Форум » Бесконечная Война » Скованные одной цепью » Ответить

Скованные одной цепью

Nail Buster: Время действия: апрель 2013 года Место действия: глухая германская деревушка Медвежий Угол Действующие лица: Андрей Волков, Хондао Зу Ронг, Гончая, Вадим Крушайко Сюжет: Добро пожаловать в Медвежий Угол - крошечный немецкий посёлок, не нанесённый ни на одну из карт. Он совсем не похож на те новенькие провинциальные городки, вылизанные до блеска и кажущиеся пластмассовыми - нет, каждый камень дышит здесь стариной первозданной, нетронутой обеими мировыми войнами, и такие же древние здесь живут люди - ну откуда, скажите на милость, в такой глуши взяться молодёжи?.. Деревушка медленно, но верно умирала, и неудивительно, что селяне в один прекрасный день решились заключить сделку с дьяволом - точнее, с пришлым вервольфом, жаждущим обзавестись своей маленькой стаей. Соседние деревушки и фермы стали медленно, но верно пустеть. Кому понравится, когда кровожадные твари крадут лунной ночью твой скот, пугают прохожих, с рёвом гоняются за машинами и оглашают окрестности леденящим кровь воем? О человеческих жертвах пока не сообщалось - очевидно, оборотни довольствовались козами и телятами, а также дичью, коей изобиловали окрестные леса - и тем не менее, обстановка вокруг Медвежьего Угла стремительно накалялась. Полиция предпочитала до поры до времени не вмешиваться в ситуацию, но в конце концов связалась со всесильным Комитетом и запросила помощи специалистов. Теперь в десяти километрах от деревни разбил лагерь вооружённый отряд, возглавляемый Густавом Шульцем. К отряду также приписан молодой полевой медик Андрей Волков. В то же самое время по просёлочной дороге через лес проезжает известный в узких кругах Страх, торговец оружием, связанный со зловещей Коалицией Максов до её таинственного исчезновения вместе с городом Энском. Несколько дней назад с ним связался вожак вервольфов, заявив, что у него есть предложение для фюрера КМ, от которого тот не сможет отказаться. И пусть официально ни Коалиции Максов, ни города Энска больше не существует, Хондао едет в Медвежий Угол. Хотя бы для того, чтобы узнать, как много знает этот оборотень.

Ответов - 85, стр: 1 2 3 4 5 All

Nail Buster: - Кто-нибудь? Вообще? Объяснит? Мне? Что? Ко всем чертям? Здесь? Творится? - медленно и членораздельно вопросил Шульц, окончательно утерявший понимание происходящего. Не успел он как следует обрадоваться чудесному спасению - а появление волчицы и её друга-терминатора, вне всяких сомнений, означало для жалких остатков группы в лице Шульца и Волкова как минимум то самое чудесное спасение, если даже не шанс довести проваленную по всем статьям операцию до победного исхода - как волчица и Волков решили прямо на поле боя побрататься. Иначе как прикажете понимать услышанное и увиденное? "Сегодня просто-таки день безумных лингвистических каламбуров, - устало подумал он, вспомнив, что эти двое - не просто однофамильцы, а однофамильцы с фамилией "Волков". Вспомнил - и в момент почувствовал себя идиотом. - Густав-Густав... Куда ты смотрел, когда проверял его биографию и родословную? Почему не направил к научникам на контрольный ДНК-тест? Решил, что ты самый умный и многоопытный, можешь распознать чистокровного смертного с первого взгляда? В Армии Света тебя за такое преступное легкомыслие пожизненно засадили бы в какой-нибудь сырой каземат, да и то потому лишь, что эти психопаты не мочили людей". Он покачал головой. Да, забываться начали уроки господина Колера. Мысль положить метафизический значок Комитета на метафизический стол председателя маленьким склизким червячком шевельнулась в мозгу командира. Глухое рычание под ногами заставило всех четверых обернуться. Пленённый вервольф в серебряных "браслетах" был всё ещё жив и, похоже, понемногу начал приходить в себя. Ворочаясь и тяжело перебирая сломанными ногами, он пытался разлепить отяжелевшие веки. - Ладно, коллеги, - нахмурился Шульц. - Пожалуй, разбираться в генеалогических хитросплетениях будем после. Сейчас нужно побеседовать с этим молодчиком и узнать, как обстоят дела в Медвежьем Углу. Живы ли Эберт и Бауман, хотя я почти уверен, что нет. Кто предал нас - все трое агентов или только одна-две беспринципные гниды. Что замышляет на самом деле вожак. Можно ещё спросить, где здесь стоит глушилка и как её отключить, но в этом, сдаётся мне, уже нет необходимости, - он глянул на девушку и вымученно улыбнулся одним уголком губ. Вид у него был прескверный - что-то надломилось в молодом водителе с тех пор, как Анастасия видела его в прошлый раз. - И да. Я так и не поблагодарил вас за то, что свалились нам на голову, - тихо продолжил Шульц. - Чертовски вовремя свалились - я уже почти готов был беседовать с этой тварью на языке, которого предпочёл бы никогда не знать. Теперь я могу препоручить это дело вам... "...равно как и командование дальнейшим ходом операции", - чуть было не брякнул червячок устами Густава, но тот вовремя стиснул зубы, да так остервенело, что едва не откусил себе кончик языка. Нет уж, как говаривала старенькая румынка-уборщица, всю жизнь посвятившая зеркальной чистоте полов в главном деньгохранилище Колера, взялся за грудь - говори что-нибудь. То есть, уж коли налажал, изволь разгребать последствия. Один или приняв помощь двух прирождённых убийц как незаслуженный пока подарок судьбы, но - сам. Только так, и иначе никак. - Давайте разбудим его, - оперативник закатал рукава. - Вы... - он бросил взгляд на Вадима Крушайко, не зная, как к нему обратиться. - Следите за лесом, чтобы не наползли его друзья-наци и не испортили нам переговоры. - Уходить? Палатка распахнулась, и оттуда показалась взъерошенная голова мальчугана. Гигантские очки его чуть покосились и съехали на кончик носа, в расширенных глазах неприкрытый ужас смешался с детской, глубоко-глубоко затаённой надеждой. - Вы сможете вывести меня отсюда? - срывающимся голосом прошептал он. - Вы отвезёте меня домой, в приют? Вы убьёте господина гауляйтера? - Да какой из этой бешеной шавки гауляйтер, - буркнул Генрих, а затем, склонившись к Страху, тихо-тихо прошипел ему на ухо. - Не самая лучшая идея - скакать по крышам средь бела дня. Ратуша торчит на открытом месте, другие дома к ней не примыкают. Нужно будет спрыгнуть на землю, а там нас вмиг вычислят по следам, если хватятся. Вряд ли все эти гады до единого дрыхнут - патрули по периметру шастают по-любому. Они настолько старательно создают впечатление беспечных простачков, что я ни на грош в это дерьмо не верю. Они ждут, что те "светлячки" из леса зайдут поглубже на их территорию, потеряют бдительность, а потом... Бамс! - швейцарец шлёпнул одной ладонью о другую, отчего Юстас вздрогнул и тихо ойкнул. - И мы можем подождать. Если Клейтон прав и сюда направляются комитетчики, они скоро пробьются к деревне, если операцию организовывал не полный кретин. Мы можем свалить, воспользовавшись суматохой. И пацана прихватить с собой. Мне кажется, это более классный план, чем тот, что предлагаешь ты. Ну как порешили? Ты старший, - наёмник выразительно взглянул на Хондао, ожидая ответа.

Хондао: У Хондао даже проснулась какая-то жалость к этому пацанёнку. Он подумал, что у них с Норой- если всё сложилось бы удачно- мог бы быть сын, странное дитя, рождённое от существа, могущего удушить рукощупальцами любого, и не применявшего это на практике и существа способного напугать любого до… загрязнения штанов и подштанников. А кто были родители этого Юстаса. Или он уже с малых лет познал что такое быть сиротой? Или у него был такой же «замечательный отец» как у самого Страха? «Как же не хочется снова тонуть в этой чертовой волне воспоминаний.»-но тонешь же! « Да всем мы хороши –вдруг подумал он- я сейчас наверное тоже выгляжу как чудик из пробирки, а не рождённый от матери. Интересно что бы на всё это сказал лейб Симеон? Что ж Генрих прав. Нужно дождаться момента.» А в слух Хондао сказал: - Ты совершенно прав Генрих, мы поспешили-вернее я поспешил.Вообщем так. Юстас ты слушай тоже.Дождёмся пока гауляйтер Робин и остальные переключат внимание на "светлячков" и как говорится- "ходу отседова".Возражений нет?

