оборотней. Это говорило явно не в пользу оборотня-одиночки. Его можно было быстренько снять или обойти. Вот только чем меньше будет оборотней, тем проще будет выжить оставшимся. Прибавим к этому тот факт, что оставлять за спиной такое чудище не самое разумное решение. В итоге получаем «очень много» за то чтобы убрать оборотня и «это все еще может быть ловушкой» за то чтобы обойти. Оставалась последняя проблема. Нельзя было пускать кровь. Запах крови его или оборотня будет как красная тряпка для его стаи. Так что был еще плюс один в пользу станнера. Андрей поднял оружие и стал медленно подкрадываться к оборотню. Не стоило играть в снайпера с неизвестной пушкой. Не хотелось бы, чтобы выстрел прошел в миллиметре от вервульфа. Потому на всякий случай он зашел со спины и убедился, что ветерок дул от оборотня. Спрей это конечно хорошо, но не стоит проверять его надежность лишний раз. Медик очень внимательно следил за тем куда ступал, чтобы не наступить на веточку или на еще что-то. Оказавшись ближе к вервольфу, Андрей выстрелил. Из дула станнера вырвалась белая молния и ударила в спину оборотня. Прямо между лопаток. Вервольф охнул и повалился на землю без чувств. На станнере засветилась еще одна лампочка. По всей видимости, сообщала о перезарядке батареи. Волков выругался и, закинув на плечо ставший временно бесполезным станнер, достал пистолет. Он подошел к поверженному врагу и пнул его. Ноль реакции. Андрей оглянулся. Вроде бы никого не было. Хотя вон в тех кустах кто-то шевельнулся. А нет, то заяц. Как эта зверушка вообще пережила весь этот хаос? Ну да ладно. Перспектива оставлять оборотня тут была, прямо скажем никудышная. Через час он точно очнётся. С помощью пинков и оплеух и того раньше. Можно было конечно ему переломать суставы, даже у оборотня на регенерацию их уйдет несколько часов, если не день. Но даже в таком случае… Андрей глянул на нелюдя. Как там говорил один сержант? «Чем безумней план, тем больше шанс, что он сработает?» Что же, у него был безумный план. План, годящийся еще для той АС. Единственный способ спасти хоть кого-то это дать возможность Шульцу связаться со спасателями. Враг уверен в себе и продолжает давить на спецназ. В таком случае стоит выбить у оборотней землю из-под ног, как они это сделали не так давно с группой Густава. Шансов встретится с Шульцем все равно никакие. Разделяться было глупой затеей. Лагерь слишком далеко для пункта сбора. Так что действовать придется быстро и решительно. Без всякой надежды на спасение. Ну что же… Волков схватил оборотня за шкирку и оттащил в кусты. Там он достал баллончик с маскирующим спреем. Он понадеялся, что спрея хватит силы замаскировать замах нелюдя. После такой вот подготовки Андрей достал небольшую карту местности. Это была все та же копия гугл-карты, правда чутка по компактней. По карте было совершенно ясно, что спрятаться можно только в двух местах. В пещере и овраге. Последний ближе. Пойдет. Серебряные наручники, которые к счастью выдали всему отряду, помогли обезопасить руки нелюдя. Но проблема пасти и ног оставалась. Последнее решилось весьма жестоко и прагматично. Вывихом коленного сустава у оборотня. Теперь он не убежит. Разве что ухромает. С пастью было сложнее. Кляпа понятное дело у Волкова не было. А он был ой как нужен. Неприятно получилось бы, если бы оборотень пришел в себя и тут же завыл, взывая к стае. Кое-какой кляп получился из двух жгутов, крепко обмотанных вокруг пасти. Впрочем, если оборотень трансформируется, это вряд ли поможет. Андрей схватил нелюдя за руку и потащил за собой. Глядишь и с божьей помощью, ему удастся миновать всех остальных оборотней и не попасться на пути к оврагу. А там может и удастся вырубить глушилку.