Берс: И действительно. Спляши сейчас кто из этой троицы индийский танец, Вадим, в его экзо, тоже бросил бы свое оружие и предался бы всеобщей истерии, тут и оборотень, лежащий до поры неподвижно сплясал бы хоть гопака, исключительно из неумения плясать восточное. Но нет, увы.. То есть к счастью, обошлось без плясок. -Угумс,- хмуро буркнул он в ответ на ЦУ Густава. Что-то как ни операция, так кругом одни оборотни, то истинные, то енотовые, то еще какие.. В горячих джунглях, правда, не было их в таком количестве, однако одна оборотница преследовала его. И не сказать, чтобы насчет последнего факта он был против.- Я пардону прошу, Густав, а.. Ты случаем не оборотень тоже?- вопрос был с подвохом. Если, не приведи Кто-там-сидит-на-небесах, ответ окажется "да", Вадиму только и останется, что расхохотаться истерическим смехом, вылезти из костюма и умчаться в страну счастья с тремя феями с телами пингвинов и крыльями колибри. Впрочем, смехи - смехами, шутки - шутками, а позицию для ведения огня Вадим занял, присев под деревом и закрепив на противоположной стороне дерева камеру для наблюдения, что выводила на доп. дисплей шлема изображение, обеспечивая себе таким образом круговую видимость. Сам же костюм обладал такой полезной хреновиной, как мимикрия. Недолго, правда, если в движении, но если в стационарном положении - то не шибко ущербно для заряда. Единственное, что было хреново в этом костюме, что не покуришь, не снимая шлема, а сняв шлем - теряешь половину управления над костюмом. Дилемма. А еще исключительно чесался зад. И как Крушайко не ерзал, пытаясь об полимеры почесаться, никак не выходило. А зуд, чуя бессилие наемника в этом вопросе, только усиливался. Не то, чтобы это так уж сильно отвлекало или мешало, но комфортности ситуации не добавляло.

Стренжер: Оборотень еще не до конца пришел в себя. Невидящими глазами он осматривал овраг. Но это как раз цветочки. Запах крови, боль в ногах, нарастающий гул в голове и невозможность двигать руками? В таком состояние и разум потерять не долго. Андрей обладал весьма не плохой фантазией и мог себе представить ощущения этого нелюдя. На секунду из его головы улетучилась мысль о внезапной родственнице. Родственнице ли?! Сложный вопрос. Он не оборотень, это точно. Как минимум обоняние у него немного лучше, чем у человека с насморком. Но этот вопрос можно отложить и на потом. Достав флягу и открыв, Волков сделал глоток. В горле пересохло за весь этот долгий день. После чего он подошел к оборотню и стал лить ему на морду воду. Это можно было назвать актом милосердия, если бы Андрей еще десять минут назад не накручивал себя аки пружину на допрос. Сейчас конечно он уже был не готов. Неожиданная схватка сбила его «внутреннюю подкрутку». - Думаю, я мог бы переадресовать ваш вопрос, герр Шульц, своему деду, коль мне бы было дано знать в какой части этого мира этот безумный старик сейчас… - Ответил Андрей задумчиво. Дед Волкова… Да это был тот еще старик. В свои девяносто он выглядел максимум на пятьдесят. (Впрочем, кто скажет, что ему девяносто, а не триста с гаком?!) Так мало того, он еще и не сидел дома больше недели. Вечно куда-то уезжал. «Не собирался умирать в постели». А около семи лет назад исчез и не появлялся. С другой стороны, кто тогда регулярно опустошает винный погреб старого загородного домика в глуши? Неясно. Да и на могиле старой Марии, бабушки Андрея, время от времени появлялись цветы. Как долго испытывают вервольфы привязанность к своим партнерам. Волков сомневался что вечно. «Вечность» - слишком долго. Андрей сорвал с оборотня кляп. - С другой стороны, - Волков плеснул немного воды прямо в пасть вервольфа. – Я, похоже, многое новое узнаю об этом прохвосте и своей родословной. Андрей спрятал флягу. В ней воды осталось на самом донышке. Тем временем оборотень постепенно приходил в себя. Вода более или менее привела его в норму. Если нормой можно назвать две вывихнутые ноги и скованные руки. - А теперь… Он достал инъекционный пистолет и одну ампулу с «хранителем». Зарядив инструмент, он взглянул на нелюдя. Волков обратился к нему голосом не предвещающим ничего хорошего. - Давай не будем играть в игрушки, старик, ты скажешь все, что командир хочет услышать. В противно случае вы пожалеете, что не успели умереть от старости до прихода вашего «вожака»!

Гончая: - Деду? - волчица повела бровью. - Ага, понимаю. Значит, ты мне не брат, а племянник. Хотя какая разница, ведь главное — в твоих жилах течёт наша кровь, кровь одной из двенадцати Линий! Ты — Истинный, племянничек, как и я, да-да, уж поверь мне, ведь кровь — она не обманет! Произнося эти слова, Гончая покосилась на Вадима — и поймала его ответный обеспокоенный взгляд, брошенный из-под тёмного забрала. Опытный наёмник тоже понял то, что она уже ощутила своим нелюдским нюхом: оба комитетчика и понятия не имели, как надо вести допрос вообще — и допрос оборотня в особенности. Неуверенностью от них разило за версту. Разумеется, эти молокососы не сумеют выбить из пленника никакой полезной информации. Просто угробят его без толку — и где гарантия, что среди обитателей Медвежьего Угла сыщется ещё хотя бы один идиот, который позволит вот так запросто себя свинтить? Нет, она должна вмешаться. И притом немедленно. Закусив губу, Густав уже нашаривал кобуру на поясе, когда на плечо ему опустилась женская рука, мощная, как стрела подъёмного крана. - Герр Шульц, - проникновенно сказал голос Анастасии над его правым ухом. - Не стоит, право слово. Нас с Вадимом затем сюда и послали, чтобы сделать всю грязную работу. Вы — наш командир, ваша задача — принимать важные тактические решения, а не вошкаться со всякими там пленными. Препоручите эту задачу мне, очень прошу. Уверяю вас, я справлюсь. Человеческая плоть под её ладонью мелко вибрировала - парня буквально трясло, хотя он очень старался не подать виду. Лишь бы только Густав не сорвался, подумала волчица. Только бы не решил утвердить свой командирский авторитет ценой кровавых глупостей, за которые будет потом ненавидеть себя всю оставшуюся жизнь. - Я спр-р-равлюсь, - с нажимом повторила Анастасия, выразительно раскатив букву «р». - Андрей, ты тоже пока отойди. Присмотри за герром Шульцем. Негоже моему племяннику глядеть на то, что сейчас тут будет. Оставь мне этот твой инжектор — и ступай. Поверь тёте, она плохого не посоветует. Ну?

Стренжер: Андрей прикрыл глаза. Он нашел в себе силы навести порядок в голове. Действовать сломя голову всегда плохая идея. Делай только то, что ты можешь, и не выпендривайся. - Хорошо «тётя», - Волкову даже удалось добавить легкую иронию в голос. – Только поосторожней с этой штукой. Он отдал пистолет в руки Анастасии. -Этот препарат изготовлен для того чтобы человек укушенный оборотнем не пополнил ряды нелюдей. Как оно действует на уже обращенного неизвестно или в Комитете просто решили не говорить. Подозреваю, что это будет больно и не очень привлекательно выглядеть, - Волков повернулся к командиру. - Герр Шульц пойдёмте. Для продолжения операции нам придется принять стимуляторы и перекусить. Он отвел Густава за поворот оврага. Андрей дал Шульцу энергетический батончик, после чего закатил рукава. Солнце уже перекатилось за зенит. Операция затягивалась и имела все шансы растянуться на сутки. В таком случае надо было быть уверенными, что их не скосит усталость и эмоциональное давление. Впрочем, и медлить было нельзя. Рано или поздно оборотни удивятся, что их товарищей так долго нет. - Ешьте, силы должны быть всегда. – Андрей снял рюкзак и поставил его на землю. Он перетянул руку жгутом из медицинского набора. – Герр Шульц, я хотел бы попросить об одной услуге… Он достал пластиковую ампулу красного цвета со шприцом. Несколько раз Андрей сжал и разжал кулак. После он зубами снял колпачок и вколол себе содержимое в вену. - Не распространяйтесь о том, что услышали. Во всяком случае, пока. – Волков стянул жгут и перетянул им руку Густава. – Сожмите несколько раз кулак. Знаете, это звучит весьма бредово. Особенно учитывая тот факт, что я явно не оборотень. Не замечал за собой тягу к сырому мясу. Да и АС проверяет всех своих новобранцев, даже вольнонаемных. А после меня еще и вампиры кусали… Он краем губ улыбнулся. Сделав укол, Андрей залепил крохотную дырочку пластырем. - В общем, полный букет. – Волков почувствовал небольшой прилив сил. Стимулятор начал действовать. Постепенно думать стало проще. Беспокойство и легкий страх отошли на второй план. – Так что я даже не знаю, как ко всему этому относиться. Андрей достал второй батончик и принялся за него. Использовать стимуляторы на голодный желудок плохая идея, но возможности нормально поесть нет. Операция не планировалась как многочасовая.

Гончая: Анастасия проводила комитетчиков взглядом, потом сделала короткий знак затаившемуся в кустах Вадиму – мол, гляди в оба! - и неспешно стала спускаться по склону оврага. Ну что, товарищ Гончая, тряхнём стариной, деловито сказал маленький внутренний волк. Пленённый оборотень окончательно оклемался от действия станнера и как раз разинул пасть, чтобы воем известить стаю о своём бедственном положении. Но не преуспел: рант армейского берца врезался в нижнюю челюсть с такой силой, что всю мохнатую морду своротило, кажется, куда-то к правому глазу. Из жалобно клацнувшей волчьей пасти вместе со сгустком багровой юшки вылетела пара сахарных клыков. - Это я только так, для создания настроения, - невозмутимо пояснила Анастасия. - Те ребята, - она ткнула пальцем вверх по оврагу, куда удалились Андрей с Густавом, - прямо скажем, желторотики. Моему племяннику удалось тебя скрутить исключительно потому, что ты, сучий хвост, как боец вообще ничего из себя не представляешь. Даже перекинуться толком, и то не способен. А теперь кончай строить из себя крутого волка и отвечай на вопросы — быстро и честно, понял, ты, ничтожество? В ответном оскале полузверя-получеловека страха было гораздо больше, чем злости. Хрипя и ёрзая всем телом по прошлогодней листве, тварь неуклюже пыталась отползти как можно дальше от склонившейся над ней наёмницы. Но внезапно ноздри оборотня изумлённо раздулись, и он замер, уставившись расширившимися до предела жёлтыми глазами в усмехающееся лицо Анастасии. - Ага, учуял наконец, с кем имеешь дело, сукин сын? Ну ты и тормоз! Фридрих, да в прежние времена вампиры тебе и навозную кучу сторожить бы не доверили, а просто утопили бы ещё младенцем в ведре, и очень правильно бы сделали, кстати, ибо нехер портить породу. Это я говорю как одна из двенадцати Истинных. Ну что, будем разговаривать — или сломать тебе парочку рёбер? Обратная трансформация нечистокровного оборотня, безусловно, привела бы в полный восторг любого голливудского оператора. Хруст костей и суставов, вытягивающиеся конечности и бурлящая под розовеющей на глазах кожей мускулистая плоть — прямо готовая сцена из трёхмерного ужастика категории «Б». Гончая же лишь скосоротилась, всем своим видом демонстрируя крайнее презрение. - Стыд какой! - бросила она распластанному на дне оврага мужчине лет тридцати, блондинистому и светлоглазому. Перекошенная физиономия Фридриха выражала сложную смесь эмоций, среди которых заметно преобладали страх и удивление. -Как... - прорычал он, с трудом ворочая перекошенной челюстью. - Как ты можешь... Почему ты на их стороне? Ты такая же, как мы... Ты ведь должна-А-А-А!!! Судя по сухому хрусту, с каким каблук тяжёлого армейского ботинка обрушился на грудь Фридриха, несколько рёбер не просто сломались — рассыпались в труху. - Таких, как вы, я четыре года по лесам гоняла, - в чёрных глазах Анастасии полыхнули мрачные багровые огоньки. - Отдельная рота «Бранденбурга-800», секретное подразделение, вервольфы сраные! «Моя честь зовётся верность»! - передразнила она лающим голосом, утрируя прусский акцент. - И надо же, я имею счастье лицезреть свеженьких оборотней-нацистов почти через семьдесят лет! Очень хорошо, товарищ Гончая, похвалил маленький внутренний волк. Сбейте допрашиваемого с мысли, доберитесь до его сокровенных воспоминаний - и он сам вам выболтает всё в лучшем виде, даже старого доброго "раз-два по морде" больше не потребуется. - Я... - на губах у Фридриха закипела алая пена. Видимо, заодно с рёбрами досталось как минимум одному лёгкому. - Я просто не хотел умирать... Никто в Медвежьем Углу не хотел... только не так... Всеми забытые, всеми проклятые... Даже наши собственные дети, наши внуки презирали нас... боялись... ненавидели! И тут явился он... и предложил... да разве мы могли отказаться?.. Разве ты бы отказалась? - Долгая жизнь — не всегда благословение, - со знанием дела возразила Анастасия. - Ну, а мы рассудили по-другому, - оскалился оборотень, выдувая кровавые пузыри. - И приняли предложение Робина... - Р-Р-РОБИНА?! Фридрих судорожно сглотнул, чувствуя, как медовый взгляд волчицы вонзается ему в мозг, как встаёт дыбом шерсть на её загривке и стекает слюна с клыков, нацелившихся прямо на его беззащитное горло. - Робина О'Мэйли? - Да-а-а... Робин О'Мэйли... Ирландец, здоровенный, как шкаф... Куда круче тебя... При нём трётся какой-то человечишка... Клейтон, что ли... И ещё совсем мелкий сопляк, вроде как с придурью... Робин с него глаз не сводит... Вот так, товарищ Гончая, назидательно сказал маленький внутренний волк. Привет вам из тысяча девятьсот сорок четвёртого. Жизнь, как всегда, оказалась шире всех наших представлений о ней, да? Видно было, что каждый вдох причиняет оборотню жуткую боль, но он упрямо продолжал сипеть: - Только тебе до них всё равно не добраться, предательница расы, шлюха людская, поняла? Они вот-вот заключат сделку с могущественными покровителями из иного мира, и тогда... - страх в глубоко посаженных глазах нелюдя сменился жаркой злобой, - ...тогда всё пойдёт по-другому! Тогда мы станем несокрушимыми... могущественными... бессмертными... навсегда! - Ну ты и кретин, Фридрих, - покрутила носом Анастасия. - Сколько лет безумный фюрер кормил вас байками про расовое превосходство и волшебное оружие возмездия, пока вы подыхали под Сталинградом, под Курском, под Берлином — а вы до сих пор ни капли не поумнели, всё продолжаете слушать те же гнилые сказочки, перелицованные на новый лад? Поверить не могу! - Оскорбляй и избивай меня сколько угодно — это уже ничего не изменит, - осклабился Фридрих. - Арестуй, отправь в концлагерь — какая разница, план Робина всё равно исполнится, и весь твой Комитет не сумеет ему помешать... - Наверно, именно так бы и пришлось сделать, будь я сотрудником КДНР, - кивнула Анастасия. - Вот только ты упустил один момент, Фридрих, маленький, но очень важный: я — наёмница на службе у фон Зонненменьша, причём с готовым «отпущением грехов». Проще говоря, могу сделать с тобой что угодно - и ничего мне за это не будет, понял? А потому, пожалуй, не стану я зачитывать тебе права и страдать всякой хренью, а просто-напросто прикончу, вот и весь сказ. Прощай, щенок! Сообразив, что сейчас произойдёт, оборотень захрипел от ужаса. Его тело опять начало менять форму — но медленно, слишком медленно: кожа Фридриха ещё не успела покрыться волчьей шерстью, а игла инжектора уже вонзилась ему прямо в горло.

Стренжер: Визг не успевший превратиться в недоскулеж, заглох. Фридрих перекатился на бок и попытался сорвать наручники. Но те только сильнее впились в руки. Его горло начало трансформацию в произвольном порядке. Шерсть еще не успевшая вырасти, а начала сыпаться. В глазах оборотня был откровенный ужас. Вероятно, он бы разорвал себе горло, будь у него свободные руки. Впрочем… руками это назвать уже было сложно. «Хранитель» быстро распространился по всему телу нелюдя и начал действовать. Плоть Фридриха начала меняться. Тут она уже оформилась как людская, а тут как волчья. Тут людские ребра сжали легкие оборотня, так что струйка крови вырвалась из полу пасти, полу рта вервольфа. Он пытался кричать, наверняка пытался, но кровь залила одно из легких. Было видно, в каком нечеловеческом усилии напряглись руки Фридриха, пытаясь освободиться. Хруст и одна из них переломилась. Кость не выдержала неожиданного изменения давления. Не смогла трансформироваться. Что было еще хуже, регенерация работала как проклятая. Она пыталась залечить его раны, тем самым продлевая его мучения. Вервольф извивался в своей конвульсии, оттягивая последний момент. У него был шанс пережить эти страдания, но после очередного движения из его носа потекла кровь. После еще и из глаз. Десяток, а возможно и целая сотня капилляров лопнули, затопив мозг кровью. В каком-то смысле это был контрольный выстрел. На самом деле единицы нелюдей действительно способны пережить обширное повреждение мозга. Фридрих был явно не один из них. Так что теперь на земле корчилась только оболочка. Впрочем, этот кусок мяса этого не заметил и продолжил изменяться. Оно тоже затихнет. Не сразу, возможно даже не через час, но затихнет. Самое главное, что теперь в ней не было жизни. Одно глазное яблоко Фридриха выпало из орбиты. Оно, словно безжизненный кусочек стекла, уставилось в небо. Не приходилось сомневаться, что смерть была избавлением для этого старика. В конце концов, то чего он больше всего боялся, пришло за ним. «Хранитель». Забавно, ведь когда-то у этой штуки было куда менее пафосное название, и применяли ее для пыток и казней вервольфов. Правда, тогда она была только слухом и экспериментом.