Nail Buster: - А кто распускал? - беспечно откликнулся Генрих. - Что распускал? Я всего-то дал этому субчику лёгкий толчок, которого он, по ходу, только и ждал. Впрочем, ты прав - давай-ка отложим эту беседу до лучших времён. Или до худших... В любом случае, я нюхом чую скорую перемену ветра. А ты? Азиат не ответил. На чердак вела узкая тёмная лестница, ступеньки которой угрожающе поскрипывали под ногами идущих. Волосы каэмовцев во мгновение ока оказались опутаны застарелой паутиной, в которой лениво копошились большие жирные пауки, пожирающие дохлых мух. Вытряхивая этот зверинец из своей лохматой шевелюры, Генрих едва не потерял равновесие и не покатился кубарем на шедшего позади Страха. - Срань проклятущая! - чуть ли не взвизгнул он, сбрасывая с головы паутинную вуаль. - Боишься пауков? - флегматично осведомился Хондао. - Ещё чего, - фыркнул швейцарец и резво зашагал вперёд, не оборачиваясь. - Ничего я такого не боюсь. А если бы и боялся, тебе бы точно не сказал. Знаем мы вас, телепатов... Клейтон, шедший впереди с фонариком в руке, остановился. - Пришли. Тихо щёлкнул замок, потом ещё один, скрипнули петли крошечной двери, и через секунду трио оказалось на чердаке. От других чердаков, виденных ими когда-либо, он не отличался практически ничем - горы пыльного хлама, никому на свете уже не нужного, бахрома всё той же старой паутины под потолком, колышащаяся на слабеньком сквозняке, бродившем из одного тёмного угла в другой... единственное окно, крошечное, под самым потолком, почти не дававшее света... две относительно чистые койки с соломенными матрасами у стен... ...и палатка. Генрих непонимающе моргнул. - Это?.. Да-да, палатка. Небольшая самодельная конструкция из старой, с заплатами, простыни и нескольких кривых перекладин, явно подсмотренная в каких-то старых детских мультфильмах. Палатка была единственным источником света в этом сумрачном месте - освещённая изнутри мерцающим фонарём (или даже свечой?), она распространяла вокруг себя магическое золотое сияние, отгонявшее тьму прочь, в углы, где тьма в бессильной, молчаливой злобе клубилась, не решаясь на контратаку. И внутри, по ту сторону простыни, можно было явственно различить лохматый силуэт её юного архитектора и создателя. - Располагайтесь, - Клейтон, чуть задержав на палатке взгляд, исчез с чердака, щёлкнув на прощанье замком. Звук этот не слишком понравился Генриху, но присутствие палатки каким-то необъяснимым образом вселяло покой в душу боевика. - Ну что? - тихо-тихо спросил он, взглянув сперва на Зу Ронга, затем на Юстаса. Судя по склонённой голове и ссутуленной спине, мальчик читал. И почему-то прерывать его не хотелось. * * * Спустя самые долгие двадцать минут в своей жизни Андрей наконец добрался с пленным до места - глубокого крутого оврага, по дну которого, весело журча, бежал серебристый ручей. Ни внизу, ни на склонах не было видно ни одного противника, так что в своём решении Волков укрепился окончательно. Один увесистый пинок - и связанная тварь покатилась вниз, по траве, по разлапистым папоротникам, и плюхнулась в ручей, почти целиком его запрудив. Какая-то птица, вспугнутая его падением, с гиканьем взмыла ввысь и исчезла среди ветвей. Только тогда Андрей сбежал по склону следом за своей добычей и впервые перевёл дух. Извилистый овраг, судя по карте, пролёг с юго-запада на северо-восток, в опасной близости от границ Медвежьего Угла, упираясь одним концом в небольшую дамбу, выстроенную, наверное, ещё дедами тех дедов, что так неосмотрительно приняли дар от своего нового косматого шефа. За дамбой - озерцо, явно служившее селянам главным источником пресной воды. Почти вплотную к его восточному берегу жались окраинные домишки. Точнее, Волков представлял их именно домишками - покосившимися, почерневшими от времени халупами из дерева или грубого камня. На карте-то они, ясное дело, были просто безликими квадратами. От изучения карты медика отвлёк звук шагов, донёсшийся из-за поворота - там, за изгибом оврага, кто-то неумолимо приближался к Андрею.

Хондао: -Не будем мешать ребёнку-спокойно сказал Хондао -пусть читает на ночь.А если даже и в палатке -какая разница? Генрих, вам нравится это место? Приняв молчание швейцарца за знак согласия, Хондао подошёл к одному из топчанов.Ему вспомнилась ночёвка в ночлежке, отвратной парижской ночлежке, хозяин которого-алжирский араб , даже поскупился на нормальные матрацы- в старых завелись клопы и хозяин гостиницы приказал их сжечь.Клопов правда меньше не стало... - И пусть тут не будет клопов-пожелал Хондао вслух , неизвестно кого прося, так как в Бога не верил.