Nail Buster: Мальчуган энергично замотал головой. - Нет, герр Хондао! Возражений нет, герр Хондао! - Смотри-ка, - улыбнулся Генрих. - Запомнил, как нас зовут. Я бы на твоём месте от страха и себя-то не помнил, а ты вон какой смелый парень. - И вовсе я не смелый, - пробурчал Юстас, усаживаясь на пол и водружая подбородок на согнутые коленки. - Если бы был смелым, давно бы сбежал отсюда сам, без вас. Мы с Клейтоном об этом говорили - по секрету, конечно, чтоб герр гауляйтер не слышал. Только вот я не знаю, как добраться до приюта... И Клейтон тоже не знает... А вы знаете, да? - немедленно спросил он, вновь оживясь. Хондао и Генрих переглянулись. - А что тебе ещё говорил Клейтон? - с интересом осведомился швейцарец. Юстас задумался. - Клейтон не любит герра гауляйтера. И я тоже не люблю. Это Юджину бы здесь понравилось, он всегда любил оборотней и вампиров - читал о них даже тогда, когда это было не принято. Прятал книжки от воспитателей под матрасом... Он сейчас в Энске, вы это сами слышали. Просто попал не туда, куда бы ему хотелось - не к нелюдям, а к их врагам. Клейтон сказал, что хочет помочь ему встретиться с фюрером. И что я ему, этому фюреру, тоже буду полезен. Что скоро за мной обязательно придут, и он сделает так, чтобы меня увезли отсюда. Правда, я не понял, куда меня увезут. В Энск, к фюреру? Или обратно в приют? Или куда-то ещё? - Похоже, Клейтон просто не хочет, чтобы ты оставался с этим бесноватым Робином, - рассудил Генрих. - А этот тип, оказывается, сентиментален. Слушай, - он поудобнее устроился на кровати, - а как так вообще получилось, что вы с братом оказались... ну, там, где оказались? Что случилось с вашим приютом? - Меня забрала троюродная тётка, - пожал плечами Юстас. - Привезла сюда, бросила на попечение своему деду и куда-то пропала. А Юджин... - мальчик погрустнел. - Он сбежал из приюта год назад, ещё до того, как тётка объявилась. Хотел добраться до Энска, своими глазами увидеть Бесконечную Войну. У нас ведь только о том и говорили, что о взрыве в Варшаве, о Комитете, о русских беспорядках... Я не мог его остановить, хотя очень хотел. Мы с ним разные, хоть и близнецы. Я не люблю войны. А он - дурак. Не понимает, что его там могут убить. Точнее, только начал это понимать. - Я бы и сам был рад знать, как относиться к подобным переменам, герр Волков - командир не спеша расправлялся со своим батончиком. Лицо его вновь приобрело здоровый оттенок - препарат, растекшись по венам, начал своё живительное действие. - Однако я знаю, каково вам. Знаю, каково это - вдруг оказаться не тем, кем ты себя считал с юных лет. У нас с вами чертовски похожая история, разве что я - существо, на несколько порядков более близкое к человеку, чем вы. Поймав поражённый взгляд Андрея, Густав вздохнул и продолжил: - Это должно было остаться секретом, так что теперь мой черёд просить вас его не раскрывать. Однако почему, собственно, мне нельзя подбодрить товарища, который внезапно узнал о себе что-то новое? Я сам, честно сказать, ещё новичок в нашем маленьком отделе, и до сих пор, как видите, не научился как следует пользоваться своим даром. Да, я могу учуять нелюдя на расстоянии, но что с того толку, если этот талант проявляется спонтанно и столь же спонтанно исчезает, вне зависимости от моего желания? Что толку, если я не могу полагаться на него, возглавляя отряд? Если я не могу одинаково хорошо чуять нелюдей и предателей, которые, по мне, куда хуже них?.. Нет, не в том смысле, конечно, что вы плохой, - он улыбнулся. - Просто вы тоже ни разу не превращались в волка, ведь так? В вас есть часть нечеловеческой крови, но вы пока не пробудили её в себе. Видите, как схоже наше положение? Вот и думай теперь, благо твой дар, проклятье или же просто бесполезный мусор, лишнее звено в твоей генетической цепочке. Доев батончик и спрятав в карман обёртку, он уселся поудобней на мшистом бревне, стараясь не бередить раненую ногу. - Всё, что я могу вам сказать, герр Волков - вы по-прежнему боец Комитета. Только теперь, похоже, вам предстоит служить ему в новом качестве. Когда мы разделаемся с этими наци и вернёмся в Варшаву, я представлю вас одной великолепной женщине, которая вам расскажет множество интересных и невероятных вещей. Нам нужны все, кто может и хочет хранить мир и правопорядок на Земле, как бы высокопарно и пошло ни звучали эти затёртые до дыр слова. Мы верим, что мир и правопорядок одинаково важны как людям, так и нелюдям. Верим, потому что имеем право судить с точки зрения тех, кого люди привыкли считать врагами. А наши способности... Прежде всего, они - оружие в борьбе за мир, герр Волков. Так что вам, как и мне, остаётся только принять их. Поднявшись на ноги, он с хрустом расправил затекшие плечи. - Теперь, пожалуй, вернёмся к нашим спасителям. Надеюсь, наш новообретённый косматый друг рассказал вашей тётушке хоть что-то стоящее. НРИ: Теперь, наверное, логично будет герру Стренжеру описать реакцию на убийство Фридриха, а дальше уже Гончая с Берсом ему ответят.

Хондао: -Хорошо что ты послушался герра Клейтона-Улыбнулся Хондао. -и хорошо что ты моё имя запомнил.А убить ,герр Юстас могут где угодно , а не только на войне. Даже если представить что кирпичи не падают просто так- всё равно, если тебе на голову упал кирпич, лучше не будет. Хотя твой братец и вправду поступил неразумно. Да и герр фюрер наш уже задумывается не только о войне но и о мире, причём желательно всём-это другой, первый герр фюрер воевать хотел, видно во второй мировой не довоевался.Нас ты можешь не боятся-мы не вампиры, не оборотни, как Робин Из Ноу Гуд, а люди.Э...скажем так-Генрих человек. а я уже давно не человек. Я -паранорм. Знаешь что такое паранорм?

Стренжер: - Прекратите, герр Шульц! – Внезапно сказал Волков. – Есть только один вид людей, которых не предают и это отшельники. Нам же остается или становиться параноиками или надеяться на интуицию. Не корите себя за то, что уже не изменить, просто… Просто подготовьтесь, это отнюдь может повториться. Он слабо улыбнулся и не сильно хлопнул по плечу Шульца. Этот день и так не слабо потрепал их обоих, чтобы добивать себя самообвинением. Андрей сделал несколько движений, разминая спину, а потом одел рюкзак. Он чувствовал себя хорошо, стимулятор уже вовсю действовал. Конечно, Волков испытывает определённый страх. Да, Андрей не часто пользовался наркотиками, но где эта иллюзорная грань между наркоманией и необходимостью? Волков и Шульц вернулись. То, что лежало у ног Анастасии вполне могло вызвать рвотный рефлекс. Останки Фридриха превратились в отвратительную биомассу, которая сама себя изменяла. Мясо кое-где отклеилось от костей и стало «регенерировать». Так что теперь несколько целых ребер торчали, а между ними бурлило нечто. Возможно, виной тому был стимулятор, а возможно просто Волков не смог этого стерпеть. Выхватив пистолет, не понимая, что творит Андрей, подошел к биомассе и высадил в нее всю оставшуюся обойму. Он жал на чертов курок даже после того как пистолет перестал стрелять. В десятый раз, бессмысленно нажав на курок, Андрей попытался сменить обойму. Пустой магазин из рукоятки скользнул вниз и упал на землю. Прямо возле уже окончательно умершего Фридриха. Несколько мгновений Андрей боролся внутри себя, а после закрыл глаза и очень тихо выругался. Вложив новый магазин в пистолет, он отошел. Его еще била дрожь. Эта внезапная вспышка эмоций пробудила в нем столько энергии, что сдержать ее было не так-то просто. - Прошу прощение, - Извинился Волков за свое несдержанное поведение. Он почувствовал неожиданный прилив ненависти к себе. Догадывался же, ведь догадывался же, что нечто подобное может произойти и все равно отдал инжектор ей… Молодец Волков, ничего не скажешь. Сначала пытаешь герра Шульца успокоить, а потом сам срываешься. Зачет по идиотизму! Слишком расслабился, забыл, что значит держать себя в руках. Армия Света, похоже, тебя ничему не научила. - Инжектор, пожалуйста, - Обратился он к Анастасии. – Мне еще его в научный отдел сдавать… вместе с подробным адресом, куда они могут пойти со «своими разработками».

Гончая: - Полегчало? - участливо осведомилась Анастасия, протянув Андрею инжектор. - Какими только делами вы там в этом самом Комитете занимаетесь, что все такие нервные — с ума сойти. Право, сколько переживаний из-за одного дохлого блоховоза. Нет, племянничек, я это дело так не оставлю. Вот увидишь: передавим местных недоделков, выхлопочу тебе у фон Зонненменьша отпуск и увезу в село Красное Липецкой губернии. Да и герру Шульцу немного сельской идиллии не помешает. Свежий воздух, самогон на травках, закуска прямо с грядки и самое главное — натуральнейшее парное мясо! Никакой синтетики, никакого клонирования, всё прямо из леса, на шампурах, с пылу с жару, и непременно чтобы с кровушкой... Что ты глаза вытаращил, Андрей? Живот на нервной почве схватило? Скажите, товарищ Гончая, вздохнул маленький внутренний волк, вам никогда не приходило в голову, что ваша милая манера вести приятные беседы на гастрономические темы над обезображенным трупом на свежего человека и даже нелюдя может произвести впечатление... э-э-э... неоднозначное? - Надо же, какие нежные нынче оборотни пошли, - буркнула волчица, рассеянно пиная берцем кучу расползающейся с мерзким чавканьем плоти. - Ты, Андрюшенька, явно не нюхал настоящего нелюдского воспитания. Ну ничего, ещё не все потеряно, теперь-то я за тебя возьмусь как следует. Я из тебя сделаю такого Истинного — закачаешься! - Анастасия Степановна, - Густав решил, что самое время мягко взять инициативу в свои руки, покуда Волкова окончательно не переключилась в режим заботливой тётушки. - Вам что-нибудь удалось выяснить? - Кое-что, - кивнула Гончая. - Вожака стаи зовут Робин О'Мэйли. Я с ним... - оборотница запнулась. Шульцу показалось, что черты её лица как-то странно поехали, расплылись, будто пытались сами собой сложиться в волчью морду. Ему даже послышался тихий хруст меняющих форму костей. Впрочем, продолжалось это наваждение не дольше секунды. - Я с ним встречалась ещё на войне. Нацистский прихвостень, причём не из идейных — служил в прямом смысле слова за еду. За живую еду. Не знаю уж, на какой помойке уберменши его откопали, только другую такую гнусную тварь среди моих... то есть наших с Андреем соплеменников надо с фонарём искать. К Истинным он не принадлежит, разумеется, и поэтому люто нас ненавидит. Но должна признать: противник он очень сильный и ловкий, а главное — что большая редкость для оборотня — весьма неглупый и изрядно подлый. В общем, не этим сосункам чета, - волчица ещё раз пихнула ногой затихающую груду фарша, в которую «Хранитель» превратил тело незадачливого Фридриха. - Но чего этот Робин хочет? - недоумённо вопросил Шульц. - Будь он твердокаменным нацистом, я бы ещё понял — собрать старых бойцов под знаменем со свастикой, взять реванш за поражение в войне... Тоже полное безумие, конечно, но хоть сколько-нибудь объяснимое. А если он простой вервольф-людоед, то к чему ему вся эта история с Медвежьим Углом? В одиночку охотиться на людей вроде бы сподручнее — меньше риска, проще скрыться в случае чего... - На этот счёт Фридрих ничего толком не знал, - пожала плечами Анастасия. - О'Мэйли, конечно, понтярщик ещё тот, его человечиной не корми, дай похвастаться, какой он умный и хитрый, но доверять детали своих планов таким ушлёпкам — это уж совсем идиотом надо быть. Фридрих сказал лишь, что Робин носится с каким-то странным мальчишкой, как курица с яйцом, и вроде бы собирается заключить выгодную сделку с «могущественными покровителями из иного мира», конец цитаты. Не уверена, что это правда — с О'Мэйли станется придумать какую-нибудь байку специально для поднятия духа своего воинства, я уже говорила, он удивительно башковитый для безродного оборотня. Вот, вроде бы, и всё. - Негусто, - подытожил Шульц. - Что за мальчишка? Зачем он Робину? Какой-такой иной мир? Вопросов больше, чем ответов. - Материал для допроса был слишком уж... безблагодатный, - недобро усмехнулась Гончая. - Да и времени мало. Кстати, нам бы поторопиться, герр командир. Рано или поздно Робин хватится пропавших бойцов, да и вот это, - Анастасия махнула рукой в сторону изрядной проплешины, которую прожёг в лесу «Ураган»; над ней ещё курился сизый дымок, - разве что слепой не заметит. К тому же у вас с ногой не всё ладно. Вадим, - воззвала оборотница к напарнику, - как там вокруг, чисто? Если да, то снимайся и пошли, а то дотемна не управимся, и у Робина сотоварищи будет лишнее преимущество. Волчица сделала несколько шагов вверх по склону оврага, навстречу Крушайко, с лязгом вылезающему из кустов, но вдруг остановилась и вновь обернулась к Густаву. - Чуть не забыла. Фридрих ещё сказал, что за О'Мэйли хвостиком ходит человек по фамилии Клейтон. Вам это что-нибудь говорит?

Евгения: - А то! - отозвался непонятно откуда низкий женский голос. - Жалкий человечишка, который освоил пару примитивных фокусов и на этом основании желает примазаться к великим и бессмертным нелюдям — вот кто такой паранорм! В двух метрах над головой Хондао материализовалась висящая на толстой балке вверх ногами, как летучая мышь, вампиресса. Мертвенно-выбеленные длиннейшие волосы её едва не касались грязного пола, витые серебристые погоны и дубовые листья в петлицах чёрной формы Специального Департамента зловеще поблескивали в полумраке чердака. Фуражка с высокой тульей держалась на темени вопреки всем и всяческим законам гравитации, будто приколоченная крупнокалиберным гвоздём. - Наконец-то вы соизволили явиться, фройляйн штандартенфюрер, - холодно процедил Хондао. - Я уже думал, что мне придётся всё делать самому. - И ведь придётся, герр штурмфюрер, - злорадно подтвердила Оксана Зубченко. - Моя текущая задача, если помните, состоит в оценке вашей эффективности как бойца Коалиции Максов. Помогать вам выполнить задание в мои планы вовсе не входит. Кстати, так вот это и есть наша цель? - осведомилась она, смерив прозрачным взглядом сжавшегося в комок Юстатса. - Не бойся, мальчик, я ничего плохого тебе не сделаю. Скоро ты окажешься в Энске и повидаешься с братом... конечно, если дядюшка Хондао сумеет исполнить приказ фюрера Джулиано! - Что вы имеете в виду? - насторожился азиат. Бледное его лицо оставалось абсолютно невозмутимым, но в узких тёмных глазах мелькнули беспокойные огоньки. - Я имею в виду, что Робин О'Мэйли облажался, - с заметным удовольствием ответствовала Оксана. - Он не смог совладать с комитетчиками, и буквально через пару часов здесь будут солдаты противника. Кстати, двое из них — профессиональные наёмники, а не жук чихнул. Именно они в прошлом году разрушили все мои планы в Красноярске... Я с удовольствием понаблюдаю, как стая Робина совладает с такими-то бойцами. - Погодите! - вмешался в беседу Генрих. - Вы хотите сказать, что мы должны... - А это решайте сами, - оскалилась фройляйн штандартенфюрер, растворяясь в воздухе. - Желаю удачи — она вам очень пригодится! - Господин председатель? - голос секретарши Марты звучал с механической бесстрастностью. - Из Вильнюса только что получена видеозапись с борта дирижабля Red Star сообщением Марсель — Нижний Новгород. Желаете посмотреть? - И немедленно. - Пересылаю файл на вашу «трёхмерку», господин председатель. Через пару секунд перед Генрихом фон Зонненменьшем развернулась голограмма густых хвойных лесов Баварии. Тёмный массив рассекала ломаная коричневая линия, ведущая прямо к скоплению разновеликих кубиков, которое, по всей видимости, и было деревней Медвежий Угол. - Стоп. Увеличить изображение. Подключить инфракрасное сканирование. На тропке ясно обозначились человеческие фигурки, медленно двигающиеся в сторону логова оборотней. - Всего четверо? Председатель Комитета откинулся на спинку кресла, крепко сцепив длинные сухие пальцы в замок. На морщинистом виске старика быстро набухла и запульсировала лиловая жилка.