Стренжер: Волков торопливо запихнул в карман карту. Чертова птица, наверное, привлекла еще какого-то вервольфа. Первым желанием было спрятаться. Да вот только куда? Овраг тем и плох, что внизу он как на ладони. Есть, конечно, кустик справа… но с тем же успехом можно поднять палочку с земли и крикнуть «я в домике». Вариант был только один. Андрей снова приготовил станнер. У него будет только один выстрел, после чего он в любом случае труп. Даже если удастся каким-то способом застрелить, или прирезать оборотня. Шаг. Другой. Третий. Короткая пробежка и скольжение. Пан или пропал! Волков выскочил, или точнее сказать выехал прямиком из-за угла с поднятым станнером в руках. Снизу вверх он прицелился в незваного гостя. Палец привычно надавил на гашетку. Тихий «вжик», ознаменовавший выстрел, ударил по ушам. К грохоту выстрелов привыкаешь. Бела молния помчалась навстречу цели. И разбилась об дерево. Об маленькое чахлое деревце, растущее из стены оврага. Откуда оно взялось между ними, только богу ведомо. Злая шутка судьбы. «Да ладно Андрей, ты всегда знал, что умрешь не в постели!» «Но это ведь не значит, что умереть нужно сегодня?!» Руки совершили то, чтобы не за что не пришло в голову Андрею. Они швырнули станнер в противника. Пользуясь мгновением Волков, вскочил на ноги. Одна рука уже вытянула нож и выставила его вперед. Вторая же вытаскивала пистолет. Если борешься, то борись до конца. Только теперь он мог посмотреть на того с кем ему предстояло сражаться. У судьбы очень своеобразное чувство юмора, однако…

Nail Buster: - Вы мне этой штуковиной чуть голову не размозжили, - проворчал Густав, потрясая в воздухе излучателем Волкова. - И извольте-ка процитировать то место в инструкции, где сказано, что её можно применять в качестве метательного орудия. - Герр Шульц, вы живы!.. - Тише вы, глупец, - командир приложил к губам палец и затравленно огляделся по сторонам. Судя по его виду, пришлось ему куда туже, чем самому Андрею. Левый рукав униформы был отрезан, из кое-как перевязанной раны на плече слабо струилась кровь, капая с пальцев в распахнутые влажные ладони папоротников. Правая штанина была изорвана в клочья когтями или зубами, на ней тоже засыхала бурая кровь, правда, похоже, чужая. Станнер болтался у него за спиной, автомат куда-то подевался. Лицо было всё в грязи - правда, присмотревшись внимательнее, Андрей понял, что Шульц пытался нанести на себя маскировочный раскрас, как в наивно-простых боевиках девяностых годов. Получилось отменно, хоть и не так эффектно, как на киноэкране - понятно, почему медик едва не спутал собственного командующего с лесным чудовищем. - Похоже, мы в этом лесу остались одни, - констатировал Густав уже давно очевидную Волкову горькую правду. - Не считая, конечно, целой своры охочих до человечины тварей. Их, впрочем, стало на две головы меньше - я упокоил пару засранцев, пока добирался сюда. В одного выпустил полную обойму... это животное сломало мой автомат... Второго парализовал... а затем... затем... Оперативник тяжело опустился на ближайшую корягу и дрожащими руками выудил из-за пазухи баллончик спасительного спрея. В последний раз брызнув на рану, смял опустевшую ёмкость и отшвырнул в кусты. - Я перерезал ему горло, - он покачал головой и зло сплюнул себе под ноги. - Укокошил врага, когда он был беззащитен. Весьма своеобразный опыт, скажу я вам... Своеобразный и пугающий. Пожалуй, ещё неделю назад я бы не взялся предсказывать себе такое. Ну а вы, я вижу, ещё не успели опуститься до эдакой низости? - он кивнул на косматую тушу, чьи бока мерно вздымались и опускались в такт дыханию. - Что ж, sehr gut. Дайте-ка карту. Нам нужно придумать, как выбраться из окружения. То, что мы в окружении, думаю, нам обоим кристально ясно. Как и то, что глушилку мы не найдём. Если только... Его взгляд вновь задержался на обездвиженном вервольфе, а затем сверкнул чем-то тёмным и нехорошим. - Здесь нет клопов, - прозвучал из палатки детский голос. Спокойный и тихий, против всех ожиданий Страха. Фонарик погас, и теперь казалось, что палатка говорит с каэмовцами сама по себе. - И тараканов тоже нет. Возможно, я их отпугиваю. Или... те, внизу. - Ты Юстас Вассер? - с улыбкой проговорил Генрих. - Рад наконец с тобой познакомиться. Ты, похоже, нас совсем не боишься? - Вы не страшный, - ответила палатка, а затем, подумав, добавила. - Наверное. Герра гауляйтера я боюсь, а вас почему-то нет. К тому же, Клейтон сказал, что скоро за мной придут. Те, кто заберёт меня отсюда в безопасное место. Вы ведь... вы ведь отвезёте меня в Энск, к брату? - голос палатки дрогнул. Генрих и Хондао переглянулись.