Хондао: «Жалкий человечишка! Пару фокусов! Была бы ты человеком –так увидела бы что это за пара фокусов!»–повозмущался в душе Хондао ,а в слух произнёс: - ты слышал … фройляйн штандартенфюрер (это было обращение к Юстасу), скоро тут будут солдаты наших дорогих недосветлячков. Ты Генрих надеюсь тоже слышал эту… её. Планы меняются. Начинаем собираться. Естественно, Хондао всё это сказал после исчезновения Оксаны. Знал, чертяка, что за «эту» ему бы не поздоровилось. А теперь ещё надо было бежать пока не «прилетели ножницы», в смысле комитетчики. - Давайте, давайте - поторопил своих спутников Зу Ронг- собираемся и тихо, незаметно уходим… Пока что –нибудь ещё не случилось. А потом грустно вздохнул. Как –то он свыкся с мыслью что придётся выслушивать что якобы паранормы не настоящие «нечеловеки» от всяких вампиров и оборотней. Пусть. пока что он - штурмфюрер КМ. и ничто ему не помешает обмануть комитетчиков. Пусть мальчишка встретит своего брата… если он ещё конечно живой. А нет- это уже забота герра Джулиано. Пока их задача –добраться до прекрасного и ужасного города Энск. Суметь бы добраться…

Nail Buster: - Значит, решил валить, не дожидаясь начала заварушки, да, босс? - тихо усмехнулся Генрих и покачал головой. - Что ж, если верить нашей красотке-надсмотрщице, заварушка эта уже не за горами. Ты прав, пора паковать чемоданы. Шкет, будешь что-нибудь брать в дорогу? Юстаст исчез в палатке и минуту спустя вновь выкарабкался оттуда с небольшим голубым рюкзачком за спиной, в который едва помещались несколько толстых потрёпанных книг. Приключенческие романы, должно быть, или ещё какая-нибудь научная фантастика. Из тех, что так обожают читать двенадцатилетние мальчики. И - тонкая чёрная тетрадка, свёрнутая вдвое. - Дневник? - небрежно поинтересовался швейцарец, тронув тетрадку кончиком пальца. - Моя книга, - совершенно серьёзно ответил Юстас, на всякий случай отступив на шаг. С подозрением взглянув то на одного наёмника, то на другого, и убедившись, что они не собираются прямо сейчас поднимать его на смех, несмело продолжил. - Такая, про мир... где нет нелюдей. Такой же, как наш, но без оборотней, вампиров и даже паранормаликов. Просто люди, и всё. - Считаешь, типы вроде нашего герра Хондао в нашем мире лишние? - Генрих обменялся со Страхом озорным взглядом. Юстас пожал плечами. Одна лямка рюкзака сползла с его плеча, и он торопливо её поправил. - Не знаю. Раньше, говорят, их как бы и не было никогда. В них никто не верил, они и не появлялись. Я этого почти не помню - наверное, был ещё маленьким. А затем все вдруг поверили, и они появились. Моя книга про то, как люди изо всех сил перестали верить в вампиров с оборотнями, и вампиры с оборотнями исчезли. - И куда же они исчезли? - спросил Хондао. - Ушли в мир сказок, наверное. Я ещё не дописал эту главу. - В мир сказок? - Генрих удивлённо поднял брови. - Говорят, есть такой мир! - быстро проговорил мальчик. - Эльфы, колдуны и драконы ушли туда, когда стали не нужны на Земле. Теперь они живут там и не беспокоят смертных. Туда же, наверное, уйдут и те нелюди, что сейчас. Или в другой. Пострашнее... - он задумался. - Вроде того, где сейчас Энск. - У герра фюрера другие планы, к несчастью, - проговорил Зу Ронг. - Он не собирается задерживаться во Внепространстве надолго. Он хочет завоевать Землю. - Но ведь это Внепространство завоевать куда легче! - непонимающе замотал головой Юстас. - Там же совсем-совсем не с кем воевать! И солнца там нет, а вампиры же его... - Достаточно! - мотнул головой азиат. - Нам, как ты помнишь, нужно спешить убраться отсюда. - И какой же у тебя план, великий похититель малолетних транспространственных радиоточек? - Генрих взял его под локоть. - У тебя же есть какой-то план, да? Желательно, хоть немного получше того, чтобы скакать по крышам и нарываться на фашистские маслины? Старая дамба, в которую упёрся овраг, - в добрых десять метров высотой - была выложена на совесть, хоть и выглядела неказисто - будто бы и не творение рук человеческих, а большая бобровая плотина, давно покинутая её мохнатыми маленькими строителями, обложенная напоследок округлыми валунами, скреплёнными добротным раствором. Валуны обильно поросли пушистым зелёным мхом и серым жёстким лишайником, сквозь них пробивались толстые корни деревьев и, тихо журча, лились ручейки воды. Лес здесь кончался, сходил на нет. Густав и то, что осталось от его группы, наконец оказались в виду Медвежьего угла. От крайних домов их отделяло неподвижное тёмное озерцо, которое можно было легко обойти по опушке. Оперативник нахмурился. Чувство, что он испытал, узрев наконец это убогое местечко, было близко к разочарованию. "Обычное село, а людей полегло, будто мы Энск пытались штурмом взять". - В одном из этих домов затаился предатель, - тихо проговорил он. Пока они шли по оврагу, он был не слишком-то расположен к разговорам, погрузившись глубоко в свои мысли. Теперь эти мысли, как видно, решили наконец излиться наружу. - Или даже трое предателей. Клейтон, этот крысёныш, мне никогда не нравился, но тот старик ничего не сказал ни о взрывотехнике Лизард, ни о снайпере Янге. Либо они погибли, как и моя группа, либо... приложили руку к её уничтожению вместе с Клейтоном. Они заминировали лес под ногами моих солдат, так как знали, с какой стороны мы будем наступать. Они постреляли издалека тех, кто не нарвался на мины. Они сдали нас этому вашему О'Мэйли, сдали с потрохами, безо всякого угрызения совести. Мы не встретили больше никакого сопротивления по пути сюда, а это значит, что наши враги почуяли вас, фройляйн Волкова. Почуяли и, поджав свои подпаленные хвосты, отступили к последнему своему плацдарму, где прямо сейчас готовят нам очередную ловушку. С ними какой-то мальчик, и они ожидают заключения какой-то сделки. С кем? И что собирается предложить Робин этим загадочным внеземным покровителям? Признаться честно, фройляйн, я не горю желанием этого знать. У меня есть задание - найти и обезвредить банду потенциально опасных вервольфов, не прошедших предписанное чипирование. Теперь у нас есть подтверждение тому, что они реально, а не потенциально опасны. Что они - не просто деды, возжелавшие бессмертия, а свирепые убийцы и людоеды. Что они не могут контролировать свою жажду насилия, и, по всей видимости, Робин не слишком-то контролирует свою стаю, а может быть, наоборот, полное пренебрежение конспирацией - тоже часть его плана. Может, и мы оказались здесь лишь для того, чтобы пополнить список его охотничьих трофеев, удовлетворить его тщеславие и амбиции. Иного объяснения я просто не нахожу. Вы были правы, фройляйн, этот ублюдок чертовски опасен и страшно хитёр. А это значит, что его и всех его порождений следует уничтожить. Всех до единого. Он крепко сжал кулаки. - Мы здесь, как вы помните, именно ради этого, - произнесла волчица. - Будьте уверены, ни волки, ни примкнувший к ним крысёныш живыми из этого леса не выйдут. - Тогда будем думать над планом атаки, - решил Шульц. - Вы знаете этих тварей лучше, чем мы. Вам, получается, и предлагать, как выступить против них вчетвером.

Хондао: -План? -Хондао смерил Генриха взглядом, - план предельно простой. Незаметно спуститься вниз, пока волколаки будут заняты своими делами. Надеюсь ты Юстас знаешь-есть ли в этой медвежье -волчей дыре запасной выход? ОН поинтересовался, надеясь на положительны йответ. Это было похуже чем на Кавказе , откуда ему пришлось когда-то удирать от "светлячков. Даже паранормы надеются на лучшее, а что говорить о таких , как Страх, который наверное только этим и жил. -Юстас, мне нужен твой ответ-повторил азиат,- ибо туда куда ушли эльфы, мы уйти не можем, а вот отсюда уйти-дело нехитрое. Так как? Пойми-если мы отсюда не выберемся, никто не прочтёт твою книгу про "прекрасный народ" и его новое место обитания. "И лучше побыстрее- это Зу Ронг уже произносил мысленно, -кто знает что у них в запасе -у комитетчиков и герра Робина Бэда?* " О, если бы всё обошлось бы без больших неприятностей на этот раз! *Игра слов-РобинГуд-Робин Бэд(Бэд-плохой по английкси)

Стренжер: Волков посмотрел на несчастную, старую деревеньку. Сколько таких в мире? Сколько стариков вынуждены умирать в одиночестве? Разве их нельзя понять? Андрей знал что нельзя. Не после того как они стали убивать. Всем страшно, никто не хочет умирать. Кому, как не полевому медику это известно? Вот только Волков внезапно осознал что не испытывает сочувствия к этим оборотням. Точнее не так. Сейчас он подавил в себе любое сочувствие к ним. И получилось это очень просто. Даже пугающе просто. И с каждым разом все легче. Впрочем, кое-что его все же беспокоило. Ребенок в деревне. При такой огневой мощи как у них, они могли просто сравнять всю деревню с землей. Комитет позаботился об этом. Андрей сдавил свою короткоствольную лазерную винтовку. Да-а… чего им только не дали. Волков наверняка смог бы найти там что-то и помощнее. Но, не будучи слишком хорошим стрелком, он остановил свой выбор на легком, удобном и точным оружие. Единственное что его смущало, так это приставка в названии «экспериментальный образец» в инструкции. - При этом там мальчишка. – Внезапно, даже для самого себя, влез в разговор Андрей. Буквально через мгновение до него дошло, куда он полез. Но отступать было уже поздно. – Ведь на самом деле это единственно, что мешает нам сравнять с землей всю деревню… Волков кивнул в сторону Вадима, его плазменную пушку и рюкзак забитого всевозможным снаряжением. - Там есть несколько небольших ракетных комплектов как раз для такой ситуации. Просто установим, где надо, а они начнут обстрел, когда таймер закончиться. Судя по всему, там не хватит взрывчатки, чтобы разнести уж совсем всю деревню, но от крайних домов останутся одни щепки. Такого там точно не ждут. А если мы еще используем те плащи-невидимки, что нам так любезно прислали из комитета, и аэрозоль, чтобы перебить запах, то сможем проникнуть в деревню еще до начала обстрела. Заберем мальчишку, пользуясь суматохой, и уйдем. А там можно будет уже и все остальное сравнять с землей. Тем более что для крайней ситуации у нас есть гранаты со специальной слезоточивой смесью. Правда, гм, боюсь, что из-за ветра они могут оказаться… болезненными не только для оборотней в деревне. Волков взглянул на своих товарищей. Он вполне мог сболтнуть какую-то глупость. Его «военное» образование вполне описывалось одним только словом «отсутствует», так что тут он лез уже совсем не в свои дебри. - Э-э-э, это ведь можно считать за «план»? Ну, я имею виду, что О,Гэйли мы вряд ли сможем взять в плен, да и не очень то нам он нужен. Да и Клэйтона, наверное, проще пристрелить. Так что из этих троих о заключении сделки с неизвестными, вероятно, может знать только мальчик. Возможно то, что тут происходит, часть какого-то плана. Ну, то есть врать совсем уже на ровном месте этим старикам совсем уже какая-то глупость…

Гончая: Андрей окончательно сконфузился и умолк. Анастасия выждала с минуту, желая убедиться, что племянник исчерпал запас гениальных тактических идей, после чего вздохнула: - Да, современные молодые нелюди скверно воспитаны. Они позволяют себе без спросу вмешиваться в разговор. Перебивают старших. Воображают себя знатоками воинского искусства — ещё бы, они ведь так грамотно рашат по центру в «Танковой войне» на «трёхмерке»! По всем обычаям нашего рода тебе, племянничек, причитается добрая трёпка, да вот только момент очень уж неподходящий. Считай, повезло. Гончая огляделась, подобрала палку подлиннее и начертила на сырой земле несколько загогулин. - Допустим, это Медвежий Угол... - начала она с задумчивым видом. - Очень похоже, - деликатно согласился Густав. - Но, если не возражаете, фройляйн, то у меня есть картинка получше, - и он извлёк из кармана компактный офицерский планшет, на экране которого тут же высветилась карта-схема из Google Maps. - Может, допустим лучше, что это — Медвежий Угол? - Неплохая попытка, приятель, - хмыкнул Вадим. - Хотя... ну, знаешь, без обид, только твой Угол какой-то не очень Медвежий. Дюже мелковат. Вот — настоящий Медвежий Угол, безо всяких там «допустим»! Что-то в его доспехах щёлкнуло, засвистело чуть слышно, и перед бойцами маленького отряда развернулась полупрозрачная трёхмерная проекция-стометровка, на которой были обозначены не только названия каждой из трёх деревенских улиц, но даже и номера домов. - Ты мухлюешь, - заметила волчица. - У тебя командирский «Ящер» с софтом для планирования операций и встроенным курсопрокладчиком, а без этой электроники тебе и собственную задницу руками не найти! Знаете, герр Шульц, такую песню: «Он шёл на Одессу, а вышел к Херсону»? Так вот её про него сложили во время второй гражданской на Украине. Он тогда подрядился Вапнярскую народную республику защищать от казачьего корпуса атамана Канарейки... - Враньё, - открестился наёмник. - И вообще, Стася, ты бы диспозицию сочиняла, а языки чесать будем потом, в какой-нибудь подходящей мюнхенской пивнушке. Он прав, товарищ Гончая, заметил маленький внутренний волк. У вас не так-то много времени. Часа через три уже стемнеет, а там пойдут совсем иные расклады, и все — не в вашу пользу. Сама знаю, шикнула Анастасия, рассматривая трёхмерную карту деревни. Заткнись и не мешай! - Значит, так. Медвежий Угол расположен на склонах холма, все три улицы сходятся к его вершине, где находится здание ратуши. На месте О'Мэйли я именно в нём разместила бы свой командный пункт. Оттуда очень удобно вести наблюдение за окрестностями — собственно, стоит нам взобраться на эту дамбу, и мы окажемся в зоне видимости, - так что подобраться незаметно практически невозможно. Глушилка наверняка тоже там, не говоря уж о загадочном золотом мальчике. Что касается обороны... ну, у меня обязательно были бы секреты по периметру, причём с тяжёлым вооружением вроде пары MG-42, плюс один-другой мобильный патруль. Я могу выследить их и... - Гончая выразительно провела ребром ладони по горлу. - После этого герр Шульц и Андрей быстро разместят три автоматических пусковых установки, примерно здесь, тут и вот там, - волчица ткнула в три точки на голографической карте, - с таким расчётом, чтобы накрыть зажигательными и фугасно-осколочными ракетами всю южную часть деревни. Да, племянничек, твоя идея насчёт ракетного обстрела была в принципе правильной, хотя реализовал ты её, конечно, через... гм... через наоборот. Затем при огневой поддержке Вадима мы войдём в посёлок. Дальнейшая ваша задача — сопроводить меня до ратуши. После этого вы втроём изо всех сил постараетесь не дать подручным О'Мэйли - или тем самым "покровителям из иного мира", без разницы - удрать с мальчишкой, захватите его и отступите к югу, сюда, за дамбу. Очень неплохо было бы также по пути уничтожить глушилку — тогда вы сможете связаться с полицейским управлением Мюнхена и сразу же запросить срочную эвакуацию. Это всё, господа.