Хондао: -К брату-задумчиво произнёс Хондао. - э.... Да мы подумаем как это сделать... Подумаем... Легко сказать! При этом слове Страх вспомнил скалящегося Робина. С другой стороны можно было... Всё равно властелин всея Дрездена мог передать пацана комитетчикам... А что? Если припечёт. то вервольф знает чем откупится. Раз на раз такого шанса не бывает, а Хондао умел рисковать. - Парень-произнёс Хондао монотонным голосом- если ты хочешь уйти отсюда... Скажи есть ли здесь окно на чердаке? И ещё- как ты относишься к прогулкам по крышам? Если положительно- тогда готовся. Будем уходить...

Стренжер: Волков сжал зубы. Признавать очевидную истину не хотелось. Знаете, мол, если во что-то не верить, то этого как бы и не существует. Такая наивность верить, что хоть кто-то еще выжил. Наивность, граничащая с глупостью и переходящая в непроходимый оптимизм. Андрей опустил в кобуру пистолет. К счастью не пригодился. Достав карту, он передал ее Шульцу. После чего приблизился к его раненной руке. - Я осмотрю рану, – Он снял бинт и глянул. Не так все уже было и плохо. Впрочем, кровоточило неслабо. – Этот овраг идет прямо к деревне. По нему можно выйти прочь, но боюсь, от этого будет мало толку. Оборотни скоро и тут начнут нас искать. Особенно учитывая тот факт, что они потеряли троих из стаи. Медик обработал рану и перевязал ее. Убедившись, что повязка лежит правильно и не мешает командиру, он покрыл ее оставшимся спреем, на всякий случай. Андрей отступил от Шульца на шаг. Подумав медик продолжил. - Я планировал выяснить, где находится глушилка у этого оборотня. Но допросить его может, будет довольно трудно, – Да и не нравилось это Андрею, если говорить откровенно. Слишком это по Аэсовски. Не для такого он решил вступить в КДНР. А для чего? Чтобы сделать мир лучше? Помочь людям и нелюдям жить вместе? Хватит этой наивности. Нельзя взять и изменить мир. Неизменно что-то произойдет не так! В конечном счете, идеальный мир – мертвый мир. – Черт! - Прошу прощение герр Шульц, – Волков подошел к оборотню и подтащил к Густаву. Он прислонил его к стене оврага и озвучил свой план. – Я думаю бесполезно пытаться прорваться. Маскирующий спрей скоро выветрится. Да и оборотни начнут искать нас по следам, а не по запаху. Мне не очень хочется ждать, пока они придут, потому я думаю отыскать глушилку и вырубить ее. В любом случае лучше, чем изображать добычу. И вот он… Волков кивнул на оборотня. - Поможет мне, или узнает, что такое допрос АС. – Сейчас в глазах Андрея бушевало пламя. Злость и решительность плохое сочетание, но очень эффективное. – Если эти ребята решили что мы легкая добыча, то пусть теперь не жалуются что подавились.

Гончая: - Надо же, как страшно. Кстати, а что такое допрос АС? Густав и Андрей одновременно обернулись на голос. Их взгляды скрестились на седовласом мужчине лет сорока пяти, в охотничьем камуфляже, с интересом взиравшем на сотрудников Комитета сверху вниз. «Штурмгевер-44» в его руках нахально пялился круглым чёрным глазом прямо в лоб Волкову. Шульц потянулся было за станнером… но недвусмысленное движение ствола штурмовой винтовки пресекло его движение в зародыше. А потом раздалось какое-то нехорошее, кровожадное ворчание, и над гребнем оврага появились сразу четыре вервольфа – в звериной фазе. Выглядели они, надо признать, не слишком авантажно: серые шкуры в проплешинах, втянутые или, напротив, отвисшие жирные животы, кривоватые лапы… Однако глаза оборотней исправно горели фанатичным зелёным огнём, и с жёлтых клыков капала тягучая слюна. - Честно говоря, не думал, что вы так долго протянете, комитетские ублюдки, - ухмыльнулся седой. – О, да вы даже взяли одного из наших в плен! Бедный Фридрих, над ним ведь теперь все будут смеяться… Однако что же тут скажешь, господа комитетчики? Охотиться на вас было интересно, но всё хорошее рано или поздно заканчивается, увы. Ну как, желаете изречь что-нибудь пафосное напоследок или сразу выпустить вам кишки? Конечно, быть разорванным на куски оборотнями – далеко не самая лучшая смерть, какую можно себе пожелать, но и её нужно встречать достойно. Шульц с Волковым переглянулись, Густав подмигнул – и седовласый узрел сразу два средних пальца. - Комитет не сдаётся, сука! – присовокупил Шульц. - Как знаете, - развёл руками седой. – Камрады, они ваши. Один из вервольфов отступил от обрыва на пару шагов, разбежался и с ликующим воем взмыл над оврагом, растопырив лапы… БА-БАХ! Звук выстрела был настолько громким и неожиданным, что Густав аж присел, закрыв уши ладонями. Оборотня даже не разорвало – прямо-таки разбрызгало в воздухе облачком багрового тумана, костяными осколками и клочьями мохнатой шкуры. - Чёрта с два, сучьи дети, - раздался из-за спин комитетчиков низкий женский голос. – ОНИ МОИ, ВЫ ПОНЯЛИ, ЩЕНКИ ШЕЛУДИВЫЕ?! Что-то крупное, тёмное мелькнуло в воздухе, и прямо перед Густавом и Андреем застыла в боевой стойке огромная волчица - явно не обитательница высаженных по линеечке и ухоженных европейских лесов, а порождение непролазных российских чащоб. Как машинально прикинул Шульц, весу в этой зверюге был добрый центнер – верных сто килограммов напряжённых мышц и острейших зубов. Пышный хвост азартно дёргался из стороны в сторону, густая шерсть на загривке стояла дыбом, и пусть Густав наблюдал волчицу с тыла, он готов был поклясться, что пасть её растянута в самом злобной оскале, какой только можно вообразить. Кроме того, у него возникло странное ощущение, что он где-то уже видел эту нежданную защитницу. Хотя и с другого ракурса.

Стренжер: Пальцы схватились за рукоятку. Рывок. И злобный глаз Береты смотрит на летящего оборотня. Нажатый курок и выстрел. Какой вообще шанс того что 10 граммовая пуля разорвет вервольфа в кровавый фарш? Да ни какого! Это вообще не возможно! На секунду Волков даже решил, что у некого просто поехала крыша. Ну, знаете такая предсмертная попытка мозга «спастись». Особенно с появлением огромной… лисицы?! Андрей взглянул на спасительницу. Нет. Ему просто показалось. Мех отнюдь не рыжий, а серый. Размеры даже для огромной лисицы велики. Да и… Что за «да и»? Голос показался знакомым? Ну, извините товарищ Волков, лечиться надо. Причем уже давно. С такой работой можно не только паранойю заработать, однако. Просто огромная волчица. Подумаешь! Убрав с лица кровавый кусок шкуры оборотня Волков прорычал: - К черту пафос и героическую гибель! – и направил пистолет на охотника. Берета выплюнула пулю. Потом еще одну. И еще. Глупо стрелять по человеку со штурмовой винтовкой. Особенно если он стоит выше и держит тебя на прицеле. Впрочем, одна пуля таки угодила в цель. Прямиком в плечо. Штурмгевера повело в сторону, и очередь ушла никуда. Прямо таки идеальный момент для голливудского боевика. Не хватает только арт-поддержки. Хотя это, наверное, уже немного другая опера. Прошу прощение, другой вид боевиков. Но арт-поддержка таки не будет лишней. Четверо оборотней против двух человек и одной огромной волчицы – вервольфа? Пускай кто-то другой займется расчетами на успех этой авантюры!