Nail Buster: Мальчик наморщил лоб и приложил к нему указательный палец, старательно вспоминая устройство дома. В конце концов, так ничего путного и не вспомнив, он с надеждой обернулся к двери: - С чердака запасного выхода нет. Клейтон, кажется, говорил, что есть тайный ход в подвале ратуши, но он... Он, вроде, ведёт к дороге, а дорогу-то охраняют дозорные герра гауляйтера... Я хочу пойти с вами, правда, - он вдруг сделался страшно серьёзным, даже ещё серьёзнее, чем был. - Хоть в Энск, хоть куда, только бы не позволить Юджину влипнуть опять во что-то нехорошее. Но герр гауляйтер нас так просто не выпустит. Они же оборотни, да? Они же могут нас легко унюхать. - Теперь не смогут, - дверь чердака тихонько отворилась, появившийся на пороге Клейтон ловко бросил в руки Хондао тюбик со спреем. - Мы сняли это с пленных разведчиков. Новейший антирепеллент, полностью перебивает для оборотня все запахи тела. Обоняние вожака он вряд ли сможет обмануть, но вожак, очевидно, в ближайшие несколько часов будет слишком занят, чтобы гоняться за вами лично. Во всяком случае, если ваша невидимая компаньонша права и к нам направляются гости, - он картинно огляделся вокруг в поисках испарившейся обладательницы женского голоса. Скулы Генриха едва заметно дёрнулись. - Ай-яй-яй, герр Клейтон. Подслушивать некрасиво. - Пусть вас успокоит то, что я подслушивал не только за вами, - угрюмо парировал предатель. - Внизу страшная суета - группа захвата вернулась, нескольких солдат недосчитались. Остальные словно с ума посходили - напуганы до чёртиков, хоть ничего и не видели толком. Твердят, будто учуяли что-то в лесу, и это что-то им совсем не понравилось. Сейчас они рассыпались по деревне и укрепляют оборону - баррикадируются в домах, проверяют оружие... Расчехлили ветхие миномёты ещё времён Великой Войны, мой компаньон помогает довести до ума снаряды с газом. - Робин знал, кого обращать, - проскрежетал швейцарец. - Они дрались за старого фюрера во имя какой-то невнятной расовой хрени, так что теперь готовы будут драться с утроенной силой за кого угодно, защищая свою новообретённую молодость. Идеальные солдаты, идеальные рабы. Даже нынешний фюрер КМ не раздаёт кому попало таких щедрых бонусов... Ну, да ладно. Джентльмены! - Он будто очнулся от какой-то навязчивой мысли, вдруг завладевшей всем его разумом, и громко щёлкнул пальцами. - Раз уж у нас тут намечается буча, надо быстрее делать ноги. Где, ты сказал, у вас вход в тоннель? Они спустились с чердака быстро и тихо, прикрывая Юстаса с трёх сторон, стараясь не смотреть в глаза вервольфам, то и дело попадавшимся на пути. Бойцов в ратуше заметно прибавилось - пока они шли к подвальной лестнице, Хондао успел насчитать пятнадцать оборотней, вооружённых старыми пулемётами, ружьями и связками гранат. По зданию разносился похожий на грохот отдалённой перестрелки стук молотков - люди Робина заколачивали ставни. Сам вожак им пока не встретился. - Есть ещё кое-что, - бросил Клейтон, когда они миновали столовую с остатками варварского пиршества и подошли к массивному деревянному люку, за которой скрывалась полутёмная крутая лестница. Оттуда доносился странный тихий звук, похожий скорее на дуновение сквозняка, чем на стоны умирающего человека. - В подвале держат двух пленных. Постарайтесь, пожалуйста, не обращать на них внимания. Генрих открыл было рот, но поперхнулся словами. Его глаза успели привыкнуть к темноте, и он разглядел в глубине помещения две обнажённые фигуры, привязанные к грубо сработанным распятиям из неотёсанных балок. Спустившись ещё ниже - потолок в подвале был очень низким, поросшим белой плесенью, и приходилось пригибаться, чтобы не задевать его головой, а пол землистым, мягким, пахнущим всё той же плесенью - он с ужасом понял, что несчастные к распятиям не привязаны, а прибиты. Из ран на их руках, ногах и плечах, пронзённых дочерна проржавевшими плотницкими гвоздями, тонкими ручейками сочилась кровь. Глаза одного пленника были закрыты, второй смотрел в пустоту невидящим взором и поминутно открывал рот, точно рыба, выброшенная на берег. Изо рта, точнее, откуда-то из-под сломанных рёбер, вырывался сдавленный полустон-полухрип. - Вы чудовища, - покачал головой швейцарец, борясь с омерзением. Мальчик, шедший следом, взял его за руку и крепко сжал её. - Не смотри, - Генрих попытался прикрыть Юстасу глаза, но тот с неожиданной злобой отбросил его руку от своего лица. - Робин выспрашивал их насчёт состава опергруппы и её технического оснащения, - проговорил тем временем Клейтон, проходя мимо распятий. Голос его был напряжён, но какие именно эмоции пытался скрыть предатель за маской внешнего безразличия, было ведомо лишь ему одному. - Очень сильно выспрашивал, как вы можете заметить. Впрочем, так ничего и... - Ты знал их? - тихо спросил Юстас. Клейтон остановился. - Нет. Лично - нет. - Но они служили с тобой? - Юстас приблизился к распятым. - Ты предал их ради герра гауляйтера, а герра гауляйтера собираешься предать ради них? - он кивнул на наёмников, и кивок этот явно не выражал ничего хорошего. - Энск - единственное место, где ты будешь в безопасности, - замявшись, проговорил Клейтон. Этот разговор между ними явно был не первым. - Ты воссоединишься с братом... - Они ещё живы! - мальчик бесстрашно поглядел на предателя снизу вверх. Для этого ему пришлось задрать нос почти вертикально. - Мы... мы должны взять их с собой. - Как?! - почти одновременно прошипели все трое. - Мы их не унесём. - А сами они тем более не дойдут... - Мне всё равно! - в сердцах мальчуган топнул ногой. - Если я так нужен вашему фюреру, сделайте что-нибудь, иначе я никуда с вами не пойду. Клейтон в растерянности поглядел на Хондао. Генрих закатил глаза. * * * Густав кивнул. Теперь наконец-то всё вновь становилось на свои места. Ему было далеко не впервой быть ведомым, а не ведущим, и он легко мирился с этой ролью, но только тогда - и никак иначе! - когда он пребывал в твёрдой уверенности, что его старший товарищ смыслит в их общем деле куда лучше, чем он сам. Таким товарищем для него был Колер, затем Надежда - которую он по вполне очевидной причине находил весьма и весьма достойной заменой бывшему покровителю - и теперь этот список пополнился Гончей. Сколько, интересно, будет ещё в его жизни таких потрясающих встреч и чудных открытий? Сколько ещё раз в его только лишь начинающейся карьере борца со злом какой-нибудь нежданный спаситель примерит на себя мантию лидерства, явно предназначающееся не для Густавовых плечей и задницы? И когда наконец, кроме него, кандидатур в офицеры больше не останется? "Эх, старик-старик... - снова вспомнил он фон Зонненменьша. - Если это была такая извращённая проверка на тщеславие и бескорыстие, я её, похоже, прошёл блестяще". - Идёмте, герр Волков, - Шульц решительно поднялся на ноги, не желая тратить время на долгие разговоры. Рюкзак, что приволок с собой напарник Анастасии, стоял рядышком во мху, доставая ему почти до груди. Понятное дело, если бы в него не были встроены лёгкие редстаровские антигравы, его было бы не поднять даже такому терминатору, как Крушайко. По сути, он представлял собой и не рюкзак вовсе, а маленький оружейный шкафчик, из которого Густав принялся одну за другой выгружать ракетные установки. Многозарядные машинки смерти, каждая с метр длиной, похожие на металлические чертёжные тубусы, с боковым магазином и двумя длинными амортизирующими сошками. И непременной приборной панелью. Всё на цифре, как полагается в двадцать первом столетии. Наверняка карта местности в них уже... О, точно. - Держите, - Густав передал Андрею один тубус, взвалив на плечо второй. Затем на свет Божий из недр рюкзака-арсенала были извлечены хвалёные плащи-невидимки - громоздкие полотнища, составленные из крупных шестигранных пластин. Плащ весил едва ли не больше, чем половина ракетницы. Покачав головой, Шульц сложил их обратно в рюкзак, который положил на землю, тщательно замаскировав ветвями и мхом. - Эти "невидимки" нас сейчас только замедлят, - объяснил он. - Понадобятся, если придётся прибегать к тактическому отступлению, плавно переходящему в паническое бегство. Хотя, конечно, я бы предпочёл блестящую победу. Переложив ракетницу на плече поудобнее, он улынулся. - Идите, мы прямо за вами. НРИ-1: Ответим длинным постом на короткий и коротким на длинный. О да! НРИ-2: Содержимое рюкзака, описанное герром Стренжером, выше по тексту, вроде, не упоминалось, так что я разовью его образы. Если что-то где-то таки упоминалось и описывалось иначе, корректируйте меня смело.

Хондао: "Скажите пожалуйста какой моралист-зло подумал Хондао,-если всё закончиться хорошо, пусть пообщается с Бриком.Мигом всю ненужную мораль выбьет!" А вслух Страх сказал вот что: -Юстас ты решительно хочешь закончить свой жизненный путь как эти прикованные следствия экспериментов.Ты может хочешь что бы комитетчики повторили подобное с тобой? Или ты малолетний мазохист? - Хондао с трудом сдерживался, что бы не влепить пацану нехилый подзатыльник. Впрочем он умел держать себя в руках(азиат всё -таки). Сдержался . Нахлынули воспоминания... ... -Нора мы должны уходить! Но Маркус, Андрей и другие... неужели ты их кинешь? -Нет времени!"Светлячки" на хвосте! -Скажи может и на меня у тебя когда -нибудь не будет времени? "Радуйся что у меня приступ ностальгии, Юстас."-подумал Хондао. Повернулся к Клейтону и спросил: -Как -нибудь можно снять этих ... вообщем пострадавших и отнести отсюда? Не пойдёт ведь, а время поджимает и комитетчики тоже...



полная версия страницы