Берс: Еще до того, как дедуля с винтовкой успел ответить прицельным огнем из немецкого чуда техники сорок четвертого года выпуска, Вадим пустил в дело свою плазменную пушку. Нет, это чудо-оружие, которое ему предоставили ребята из Комитета в лице мистера Джонса, обладало охренительно мощной отдачей, но экзо-скелет, если присесть, компенсировал усилие отдачи, лишь слегка дергаясь. Стоя с этой бандуры стрелять было положительно невозможно. Во всяком случае, Крушайко не рисковал. Дедушка сорока пяти лет от роду на вид, рассыпался, как и прыгнувший до этого оборотень. -Допрос Армии Света, это получение сведений от лица, подвергнутого допросу, любыми методами, включая пытки, отсечение конечностей, моральное и физическое истязание..- пробормотал он, мысленно ругая Стасю за то, что снова позволяет себе эти псевдогероические выскоки из лесу под прицел неприятеля. А если бы ей сейчас станнером по хвосту? Тащить потом на себе ее до самого окончания операции? Вот уж дудки.. Свежи еще воспоминания о Красноярске. Он ей сделает выговор.. Потом, наедине. Тоже, лет ей уже под сраку, а ведет себя, будто бессмертная. Поднявшись с колена, Крушайко вышел из-за дерева позади комитетчиков, держа на прицеле оставшихся вервольвов. -Так и будешь красоваться или делом займешься?- уточнил он, снова присаживаясь на колено и тут же делая залп из чуда энергетического гения. остаток волкоподобных фигур размотало по окрестностям.. У оружия были и минусы. И заключались они не только в том, что отдача и вес были такими, что бой вести только со стационарного положения или в спец-костюмах. Нельзя было сказать, что ствол не раскалится до той степени, когда начнет течь. Или что оружие не взорвется в руках, когда перегреется.- Вольно,- произнес он, оглядывая через визор учиненные им разрушения в девственно, до визита в него комитетчиков, чистом лесу.- Насколько я могу судить, вы - это уцелевшее воинство Комитета, задачей которого являлось.. эм.. обезвредить незарегистрированных вервольфов и доставить их на чиповку, так? Поздравляю, перенимаю руководство, в колени падете, когда доделаем дело с некоторыми поправками.. Меня зовут Вадим Крушайко, вон та симпатичная волчица с повадками камикадзе - Анастасия Волкова.. Он снял заплечный рюкзак, литров этак на сто пятьдесят. Вообще, это была укладка для оружия с лямками. И нести такую укладку должны были бы по идее четыре дюжих молодца. -Там оружие, господа, и боекомплект. За все уплачено, все это предлагает потратить на увеселительной прогулке Комитет по Делам Нечеловеческих Рас.. Иными словами, экипируйтесь и пойдем дальше, я сегодня не ужинал..

Гончая: Волчица скосила на новоявленного командира медовый глаз, дёрнула ухом, будто комара отгоняла, и встала на задние лапы. Или выпрямилась – в данном случае годились оба определения, потому как начала движение косматая зверюга, а завершила уже женщина – да таких баскетбольных статей, что Густав с Андреем, малость ошалевшие от спасения столь стремительного и притом изобилующего дорогими спецэффектами, невольно задрали головы. Серый пушистый мех слипся в комбинезон из бронеткани с серебристым солнышком Комитета на рукаве, чёрная грива превратилась в длинные кудри, стянутые обычной резинкой в конский хвост, а волчий оскал – в ироничную ухмылку на загорелом скуластом лице. В руке она держала ствол, способный вызвать лютейшую фрустрацию не то что у тяжёлого танка "Тигр", но, пожалуй, и у линкора "Тирпиц". - Вадик, - произнесла Анастасия сахарным голосом, - вот закончим с этим дельцем, и сходи-ка ты к доктору. А то хроническое опухание твоей генеральской железы уже начинает меня всерьёз беспокоить. Оно ведь может оказаться опасным для жизни. Нашей с тобой совместной жизни, я имею в виду… О, да это никак герр Шульц собственной персоной? Повернувшись к Густаву, волчица шумно втянула воздух и сморщила нос. - Ох уж этот спрей! - Вы хотите сказать, он так плох? – забеспокоился Шульц. – Мы же сами убедились – эта штука работает! - То-то и оно, что работает, - вздохнула Гончая. – И до того хорошо, что даже я, породистый оборотень, насилу вас выследила. Доведи умники из вашего Комитета эту дрянь до ума, сейчас вами обоими уже вовсю бы закусывали. - Можно подумать, они хоть что-то довели до ума, когда планировали операцию, - прогудел Крушайко. Импозантностью наёмник не уступал волчице: покрытый броневыми пластинами в разводах адаптивного камуфляжа, под которыми скрывались полимерные «мышцы» экзоскелета, в шлеме с пучеглазым забралом и с горбами аккумуляторов за плечами, он и впрямь несколько смахивал на допотопного ящера. - Ну, затем нас сюда и послали, чтобы всё исправить, - Анастасия пожала плечами. – Однако, герр Шульц, вы нам не представили своего напарни… В этом чёртовом овраге перемешалось слишком много резких запахов. Смердели разлетевшиеся в радиусе доброй сотни метров останки оборотня, которого я скормила «Волкодаву», воняли нагретый металл и пластик «Вихря», а главное – от немаленькой проплешины, выжженной в лесу плазменным ударом, тянуло удушливым горьким дымом. Ну да – любой мужчина, дорвавшись до Действительно Большой Пушки, всегда первым делом выкручивает мощность на максимум. Универсальное правило, никаких исключений. И всё-таки я это учуяла. Тонкая струйка запаха, крошечный мазок, выпадающий из общей картины. Кровь истинного, изначального оборотня. Кровь Благородной Линии, одной из двенадцати. Кровь моей Линии. Сочащаяся по капле из ссадины на запястье напарника герра Шульца. Андрей не сразу понял, куда вдруг ускользнула земля из-под ног, что за стальные обручи сдавили рёбра и каким образом глаза Анастасии, отливающие багрянцем, оказались прямо напротив его собственных. - Нет, это надо же! Какая встреча! – рот волчицы растянулся до ушей, демонстрируя две пары нечеловечески длинных и острых клыков. – Здравствуй, братец!

Стренжер: - Кхе! – В момент воссоединения Андрею захотелось, чтобы у него не было рюкзака! Медицинское оборудование – это не то на что хочется упасть. Пожалуй, несколько долгих мгновений Волков глядел на огромные зубы Анастасии. Знаете, так наверно смотрят на прекрасно заточенный нож. В смысле на ножи. На целую кучу ножей аккуратно подвешенных над головой и не крепко закрепленных. Так что ветерок подует, и они упадут. - А?! – Наконец оторвался от созерцания опасных зубов Андрей. Нет, ну серьезно, а какой реакции еще можно ожидать? Индийского танца? Не в таком положение, да и как-то по национальности не положено. Впрочем, через секунду положение исправилось. Помогло неудобное положение и боль в груди. - Ради всего святого, слезь с меня! Пожалуйста! Не то чтобы он вот так вот просто принял тот факт, что огромная волчица ему сестра. Или вообще тот факт, что у него есть сестра. Но болезненные ощущения как-то заставили отложить выяснение этого вопроса.

Гончая: - А? – переспросила волчица. – О! Э-э-э… гм, да. Прошу прощения. Не каждый день, знаешь ли… в смысле, знаете ли... то есть я хотела сказать – какая неожиданность! Ой, - добавила она, сообразив, что всё ещё прижимает столь внезапно обретённого кровного брата к земле, на радостях вращая хвостиком не хуже пропеллера. Искусство светской беседы всегда давалось Гончей чуть хуже, чем рукопашный бой или сапёрное дело, поэтому она просто вернула родственника в вертикальное положение – очень вовремя, судя по его несколько посиневшему лицу, - отряхнув, по мере возможности, от прошлогодней листвы и жухлых травинок. - Андрей Волков, – прочитала она нашивку на клапане кармана. – Вот не знала, что на работу в Комитет берут оборотней! Вижу, герр Шульц, господин председатель и подружка Наденька мне о многом не рассказывали, верно? - Да, госпожа Волкова, - подтвердил Густав странным голосом. – И мне, кажется, тоже… - А ты, братец, не робкого десятка, - продолжала Анастасия. – На мелочи не размениваешься, хотел порвать пятерых ублюдков одним махом? Это у нас фамильное, не иначе. Прости, что вмешалась, не признала сразу родную кровь из-за проклятого спрея. Мне бы и в голову не пришло отбивать чужую добычу, традиции для оборотней – дело свя… Андрей? Густав? Да что вы оба как пыльным мешком стукнутые?!



полная версия страницы